Безумный корабль - Робин Хобб

– Но сегодня многие из вас присутствуют здесь. Как мне сказали, сюда съехались представители очень многих ваших семейств. Если произойдет захват Удачного, их могут взять в заложники. И кто поручится, что они сумеют сохранить все ваши секреты?

Ее логика была безукоризненна и беспощадна. Многие непонятные мелочи вдруг начали обретать смысл, причем весьма грозный. Например, с какой бы стати калсидийцам пропускать «Кендри» в гавань, которую они сами же перекрыли? Теперь напрашивался весьма внятный ответ…

– У них здесь найдутся союзники в лице «новых купчиков»… – сказал он, вернее, подумал вслух, размышляя в это время обо всех, недавно сошедших на берег. – А также тех, кто привязан к калсидийской торговле невольниками столь же сильно либо даже сильней, чем к Джамелии… И есть еще люди, кто давно живет здесь, среди нас, и достаточно изучил наши обычаи, чтобы знать, как много торговцев, и удачнинских, и из Чащоб, сегодня здесь соберется…

– На твоем месте, – заметила она негромко, – я не была бы так уж уверена, что к ним нельзя причислить и кое-кого из ваших старинных семейств…

При этих словах Рэйн ощутил в душе холодок недоброго подозрения. Давад Рестар. Ну конечно…

– Но если ты знала о заговоре, зачем же ты приехала в Удачный? – требовательно спросил он Подругу.

– Уж конечно, знай я заранее, я бы нипочем не приехала, – парировала она. – Видишь ли, я лишь сегодня сумела составить из разрозненных кусочков целостную картину. И рассказываю я тебе обо всем этом не только потому, что мне самой не хочется умирать. Я пытаюсь предотвратить уничтожение Удачного. Я всю свою жизнь напряженно изучала его. Я всегда хотела побывать здесь. Это город моей мечты… Вот я и добилась, когда хитростью, когда просьбами, чтобы сатрап позволил мне приехать сюда. И, наконец-то оказавшись в Удачном, я совсем не желала бы стать свидетельницей его предсмертных судорог. Не говоря уже о собственной смерти, когда мне только-только выпало прикоснуться к его чудесам…

– Ну и что, по-твоему, нам следует сделать? – спросил Рэйн.

– Опередить их. Взять в заложники сатрапа и его Подруг… да-да, Подруг, и таким образом обеспечить нам безопасность. Покуда сатрап жив, он будет козырной картой для вас. Мертвый – станет искрой, из которой тотчас возгорится война. И еще надо учесть, что не все джамелийские вельможи непременно окажутся на его стороне. Нужно будет как-то подать весть в столицу и сообщить верным защитникам сатрапии о том, что здесь происходит. Если вы пообещаете им вернуть Касго живым и здоровым, они приложат все усилия, чтобы вам помочь. Да, будет война с Калсидой… но у нас с ней всегда более война, нежели мир. Воспользуйтесь же тем временем, которое я вам подарила этим предупреждением, и постарайтесь обезопасить город как только возможно! Соберите припасы, спрячьте семьи и детей… И непременно сообщите жителям верховий реки!

Рэйн не верил собственным ушам:

– Но ты же сама сказала, что они, скорее всего, выступят нынче же ночью. Откуда же взять время на такие обширные приготовления?

– Покамест ты теряешь это самое время, отплясывая здесь со мной, – заметила она ядовито. – Немедля сообщи всем, кому необходимо! Я и так сильно подозреваю, что сегодня на городских улицах будет весьма неспокойно… Наверняка будут драки, поджоги и всякие бесчинства. Они обязательно распространятся и на корабли в гавани. Вот тут-то кто-нибудь – может, случайно, а может, и не случайно – даст повод калсидийцам напасть. Чего доброго, им просто передадут весть об убийстве сатрапа… – Она твердо и пристально смотрела в его глаза, скрытые за вуалью. – Так что на рассвете Удачный уже будет гореть!

Музыка тем временем уже завершалась. Рэйн и его партнерша замедлили движение и остановились, и было в этом нечто поистине пророческое. Он несколько мгновений постоял молча, по-прежнему держа ее руку в своей. Потом отступил, отвешивая поклон.

– Кое-кто уже собирается снаружи, в саду, – сообщил он ей. – Пойдем присоединимся.

И жестом указал в сторону дверей.

В тот же миг что-то ощутимо кольнуло его в сердце, и он оглянулся… Малта! Она уходила прочь. Под руку с Сервином Треллом. Рэйн понял, что просто не может вот так исчезнуть посреди бала, не сказав ей ни слова. Он вновь обернулся к Подруге Серилле:

– Там, сразу за дверью, начинается тропинка. Она ведет в восточную сторону. Идти недалеко, там повсюду фонарики зажжены… Не затруднит ли тебя одной пройти туда? Я присоединюсь, как только смогу…

Ее взгляд недвусмысленно сказал ему, что он сморозил непростительную грубость. Вслух же она произнесла:

– Несомненно, со мной все будет в порядке. Надеюсь, ты задержишься ненадолго?

– Я тоже очень надеюсь, – заверил он ее. И не стал дожидаться, чтобы посмотреть, как она воспримет столь туманный ответ. Рэйн торопливо поклонился еще раз и покинул ее у дверей.

Музыканты уже начинали снова играть, но он успел быстрым шагом пересечь Зал, уворачиваясь от пар, выплывающих на середину. Он без труда нашел Малту, сидевшую в одиночестве. Когда он встал перед ней, она вскинула глаза, и надежда в ее взгляде смешалась с отчетливым страхом.

– Рэйн… – начала было она, но он перебил, не дожидаясь извинений:

– Малта, мне нужно немедленно уйти. Это очень важно. И быть может, я сегодня вечером вернуться уже не смогу. Пойми меня, пожалуйста…

– Ты не вер… но почему? Куда ты идешь? Что такого важного произошло?…

– Я не могу ни о чем рассказать тебе. Просто поверь, прошу тебя. – Он перевел дух. – И пожалуйста, отправляйся домой как можно скорее. Ты сделаешь это ради меня?

– Домой?… Вот так бросить бал моего представления и уехать домой, пока ты будешь «чем-то важным» заниматься?… Рэйн, но это же невозможно!… А как же совместная трапеза? А приношения родства?… И… Рэйн, но мы же всего один раз с тобой танцевали!… Как ты можешь так со мной поступать?… Я всю жизнь ждала этого дня, и вот он наступил, а ты говоришь, чтобы я быстренько отправлялась домой, потому что у тебя более важные дела есть!…

– Малта, пойми же!… Это не мой выбор. Рок не интересуется нашими пожеланиями… А теперь… я должен идти. Прости меня, но я должен.

Ему так хотелось все рассказать ей… Нет, не то чтобы он ей не доверял. Что его беспокоило, так это близкая связь ее семейства с Давадом Рестаром. Если Давад – предатель, то пускай он и дальше думает, что его заговор никем не раскрыт. Малта же не сможет нечаянно выдать того, о чем сама знать не будет…

А она опять подняла глаза, и он увидел в них искры темного пламени.

– Что ж, – сказала она, – я, кажется, догадываюсь, что тебе важнее меня. Желаю тебе удачи и удовольствия…-И отвела взгляд. – Доброй ночи, Рэйн Хупрус.

Итак, она отмахивалась от него, как если бы он был непослушным слугой… Он весьма сомневался, что она прислушается к его совету ехать домой. Он стоял перед ней, жестоко страдая и не ведая, как же поступить…

– Прошу прощения!