Эфирный оборотень - Алексей Живой

– Всем станциям!!! Говорит терпящий бедствие военный самолет НАТО. Позывной «Тень принца Гамлета». Срочно прошу посадку.

На этот раз откликнулись сердобольные радисты с английской авиабазы НАТО «Крампутон». Помимо обслуживания самолетов эта база была главным европейским военным метеоцентром.

– «Тень принца Гамлета», вызывает «Крампутон».

– «Крампутон», слышу вас хорошо.

– Могу передать сводку погоды на Нью-Йорк.

Это сообщение было последней каплей. Пилот «Ориона» взбесился и начал открытым текстом выдавать в эфир выражения, которым Антона заранее не обучали. Только природная тяга к иностранным языкам помогла ему кое-что разобрать. Наиболее безобидным выражением пилота было «на кой хрен мне твоя погода» и «засунь ее себе…» Смысл всех остальных фраз нестандартного радиообмена сводился к извращенным формам секса между пилотом самолета-разведчика и всем производными от авиабазы «Крампутон». Скорее всего, уши диспетчеров остальных авиабаз НАТО, вынужденно слушавших эту перепалку, покраснели и свернулись в трубочку. Антон также утомился и перестроился на другую волну, на которой переговаривались два «косяка», то бишь заправщика.

Радиообмен оказался не менее интересным, хотя и не столь эмоциональным. «Косяки» летали севернее Англии и только что закончили дозаправку четырех тактических истребителей F111. Отчитав доклад об успешной дозаправке тактики одному из диспетчеров того же «Крампутона», они сменили частоту и решили немного поговорить за жизнь. Военные пилоты НАТО позволяли себе это не в пример чаще, чем их русские коллеги, от которых кроме стандартного текста докладов и стандартного мата ничего более интересного слышно не было.

– Эй Боб, – спросил пилот «косяка» с позывным Hacker 110, – ты знаешь, что к нам на базу пришла служить новая девочка-диспетчер?

– Нет, Джонни, – откликнулся Hacker 100, – я вчера был в увольнении, а сегодня сразу за штурвал, как пришел.

– Интересная штучка, я тебе доложу.

– Блондинка или брюнетка?

– Блондинка Боб, а фигурка у нее…

– А звать-то ее как? Небось уже познакомился.

– Ага. Звать Лесли. Только что из училища военных радистов. Еще совсем зеленая.

– Женщина, Джонни, зеленой никогда не бывает. Ну, если не считать детей, конечно. А дети меня не интересуют.

– Кстати, Боб, она сейчас на дежурстве. Не хочешь пообщаться? Работает как раз с заправщиками, поскольку с нами на первых порах спокойнее. Мы – парни не торопливые.

– Ну, это смотря в чем. На дежурстве, говоришь?

– Ага. Прямо сейчас, я уточнял перед вылетом.

– Ну, что-ж, поболтаем.

Пилот Hacker 100 снова перестроился на основную рабочую частоту и стал вызывать КП авиабазы «Крампутон» державшее связь с «Косяками».

– «Крампутон», «Крампутон», здесь Hacker 100!

Спустя некоторое время ему ответил приятный женский голосок, чуть-чуть застенчивый и испуганный, как показалось Антону.

– Hacker 100, вас слушает «Крампутон».

– Примите контрольный доклад о дозаправке тактики.

– Готовы, – ответила девушка, и в ее голосе снова послышались нотки боязни дилетанта.

– Альфа, браво, виски, тенгоу, джулиет, семь, три, девять, ромио, папа, лима, оскар, девять, четыре, семь, майк, один, три…

И пилот запустил длиннющий доклад, который диспетчер должен был в точности воспроизвести. После полного повтора доклада необходимо было запросить подтверждение точности приема у пилота и, если были ошибки, проделывать процедуру до победного конца. Девушка трудолюбиво повторила доклад из 200 пунктов и уточнила правильно ли всё приняла.

– Ошибки в двадцать восьмом, шестьдесят девятом, восемьдесят втором и сотом пунктах, – добродушно поправил пилот.

Лесли снова принялась перечитывать в эфир длиннющее сообщение. Проделав процедуру четыре раза Боб, наконец, смилостивился и дал отбой. Перестроившись на другую частоту он вызвал Hacker 110.

– Ну, как? – поинтересовался Джонни, с нетерпением ожидавший результатов знакомства.

– Все О’К, – ответил Боб, – Девчонка и правда хороша. Когда приземлимся, надо будет пригласить ее в кино.

«Да, подумал Антон, развлекаются американы». Поискав в эфире следы подраненного «Ориона» и не найдя таковых (видимо уже сел где-то), Антон пустил частоты по кругу и хотел было немного расслабится с сигаретой в зубах, но эфир оказался на удивление заполненным всевозможной болтовней. На одной из частот ему попался НАТОвский транспорт, выполнявший рейс Москва-Потсдам. Неожиданно пилот транспортника запросил телефонный разговор с Москвой. Летел самолет уже над территорией Германии и через час должен был приземлиться в аэропорту земли колбасников и механиков. Когда запрос был удовлетворен, в эфире послышались длинные гудки, а затем на московском конце невидимой телефонной линии взяли трубку и сказали «Аллё» женским голосом. Тот час с борта вражеского самолета загремела на весь эфир чиста русская речь.

– Аллё, Машенька, это я – Вася.

– Ты где? – поинтересовалась Машенька сонным голосом, – Уже в Берлине?

– Да нет. В Берлин завтра. Я тут на военном самолете лечу. Пилот свой мужик оказался, хотя и негр. Дал позвонить за счет Пентагона. Я ему тут наплел, мол вайф, говорю не успел перед отлетом предупредить. А он говорит: «Звони сколько хочешь. Вайф – это серьезно». Вот и звоню. Мы сейчас ихний ВВС запросто на пару тонн баксов опустим.

– А чего звонить-то зря. Мы с дочкой спим уж давно. Только разбудил.

– Машенька, ну извини. Не сердись на меня. Чего тебе из Германии привезти? Хочешь новые сапоги?

– Хочу.

– А ещё чего?

– «Мерседес».

Вася причмокнул языком, словно сомневаясь в успехе предприятия.

– Маш, у меня суточных только на «Опель» хватит. Я ж в офис не заезжал за деньгами.

– А мне плевать. «Мерседес» хочу, белый.

– Да где-ж денег взять? – вопросил Вася, но тут его осенила счастливая идея, – А…, придумал. Придется толкнуть за полцены пару коробок гуманитарной помощи. Мы-ж тут голодающим перевозим еду и шмотки всякие на военных самолетах. Так что – не боись, будет тебе «Мерседес». Если с местным негром договоримся, как раз на обратный рейс и захватим.

Такого ущемления прав ни в чем не повинных голодающих Антон стерпеть не смог. «Прости меня, Господи.» – подумал он, и вышел в эфир.

– Walker 25 661, говорит КП «Дайверсити».

– «Дайверсити», здесь Walker 25 661. Слышу вас.

– Вам предписывается срочно изменить курс, и доставить гуманитарную помощь в Сомали. Дозаправка в квадрате 86.14. Расчетное время дозаправки 18.30 по Гринвичу. Как понял?

– КП «Дайверсити», вас понял. Меняю курс.