Восходящая Тень - Роберт Джордан

— Это символ.

Перрин не заметил, как подошла Верин, но заслышал сопровождавший ее шепот: «Айз Седай, Айз Седай». Селяне смотрели на Верин с благоговейным трепетом.

— Людям нужны символы, — продолжила Верин, опершись рукой о холку Ходока. — Когда Аланна сказала твоим землякам, что троллоки боятся волков, они решили поднять такое знамя, чтобы нагнать на Отродья Тени страху. А ты что об этом думаешь? — Голос Айз Седай звучал суховато — или ему это только почудилось? Она вскинула на него глаза, словно птица, разглядывающая червяка.

— Интересно, что подумает об этом Королева Моргейз, — заметила Фэйли. — Это ведь андорская земля. Королевам не всегда нравится, когда в их владениях поднимают чужие знамена.

— Да эти границы не более чем линии на карте, — возразил Перрин. Пульсирующая боль в боку, кажется, чуточку унялась. — Я, например, узнал, что Двуречье — часть Андора, только когда побывал в Кэймлине, а многие у нас и до сих пор об этом не слыхивали.

— Правители, Перрин, склонны верить картам. — На сей раз голос Фэйли прозвучал суховато. — В годы моего детства у нас в Салдэйе тоже были края, где на протяжении пяти поколений в глаза не видели сборщика налогов. Но как только отец смог ненадолго отвлечься от обороны рубежей Запустения, Тенобия заставила тамошних жителей вспомнить, что у них есть королева.

— Здесь Двуречье, а не Салдэйя, — усмехнулся Перрин, но, повернувшись к Верин, снова нахмурился:

— Я-то думал, вы таитесь, раз вы… те, кто вы есть.

Он и сам не знал, что внушало большую тревогу: Айз Седай, действующие тайно, или они же, выступающие открыто.

Рука Верин парила в дюйме от торчавшего из его бока обломка стрелы. Вокруг раны покалывало.

— Не нравится мне это, — проворчала Верин. — Стрела застряла в ребре, да и заражение началось, несмотря на примочку. Пожалуй, здесь без Аланны не обойтись. — Поморгав, она отвела руку, и покалывание прекратилось. — Так что ты говорил? Таимся? Где уж тут таиться, когда такое началось! Возможно, нам следовало убраться подобру-поздорову, но ведь ты этого не хочешь, верно? — Она снова посмотрела на него тем же птичьим взглядом — пристальным, оценивающим.

Подумав, Перрин со вздохом ответил:

— Пожалуй, верно.

— Приятно слышать, — с улыбкой отозвалась она.

— А почему вы вообще здесь оказались, Верин?

Похоже, Айз Седай не услышала вопроса. Или не захотела услышать.

— А сейчас нам надо заняться твоей стрелой. Да и о твоих ребятах тоже следует позаботиться. Мы с Аланной поможем самым тяжелым, но…

Парни из его отряда были ошарашены. Бан в недоумении поскреб макушку. Некоторые уставились на знамя, другие удивленно озирались по сторонам, но внимание большинства, бесспорно, привлекала Верин — на нее таращились широко раскрытыми глазами: шепоток «Айз Седай» дошел и до их ушей. Да и на Перрина поглядывали почти так же, ведь он разговаривал с настоящей Айз Седай запросто, словно с какой-нибудь деревенской кумушкой.

Верин обвела взглядом собравшихся и неожиданно, будто и не глядя, вытянула из толпы зевак девчушку лет десяти-двенадцати. Девочка с темными волосами, перевитыми голубыми лентами, замерла от испуга.

— Ты знаешь Дейз Конгар, девочка? — спросила Верин. — Так вот, найди ее и скажи, что раненым нужны травы Мудрой. И пусть поторопится. Передай еще, что мне надоело ее вздорное упрямство. Все поняла? Беги!

Перрин не знал эту девочку, зато она, очевидно, знала нрав Дейз и даже вздрогнула, услышав, что ей ведено делать. Но Верин — Айз Седай! Поразмыслив, девочка пришла к заключению, что Айз Седай всяко будет поважнее, чем Дейз Конгар, и припустила со всех ног. — А о тебе позаботится Аланна, — сказала Верин и вновь пристально посмотрела на Перрина.

Ему показалось, что эти слова таили в себе и какой-то иной смысл.