Не хочу жениться! - Мария Сакрытина

— Когда? А-а-а! Но я думала, он пошутил!

— А Миша умеет шутить? — живо удивился Илюшенька. И совершенно по-дурацки улыбнулся: — А я думал, не умеет.

— Угу, — поддакнул Алеша.

— Да вы с ума сошли! Это же глупо! — не сдавалась Василиса. — Пусти!

— А обижаться на преподавателя за то, что он на тебя не так посмотрел, значит, не глупо? — фыркнул в ответ Миша.

Василиса сначала опешила: на Одуванчика никому, кроме своего амулета, она не жаловалась… Вот молчун, этот Миша! Молчит, молчит — а все видит.

— Он на меня не «не так» посмотрел, он на меня вообще не смотрел!

— Васька, ты о чем? — удивился Алеша.

— А я на тебя очень даже смотрю, — сообщил Илюшенька.

— Вась, да красота ж не главное, — это снова Алеша. — Ну не оценил наш куратор твоего ума и сообразительности, ну так не разглядел. Зато мы — мы сразу разглядели. Как только ты к нам из гроба поднялась, так и разглядели. Правда, ребят?

— Угу, — поддакнул Миша, прихлопывая Васю ручищей по заднице.

— Еще раз так сделаешь, я и на тебя обижусь! — прошипела Вася.

Миша, как обычно, промолчал.

— А по-моему, Вася у нас красавица, — поддержал друга Илюшенька. — Самая что ни на есть…

— Да при чем тут красота! — не выдержала Василиса. — Красота тут вообще ни при чем!

— А чего тогда?

Тут, наконец, и наступила тишина: «богатыри» ждали, а Вася не нашлась что ответить.

На занятие они успели за пару минут до его начала и, что удивительно, действительно последними. Удивительно, потому что опоздали вообще все: расписание совершенно взбесилось и менялось теперь буквально каждое мгновение, словно кто-то вздумал поиграть им в рулетку. Несколько старшекурсников, нимало не смущаясь, так и зависли около него, подкидывая в воздух монеты. При каждом броске расписание звенело, и в клеточки выпадали совершенно новые занятия, аудитории и преподаватели. В произвольном порядке.

«Богатыри» вместе с Василисой остановились перед ним надолго.

— И что теперь делать? — растерянно пробормотал Илюшенька.

Двое старшекурсников с монетами обернулись — мантии на них были такие красные, что просто вырви глаз.

— Гуляйте, ребята, уроков сегодня не будет! — воскликнул один и подмигнул.

А второй пихнул его локтем.

— Ты что, это же перваки, они ж поверят.

И оба, усмехнувшись, снова подкинули монеты. Расписание мигнуло и под громкий шепот третьего старшекурсника: «Шухер! Мастер идет» — изменилось снова.

Василиса, которую никто с плеча опускать не подумал, снова увидела старичка в забавной звездчатой мантии, которого раньше уже встречала перед картой в день поступления.

— Что творят, что творят! — сокрушался старичок, появляясь в облаке дыма перед расписанием. Повернулся вслед скрывшимся в соседнем коридоре старшекурсникам. — И ведь думают, я не узнаю. Не найду и не узнаю. Уже который год, а они все надеются, что хоть на этот раз пронесет… А вот и не пронесет! — рявкнул он, и в тишине холла это прозвучало почти как гром. — Чтоб все явились в деканат сегодня же вечером или сильно пожалеете!

Пару мгновений после этого царила тишина, потом из коридора ее нарушило робкое:

— Ла-а-адно, мастер Сигизмунд, вы только не злитесь, мы ж шутя…

— В смысле любя, — поправил второй, но тоже робкий голос.

— Шутя они, — буркнул старичок. — Учиться надо, а не шутить! Марш на занятие!

— А в деканат вечером? — тихонечко поинтересовался первый голос.

— Да черт с вами, — отмахнулся старичок, и старшекурсники с воплем: «Е-е-е! Мастер, вы лучший! Мы вас любим!» — появились снова и куда-то по коридору унеслись.

— А нам куда? — поинтересовался после их ухода Алеша.

Старичок обернулся, но увидел только «богатырские» животы. Нахмурился, задрал голову.

— А-а-а, боевые маги, первый курс? У вас общая лекция у фон Венге, «Основы магических схем». Поторопитесь, фон Венге опоздавших очень не любит.

— А это где? — уточнил Алеша, уже когда Илюшенька с Мишей повернулись к ближайшему коридору.

— Второй этаж, тридцать третья аудитория.

«Богатыри» развернулись и поторопились к лестнице.

— Эй, а чего вы девицу-то так держите? — крикнул им вслед мастер Сигизмунд. — Девица, если у тебя проблемы, то ты скажи.

— Я… — начала было Вася, но Миша, обернувшись, ее перебил:

— Она мне в карты проиграла.

— А-а-а, — улыбнулся старичок. — Ну ладно тогда. Удачной учебы.

Общая лекция оказалась общей в прямом смысле: в огромную аудиторию набился весь первый курс, и почти все места в амфитеатре уже были заняты. Причем секторами: белые — целители (собрались у окна, разложили скальпели, шприцы, вскрыли трупик чего-то мохнатого и теперь усердно в нем копались); синие — путевики (старались не смотреть на целителей, тем более что рядом сидели соседи поинтереснее); розовые — чаровницы (перемигивались с путевиками); красные — стихийники («Ну, ребят, а сегодня чего взорвем?») и черные — некроманты (бледные, болезненного вида сонные ребята, занявшие весь первый ряд). Были еще серебристые мантии, голубые, желтые, фиолетовые… Но Василиса понятия не имела, кто бы это мог быть — все расписание она рассмотреть не успела и потому пока не знала, кто еще учится в этой академии.

Места остались только «одиночки»: рядом с целителями два, одно около чаровниц и одно у некромантов. И все.

— Хм, — выразил общее недоумение Илюшенька, когда «богатыри» остановились в проходе.

К ним не сразу, но обернулись.

— Это кто? — услышала Василиса кого-то из чаровниц.

— Боевики, — ответил ей парень из путевиков.

— Во образины, — выдохнула другая чаровница, глядясь в зеркало и подкручивая пальчиком золотистый локон.

— А по-моему, там только одна образина, — протянула ее соседка. — Та, что на плече. А мальчики вполне ничего-о-о…

— Кто-нибудь уступит нам четыре места? — громко поинтересовался Алеша, вытянув могучие руки и напоказ разминая пальцы.

— Раньше приходить надо было, — ответили ему.

— Сами виноваты!

— Да!

— И что теперь делать? — растерянно пробормотал Илюшенька.

— Занимаем свободные места? — ответил ему до этого молчавший Миша.

— О, я хочу вон то, рядом с девчонками в розовом, — оживилась Вася. — Миш, отнесешь?

«Девчонки в розовом» тут же демонстративно поставили на свободное место чью-то сумку, но Васю это не впечатлило бы… Однако вышло иначе. Четверо некромантов вдруг проснулись, дружно встали, прошли на ряд назад и кинули свои вещи туда, где сидели путевики.