Синяя Птица - Елена Самойлова

Мы покидали гостеприимное село с гордо поднятой головой. Мало того что продуктами затарились на неделю, не меньше, так еще и две серебряные гривны с корчмаря стребовали. Вообще-то поначалу наш работодатель, услыхав о семи вурдалаках вместо одного упыря, удивленно вытаращился и, пожав плечами, заявил, что он ни о чем подобном и слыхом не слыхивал.

Вилька в ответ продемонстрировала мешок с вурдалачьими головами (я восхищенно округлила глаза: так вот чем подруга в компании Алина занималась на кладбище после моего ухода) и, тряхнув им, потребовала премиальных. Корчмарь при виде голов побледнел, но твердо решил придерживаться принципа – моя хата с краю, ничего не знаю. В итоге Вилька разъярилась и подозрительно ласково посмотрела на меня.

– Что?

– Евочка, ты уверена, что вурдалаков было только семь?

– Я… э-э-э… – Вилька сделала страшные глаза.

– Нет! – выпалила я.

– Что – нет? Госпожа ведунья? – Корчмарь сделался бледен как мел.

– Скорее всего, их было больше, – нагло ответила я. – Думаю, кто-то из них еще остался.

– Но… Вы же сказали, что всех прикончили!

Я мотнула головой:

– Не-а. Мне ж только за одного заплатили. С чего это я стану за остальными гоняться? Те-то сами пришли, пришлось упокоить, но специально обыскивать кладбище под дождем только ради того, чтобы убедиться, что вурдалаки покинули хлебное место, я не буду.

Вилька незаметно подмигнула мне, и переговоры грянули с новой силой. Я зевнула и, махнув на спорящих рукой, направилась к конюшне, куда определили наших лошадей, в том числе и Серебряного, на которого я в очередной раз навела морок. Вопли за спиной усилились, и, обернувшись, я с удивлением увидела, что к Вильке присоединился Алин, и теперь они шерстили корчмаря с удвоенной силой.

Все, за гонорар можно больше не беспокоиться – Вилька в одиночку сторгуется с кем угодно, хоть с троллем, а на пару с Алином… Думаю, вдвоем они договорятся с самой Смертью, упросив предоставить им местечко в раю с небольшой скидкой.

С такими мыслями я покинула корчму и уже почти дошла до конюшни, когда внезапно передумала и решила сходить на рынок. В конце концов, в Синих Рощицах можно купить практически все, начиная от домашних тапочек и заканчивая щитами из драконьей чешуи. Долго искать не пришлось – я попросту влилась в людской поток, который полноводной рекой тек по направлению к рыночной площади. Идя в толпе, я прикидывала, сколько денег у нас есть на дорогу. Получалось в принципе достаточно – одна золотая гривна и пять серебряных, этого вполне хватит на плавание по Вельге-реке до Белозерья, а там посмотрим. В любом случае на мои специфические услуги спрос был и будет всегда, так что мы с Вилькой не останемся голодными и без крыши над головой…

Кстати, насчет крыши… Скорее всего, домой я уже не вернусь. Все вещи у меня с собой, для начала хватит, так что возвращаться в избушку смысла нет. К тому же путешествовать осенью намного проще и удобнее, нежели в начале сухия,[3]когда снега во дворе еще по колено, а весна даже и не планирует начинаться. Решено – зиму я буду встречать уже на новом месте. В конце концов, хотели же мы с Вилькой осесть где-то у подножия Гномьего Кряжа. Вот переберемся через Вельгу-реку, и буду потихоньку присматривать нам новое жилье…

Занятая своими мыслями, я не заметила, как подошла к торговым рядам, а очнулась, лишь когда чьи-то загребущие ручонки покусились на мой кошелек. Заклинание, наложенное на сумку, сработало безукоризненно – неудачливый воришка с диким воплем: «Ведьма!» – отскочил от меня на добрую сажень, помахивая в воздухе обожженной ладонью. Я хмыкнула и пожала плечами – нечего покушаться на чужое добро, особенно на добро ведьминское. Воришка быстро растворился в толпе, а я неторопливо пошла вдоль рядов, занятая своими мыслями. Зачем-то купила кулек каленых лесных орехов и теперь рассеянно щелкала их, глядя по сторонам.

Внезапно мое внимание привлекла светловолосая эльфийка, которая медоточивым голосом рекламировала свой товар – воздушные шарфы, покрытые тончайшей эльфийской вышивкой. Я невольно заинтересовалась и, запихнув кулек с орехами в сумку, подошла поближе в лотку, сплошь заваленному легчайшими разноцветными тканями. Эльфийка моментально узрела во мне потенциальную покупательницу и накинулась на меня:

– Девушка, примерьте! Великолепные шарфы, настоящий эльфийский шелк! Ласкает кожу! – С этими словами она набросила мне на шею невесомый ярко-зеленый шарфик с вышитыми на нем изумрудными листьями и, завязав его хитрым узлом, слегка отступила, критически оглядывая результат.

На лице у нее на миг отразилось недовольство, впрочем, эльфийка быстро взяла себя в руки и с улыбкой предложила мне овальное зеркало. Ну-у, что я могла сказать…

В принципе я довольна своей внешностью, но великолепный зеленый шарф смотрелся на мне… В общем, никак он не смотрелся. Чтобы надевать на себя такое чудо, необходимо быть княжной. Или эльфийкой. Что же до меня… По-настоящему красивая вещь только подчеркивала мои растрепанные короткие волосы и потертую одежду.

Я со вздохом отложила зеркало и, немного повозившись с узлом, вернула шарфик обратно на прилавок.

– Цвет не понравился? – удивленно спросила эльфийка. – Я вам сейчас еще покажу…

– Не надо, – грустно улыбнулась я. – Все равно мне такие вещи не идут, да и при моей работе испортится очень быстро. Я ведь ведунья.

На хорошеньком личике эльфийки появилось что-то, похожее на понимание. Она вежливо кивнула мне и улыбнулась:

– Не волнуйтесь, эти вещи защищены с помощью магии. Они не порвутся и не испачкаются, даже если вы всю ночь за вурдалаками пробегаете.

Видимо, удивление настолько явно прописалось на моем лице, что торговка звонко расхохоталась:

– Да об этом уже весь рынок с утра судачит. Видели ведь, как вы вечерком на кладбище шли, а под утро ваша подруга уже мешок с чем-то тащила. Уж не с головами ли?

– С головами, – машинально кивнула я. – Целых семь штук оказалось.

– Ого! – Эльфийка ослепительно заулыбалась. – В таком случае я вам скидку сделаю, если все-таки решитесь…

– Ева, что-то выбрала? – прозвучал над ухом подозрительно знакомый мужской голос.

Я только пожала плечами и вновь в задумчивости уставилась на прилавок. Данте скептически глянул сначала на меня, потом на ворох шарфиков, когда вдруг заметил что-то, привлекшее его внимание. Он деликатно отодвинул меня и потянул за уголок ткани нежно-голубого цвета. Выудил, оценивающе оглядел со всех сторон и протянул мне:

– Кажется, вот этот подойдет.

Я посмотрела на трофей и ахнула. Данте действительно умудрился отыскать среди всех вещей именно то, что подошло бы мне как нельзя лучше – недлинный, аршина полтора, нежно-голубой шарфик напоминал кусочек летнего неба, невесть как очутившийся на земле. Сходство усиливали белоснежные облака, вышитые на тонком шелке, а концы шарфа были отделаны светлой бахромой.