Иди к черту, ведьма! - Анна Бруша

— А ты?

— Что — я?

— Ревнуешь? — поинтересовался Варфоломей. Так просто, чтобы разговор поддержать.

Но реакция превзошла все ожидания.

— Ты на что намекаешь? Что моя Вера на кого-то другого смотрит? — В глазах Амадея взметнулось адское пламя, губа вздернулась, обнажая клык. — Это ты на что это намекаешь, а, Варфоломей?

— Воу-воу-воу… успокойся. Я просто так спросил.

— Спросил он! — огрызнулся Амадей. Его взгляд стал затравленным. — Какое сегодня число?

Варфоломей собирался ответить, но Амадей схватился за смартфон.

— Почему уведомление не пришло? Годовщина! Что дарить?!

Он резко развернулся на месте и исчез. Когда дымок развеялся, на земле осталась только маленькая кучка серы.

* * *

Маринка не поленилась встать ни свет ни заря, чтобы поехать с Анжело в Рим. Ева же сделала вид, что спит. Когда Маринка покинула номер, она почувствовала себя совершенно свободной и счастливой. Мысли то и дело возвращались к новому знакомому. Ева как раз пила кофе в гордом одиночестве, думая, как они с Варфоломеем погуляют по Венеции, когда ее пронзило осознание, что они так и не обменялись телефонами или другими контактами.

Она попробовала найти Варфоломея на «Фейсбуке», поиск выдал много всего, но на аватарках не было никого похожего.

— Синьора сегодня одна?

Официант убрал пустую тарелку с ее столика и приветливо улыбнулся.

— Да, — ответила Ева. — Похоже, одна.

День как-то сразу померк. Никто не любит, когда идеальные планы рушатся.

— Синьоре нужно сходить к церкви Санта-Мария деи Мираколи.

Английский звучал с сильным итальянским акцентом, и Ева не сразу уловила название места.

— Красивая церковь? — скорее из вежливости поинтересовалась она.

— Да, красивая, но там вокруг рынок С сокровищами. Старыми сокровищами. — Он пощелкал пальцами, пытаясь подобрать подходящее слово: — Всякие вещи.

Ева улыбнулась и поблагодарила, отдала пустую чашку.

— Ну что ж… посмотрим, какие там сокровища.

Официант отвлекся от своих прямых обязанностей и любезно показал на карте, где находится место.

— Вам понравится, синьора, — напутствовал он, лучезарно улыбаясь.

* * *

Чем дольше Ева находилась в Венеции, тем больше становился город. Он словно расширял свои границы, открывая все новые и новые грани. Каждый камень хранил какую-нибудь историю и требовал, чтобы ему уделили время. Поэтому к церкви Санта-Мария деи Мираколи Ева добиралась неприлично долго.

Рынок с сокровищами оказался блошиным. Здесь гулял дух веселого надувательства и азарта, и каждый мог почувствовать себя кладоискателем. Ева влилась в людской поток и принялась протискиваться между рядами.

С потускневших фотографий смотрели дамы в вычурных нарядах, поблескивали стразами дешевые брошки, груды пыльных фолиантов манили ценителей. Откровенное барахло соседствовало с настоящим антиквариатом. Ева залюбовалась каминным порталом с причудливой резьбой, потом принялась рассматривать свое отражение в старинном ручном зеркале.

— Лучше не смотреться в него долго.

Губы Евы дрогнули, улыбка появилась на ее лице раньше, чем глаза убедились, что рядом действительно стоит Варфоломей.

— Почему? — спросила Ева, отложив зеркало.

Сегодня Варфоломей был одет в черную рубашку-поло, легкие полотняные брюки. И, надо признать, выглядел весьма эффектно.

— Удивительно, что мы здесь встретились.

— Мы же договорились, — в свою очередь удивился Варфоломей.

— Так почему нельзя смотреться в зеркало?

— В Аду говорят, что зеркала плохо влияют на человеческую душу, могут ее похитить. Но это все сказки. Гораздо неприятнее то, что на таких вот старых вещах, особенно с камнями, — Варфоломей показал на тусклые кристаллы, украшающие раму, — отлично держатся проклятия и обрывки заклинаний.

Он посмотрел на свое отражение и нахмурился. Вещица на самом деле хранила запас магии, и если в обычных зеркалах, чтобы рассмотреть свои рога, Варфоломею приходилось напрягать зрение, то в этом он видел их очень ясно.

— А ты не боишься, что с твоей душой что-то случится? — поинтересовалась Ева.

— Нет, — серьезно ответил черт.

— Значит, ты работал в Африке?

Варфоломей удивился причудливости женской логики.

— Почему в Африке?

— Ну, колдовство… Там же культы… вуду… — улыбнулась Ева.

— Ха! А знаешь, действительно, — черт развеселился. — Таких белых, как я, там не было. Так что да, как вы говорите, «черный континент».

Женщина, которая продавала зеркало, была похожа на цыганку. Видя заинтересованность потенциальных покупателей, сверкнула темными глазами и разразилась длинной тирадой на итальянском, помогая себе руками.

Варфоломей слушал и кивал. А Ева переминалась с ноги на ногу.

— Что она говорит?

Варфоломей что-то спросил на итальянском. В ответе женщины Ева различила одно знакомое слово: «Диабло». Варфоломей рассмеялся и увлек Еву прочь от лотка.

— До чего вы, люди, смешные. Она рассказала, что хозяйка этой штуки была колдуньей и пыталась вызвать демона. Вроде как даже успешно. Представляю: демон прямо все бросил и полез между мирами! Эти ребята за столько лет так научились изворачиваться…

Варфоломей прикусил язык, вспомнив, что магией в этом мире пользуются очень мало и не стоит смущать Еву ненужными подробностями.

— Вещи с легендой продаются лучше. Ты так свободно рассуждаешь о демонах, как будто они и правда существуют.

Ева насторожилась. Африка — Африкой, но демоны… Это было чересчур. Она даже фантастику не особенно жаловала, так что подобного рода рассуждения вызывали у нее чувство неловкости.

— Ну… Я просто поставил себя на место демона. Полез бы я в этот мир, если бы кто-то зажег пару свечей, начертил на полу всякие знаки и вылил кровь черного петуха на зеркало? — вывернулся Варфоломей.

Ева засмеялась. С облегчением.

— Ого! Владелица зеркала, похоже, слишком хотела его продать и переборщила с легендой. Какие дикие подробности.

— Точно, — усмехнулся черт, радуясь, что Ева не понимает по-итальянски, потому что хозяйка зеркала не сообщила деталей ритуала по призыву потусторонних сущностей.

И тут Ева резко остановилась. Молния на ее сумочке была наполовину расстегнута.

— Вот черт! — Ева шарила в сумке рукой: кошелька не было. — Ворона! Кошелька нет. Нужно было внимательно смотреть по сторонам.

Любое столпотворение всегда привлекает карманников, и на блошином рынке они водятся в достаточном количестве. Пока взоры беззаботных туристов прикованы ко всяким блестящим мелочам, их кошельки так же блестяще вытягивают ловкие чужие пальцы.