Полудемон. Счастье короля - Галина Гончарова

Дом Моралесов ярко освещен. Только вот хоть его подожги — ауру не спрячешь. А она очень плохая. Мне, как некроманту, до такой черноты еще расти и расти. Убивать, насиловать, предавать…

Тут явно этим не брезгуют. Ак — Квир уже медленнее, обходит дом по кругу, прячась в тени. Принюхивается.

Я приглядываюсь.

Неутешительное зрелище. Как минимум — в доме две сильных колдуньи, возможно. Пара — тройка призванных демонов, пусть не самых сильных, но достаточно неприятных. Если полезу на штурм с бухты — барахты, могу и сам пострадать. Даже если и не смертельно, то серьезно. А мне нельзя, у меня Иннис. Не говоря уж о бунте в родном Раденоре.

Ак — Квир усмехается.

— Людей я могу взять на себя, некромант.

— Много их там?

— Десятка два.

— Дети?

— Двое.

— Детей — не жрать.

— А если они уже испачканы?

Задумываюсь. Да, детей мне жалко. С другой стороны, от гадюки кошка не родится. И если ребенок хоть раз принимал участие в колдовском обряде…

Убить — милосерднее, уж поверьте мне.

— Тогда они твои.

— Благодарствую.

Ак — Квир отходит в сторону. А я принимаюсь чертить защитные контуры. И не только защитные. Не полезу я один на все поместье, пусть сначала ими займутся те, кого здесь убили.

Да, убили. Некромантия — это не всегда жертвоприношение, хотя демоны это очень одобряют. Но я могу делиться и своей силой. И для них это почти так же вкусно.

А вот колдовство…

Что может предложить демону колдун или колдунья?

Да только жертву. В идеале — зверски замученную, чтобы побольше силы отдала. Если Аморта — второе поколение колдовок, а то и поболее, представьте, сколько людей рассталось с жизнью по милости этой семейки?

Исчезло желание пожалеть бедненьких Моралесов?

Это правильно. Поверьте, они вас не пожалеют. Даже я могу. А вот они — нет. К заемной силе, за которую чужой кровью расплачиваешься, привыкаешь очень быстро.

* * *

Ну когда, когда ж я отучусь от дурацкой самонадеянности?!

Когда начну думать головой, а не заменяющими ее органами?

Когда еще набью себе шишек до размеров оленьих рогов?

Не иначе…

А так все хорошо начиналось…

Я‑то рассчитывал, что получив удар от неупокоенных душ, Моралесы побегут из дома. Как тараканы. А я буду выбирать, кого бить тапком.

Как же… размечтался.

Никто и никуда не побежал. Сначала‑то все было неплохо. Круг был нарисован, символы начерчены, я встал в него, Ак — Квир устроился поодаль, я произнес слова вызова — и духи просто повалили.

Валом.

Стадами.

Сколько ж их было… это была не просто жуть. Это был кошмар. Наверное, не меньше пары сотен! Когда они сгрудились вокруг меня, и вся эта белесая масса уставилась своими гляделками, даже мне стало неприятно. Все‑таки я своих призраков по одному — двум поднимал и принимал, но сотнями.

Но справился с собой, отдал задание — и духи плотной массой атаковали дом Моралесов.

А там — тихо.

Они внутрь всосались, а там все равно тихо.

Ни криков, ни стонов… я напрягся, принялся торопливо защищаться чем мог — щитов у некроманта хватает, просто их единомоментно не поставишь, знаки защиты стал чертить — и тут хлобыстнуло.

Из особнячка повеяло такой волной ненависти, что я себя почувствовал сопливым мальчишкой. А ненависть, как известно, бывает вполне материальна. И — убивает.

Меня не успело, но оглушило знатно. В глазах потемнело, голова закружилась — и валяться мне бы там тушкой некроманта, если бы не спас Ак — Квир.

Да, и так бывает.

Прекрасно сообразив, что после некроманта в расход пустят и его, а моя смерть может навсегда привязать его к миру людей, Ак — Квир ухватил меня зубами за шкирку, закинул на спину, словно волк — барана и потащил что есть сил из зоны опасности.

Хотя ему и самому пришлось нелегко.

Колдовство — оно такое, от него никому хорошо не бывает. Даже если человеку и кажется, что оно к добру — зря. Рано или поздно с тебя возьмут полную цену…

Кажется, с этой мыслью я и отрубился на спине Ак — Квира от второй волны ненависти.

Так, что прихожу я в себя на поляне, в лесу, неподалеку от замка Андаго. Рядом сидит Ак — Квир и смотрит на меня.

— Жрать будешь?

Я бы не удивился, если бы он ждал, пока я не приду в себя, чтобы жрать было аппетитнее — эманации боли, знаете ли, страха, гнева, но демон только фыркает.

— Тобой не отравишься, так подавишься.

— Поэтому я и жив?

— О, нет. Ты мне обещал сегодня добычу…

Я кое‑как сажусь, трясу головой.

— Да, обещал. Но… похоже, я тебе буду должен.

— Втрое отдашь.

— Шестьдесят человек? Ты не обожрешься?

— Обожрусь, лопну и сдохну довольным. И что?

— Ничего. Обещаю, ты получишь свои шесть десятков мерзавцев.

Риолонцев. И по умолчанию — с городского дна. Я тоже умею обходить клятвы. Ак — Квир насмешливо глядит на меня.

— Отправляй меня домой, некромант. Тут тебе дойти пять минут.

Тру виски. Сила спряталась куда‑то на дно сознания. Но на Ак — Квира ее еще хватит.

— Отпускаю. И… — прежде, чем закручивается воронка, тихо добавляю. — Спасибо.

Ак — Квир скалится и выглядит это жутковато. Потом шагает в воронку и пропадает в ней. Надо и правда его вызвать в ближайшее время, подкормить. А пока самому отдышаться.

Сейчас кое‑как доплетусь до потайного хода, отдышусь, дойду до своих покоев, если по дороге не сдохну…

Что ж мне так плохо‑то!?

При виде поверженного героя, Иннис хватается за голову и развивает бурную деятельность. Укладывает меня в кровать, приносит кучу сладостей и красное вино. И — садится рядом. Мне тоже было бы любопытно, так что на вопрос я отвечаю раньше, чем она его задала.

— Ничего не вышло.

— Почему?

Иннис явно расстраивается. Интересно, а она понимает, что я ходил убивать людей?

Следующий вопрос проясняет ситуацию.

— Я думала, что ты сегодня с ними разберешься.

— Я тоже так думал. Оказалось, что я переоценил себя.

— И с чем ты столкнулся? — Иннис было интересно.

Я прикрываю глаза и сосредотачиваюсь.