Лайнер вампиров - Галина Черная

Я покачал головой, снял рубашку и, заняв два свободных шезлонга рядом — для себя и Эльвиры, прилёг на один из них. Не знаю, что больше слепило — солнце или тела вампиров (похоже, блеском для тела «Интимная искорка» по последней моде пользовались практически все), но, едва я прикрыл глаза, как сзади раздался язвительный голос:

— Чудесное утро, не правда…? Было бы, если бы не толпа кровососов вокруг и все они…

— Зачем же вы тогда поплыли на лайнере вампиров? — несколько раздражённо спросил я, с трудом заставляя себя повернуться к этому типу.

Бывший учитель Эльвиры, с растрёпанной седой шевелюрой, в семейных трусах, с жёлтыми детскими надувными нарукавниками и вечным недовольством в поджатых губках, подозрительно уставился на меня:

— А вам, конечно, всё здесь…?

— Это моя работа, я фотограф. А что здесь делаете вы? Я уже спрашивал вас об этом вчера, и вы не ответили. Может, вопрос не понравился?

Видимо, мои слова попали в точку. Он оскорблённо взвился, раздувая ноздри:

— Это что, допрос или…? Я обратился к вам только потому, что вы здесь один из немногих… Это единственная причина, и ничего более мне вам не…

Я промолчал и снова закрыл глаза, давая понять, что мне тем более нет до него никакого дела. К тому же голова раскалывалась, надо срочно спросить пару таблеток спазмалгона у стюарда…

— Не буду вам докучать, молодой…

— Сделай меня такой же! Умоляю, сделай! — А это уже совсем другой голосок, нежный и девичий. К тому же я вроде его уже где-то слышал…

— До чего дошло, нет, вы только…! — возмущённо закудахтал Хам Хмельсинг, удаляясь к бассейну. — Чертовки хотят стать грязными…! Ничего святого у нашей молодёжи, куда смотрят их…!

Я снова открыл глаза и с любопытством поискал источник тронувшего меня нежного голоса. Это была та самая юная девушка, что привлекла к себе моё внимание вчера на пристани, а потом громче всех аплодировала, когда её идеал в голубом свитере сел к роялю и пробежался пальцами по клавишам. Теперь она расположилась в шезлонге у корабельного борта неподалёку от меня.

Сам Эдик Калинкин (такое имя трудно не запомнить) — вампир, красавец, музыкант и певец — стоял у перил, раскинув руки и подставляя тёплому морскому ветру своё сухощавое телосложение. Девушка мялась за его спиной, то и дело поправляя тёмно-красный купальник и нервно заламывая руки. Он, естественно, не обращал на неё ни малейшего внимания. Странная пара…

Как я сразу не заметил, что она чертовка? Хвост, конечно, купированный, но, видимо, недавно, она всё ещё двигает задом так, словно хвост у неё есть. И золотистый пушок, покрывающий спину, тоже явно свидетельствовал о её чертовском происхождении. Видимо, вчера меня ввело в заблуждение её бледное лицо и отсутствие рожек, наверняка так же спиленных.

Ага, у неё ещё и красные линзы. Да девочка просто косит под вампира! Многих беспокоит эта распространяющаяся с недавнего времени среди юных чертей мода на вампирскую тематику. Но все понимают, что это только временное увлечение и оно проходит, как все детские болезни. Чертенята помладше играют в очкастых волшебников на метле, а малыши-горгулии — в говорящих драконов с планеты Перн. Но чтоб реально пытаться стать вампиром?!

— Я готова стать на колени!

— Я сказал, нет. Ты не понимаешь, о чём просишь…

— Ах так, ну ты ещё пожалеешь об этом!

— Быть может, девочка, быть может… А пока принеси мне крем, мой кончился.

Юная чертовка, сжав кулаки и кусая губы, поднялась и, выпрямив спину, быстрым шагом ушла с палубы. Обнажённые вампиры демонстративно уступали ей дорогу, словно боясь запачкаться…

— Что-то произошло? — спросила у меня подоспевшая Эльвира и, понизив голос, многозначительно добавила: — Мимо только что пробежала Памелла. Она была в ярости!

— Кто? Какая Памелла? — Я уставился на Эльвиру (она выглядела сногсшибательным совершенством в бордовом купальнике), но спохватился и с трудом заставил себя смотреть ей только в глаза.

— Да нынешняя девушка Эдика Калинкина! Она тоже своего рода знаменитость. Звезда последних страниц светских журналов. Тема статей неизменна: когда наконец он сделает её вампиром. Романтично, правда? — Эльвира посмотрела на голую звезду долгим взглядом с поволокой. Я отогнал от себя пошлую мысль, что она его неприкрыто вожделеет…

— Сделает вампиром кого? Но ведь это невозможно, потому что… Она чертовка, и этим всё…! — сердито профырчал вернувшийся из бассейна профессор.

— Да, она, конечно, никогда не станет такой, как они. Это её и бесит, — сострадательно вздохнула моя мечта. — Но его укус всё равно способен изменить сущность чертовки. Если пёс моего шефа предпочитает спать в могильной земле, а не в конуре на тёплом коврике, то и она, возможно, начнёт есть мясо с кровью или загорать без одежды. Почему нет? Ну хочет глупышка стать вампиром, и всё тут! А если женщина чего-то хочет, то она это получит любой ценой…

— Бред и… ик… ик! Это просто сублимация комплекса девичьей…?! — повысил голос Хам Хмельсинг.

Ого, судя по запаху, он уже успел где-то принять на грудь…

Я откинулся в шезлонге и постарался отключить голову, мне это почти удалось. То есть если у Эдика, его пассии и профессора есть проблемы, то это не значит, что я должен взваливать их на свои плечи. Я полицейский. Хорошо, в данный момент скромный газетный фотограф. Но по-любому не психолог и не брачный агент! Пусть сами разбираются, боль в висках только-только начинала гаснуть, новые стрессы мне не нужны…

— Ты уверен, что не хочешь разок нырнуть? Там весело, я перевернула пару гробов с вампирами.

Свежевыкупанная Эльвира встала передо мной. Чертовски соблазнительная, яркая, со стекающими по гладкой коже жемчужными каплями воды. Наверное, я всё-таки за депиляцию у женщин, хотя золотисто-рыжий пушок, которым обычно покрыты все чертовки, её бы тоже красил. Да такую девушку вообще ничем невозможно испортить…

— Нет? Ну тогда всё, пора за работу!

Усилием воли я оторвал взгляд от её пупка и начал подниматься. Боль сразу вернулась, но долг превыше всего…

— Идём, лентяй! — Она цапнула меня под руку и почти силой увела с палубы. Автоматически я ещё раз отметил загорающего певца-вампира и спешащую к нему Памеллу…

Всё, что было дальше, как-то прошло мимо меня. Я даже не помню, кто читал доклады, о чём, с каким успехом, кого и как шельмовали и чем мы во время этого конкретно занимались. Эльвира у кого-то брала интервью, я не переставая щёлкал фотоаппаратом. Каждый кадр отдавался звоном в моей тяжёлой похмельной голове. Сколько помню, в последний раз я пил эту самогонную дрянь с одноклассниками на школьном выпускном. Зачем было вчера и всё было как было?!

Наконец Эльвира не выдержала, повела меня в бар и заставила выпить рюмку водки.

— Хочешь, приляг отдохни. Потому что ты мне будешь нужен через час на конференции.