Лорд, который влюбился - Анна Гаврилова

* * *

Эрика Тизар

В комнату я вернулась в чудеснейшем настроении! Настолько хорошем, что тут же бросила библиотечную книгу на стол и принялась кружиться, не в силах сдержать чувств.

Не знает! Не понимает! Даже не догадывается, что невеста у него прямо под носом!

Кстати, интересно, а он вообще собирается меня искать? Последняя мысль заставила остановиться, прекращая кружение, но настроения не испортила. Я хихикнула, а потом стянула с лица шарфик и махнула рукой на все дела.

Просто завалилась на кровать и, уставилась в потолок, делясь с ним своей запредельной улыбкой. Спать легла в том же ненормальном состоянии, да и утро встретила в нём же – словно не жениха встретила, а клад нашла.

Потом был взгляд на своё отражение в зеркале, и…

– И-у-и! – воскликнула я радостно. Отёк, вызванный поцелуем Грэгса, прошел. Мне вернули нормальное лицо! Увидав всё это, снова запрыгала по комнате, и в столовую спустилась пританцовывая. Сопровождавшие меня подруги, точно хотели покрутить пальцем у виска, но мне было всё равно.

Рэйнер Варкрос, который уже сидел за преподавательским столом и уплетал завтрак, вызвал желание подбежать и сделать серию книксенов, но тут я всё же сдержалась. А увидав его недобрый прищур, причём посвящённый лично мне, даже прицыкнула на себя и приняла благообразный вид.

– Чего это Рэйн на тебя таращится? – вопросила Лисента хмуро.

– Рэйн? – переспросила я. – Хм… – тут же мечтательно прикрыла глаза и повторила, смакуя: – Рэйн, Рэйн, Рэйн… Девчонкам реакция не понравилась, Камея даже сурово погрозила ложкой.

– Если ты решила претендовать на Варкроса, – сказала она строго, – то тут уже очередь.

– Очередь? – Я искренне удивилась. – Из кого?

– Половина факультета Общей магии, – буркнула Лисента. – Кое-кто из Особых чар, две с Алхимии и пара некроманток.

Я присвистнула и спросила заинтересованно:

– А вы?

– Ну и мы, конечно, – Лисента по – прежнему выражала недовольство. – С нами ещё Ирма с пятого.

Ирма – высокая, рыжеволосая и горячая. За этой магичкой увивалась половина парней нашего факультета, но её симпатии к Варкросу я не удивилась.

Тут вообще ничего особенного не было. Вон, за Иверсом гоняются, так почему бы и за Рэйнером не побегать? Впрочем, в случае с Рэйном всё же имелось одно «но».

– А вдруг он не свободен? – спросила я. – Вдруг у него есть дама сердца или даже невеста?

Лисента и Ками дружно фыркнули, и в этот раз их даже молчавшая Амелин поддержала. В смысле, Амелин тоже фыркнула и посмотрела на меня так, словно сижу тут и не понимаю элементарных вещей.

– Невесты точно нет, – сообщила Ками убеждённо. – Мы выясняли. Про даму сердца пока неизвестно, но знаешь что? Я не знала и молчаливо подтолкнула, и второкурсница объяснила:

– Будь он в кого-то влюблён, то не согласился бы на работу в нашей академии. Сидел бы рядом cо своей дамой и не дёргался. Но он-то здесь!

Я могла привести контраргумент, и даже открыла рот, но магическая клятва не позволила. Это внезапное срабатывание заклинания, которое попросту не дало возможности заговорить, стало поводом опомниться и активно закивать. Хорошо-хорошо! Пусть всё будет так, как вы сказали – не помолвлен и не влюблён, и вообще свободен.

– Только сами в него, на всякий случай, не влюбляйтесь, – не удержалась от совета я. Просто они подруги, и я желаю им добра.

Ками с Лисентой глянули снисходительно, однако я обижаться не стала. Бросив ещё один взгляд на жующего и уже не смотрящего в мою сторону «новенького», тоже приступила к еде.

Ну а после завтрака – сразу на занятия, которые… В общем, суббота была у нас днём специфичным. Ведь магический дар не слишком зависит от происхождения – он может проявиться у кого угодно, включая простолюдинов. Пару веков назад один из таких магов-простолюдинов побывал в королевском дворце, и в Академии Ривенстэйл с тех пор обучали и танцам, и литературе, и этикету.

Последнее – чтобы не вздумали ненароком повторить подвиг того мага и не поковыряли в носу, стоя перед королём.

Скажу честно, я этот день, отведённый под наше окультуривание, сильно не любила. Ну а чего? Во-первых, сочинения задают, во-вторых, заставляют выводить глупые па. Ведь все эти танцы мне и так известны, и я тут не для того, чтобы шаркать ногами по паркету. По паркету и дома могу! Пусть он в нашем замке заметно побитый, но всё равно. Впрочем, сегодня я не ворчала – была слишком счастлива. С улыбкой сдала сочинение по изумрудному веку в поэзии, опять-таки с улыбкой отсидела нудное занятие, где преподша декламировала стихи той самой эпохи и пела дифирамбы одному литературному деятелю.

Затем побывала на уроке каллиграфии и лекции, посвящённой живописному искусству.

Танцы, разумеется, тоже были. В танцевальном зале, как всегда, собрали несколько курсов с разных факультетов, и началось. Старенький магический проигрыватель, сверкая многочисленными лампочками, выдавал мелодию за мелодией, ну а я… добросовестно пряталась. Просто ног у меня всего две, а желающих их отдавить – целая толпа.

Нет, мне в самом деле постоянно попадались те, кто танцевать совершенно не умеет и не очень-то стремится. Один раз даже пришлось хромать в лазарет, чтобы лекарь заживил перелом на большом пальце правой ноги.

Не удивительно, что я пряталась, а мадам Пенелопа, которая являлась нашим «хореографом», сильно из-за этого злилась. Даже грозилась поставить неуд в общий зачёт.

Но сегодняшнее занятие прошло не так уж плохо. Причём я даже потанцевала, причём без травм!

В какой-то момент к нашей большой компании присоединился четвёртый курс факультета Тайных знаний, и рядом со мной возник Грэгс, озаряя мир своей умопомрачительной ухмылочкой.

– Эрика, вы позволите? – светским тоном вопросил он. Грэгс протянул руку, а у меня ноги подогнулись. К счастью, в этот раз подогнулись лишь слегка, так что ловить не пришлось. В сопровождении Грэгса вышла на паркет, и мы закружились в быстром вальсе.

– Вижу, с твоими губами всё в порядке, – сказал парень, прижимая чуть крепче положенного. – Очень рад.

Я улыбнулась – да, я тоже!

– А меня так приложило о ту парту, что спина болит до сих пор.

Партнёр поморщился, а я прониклась искренним сочувствием. Спустя еще секунду услышала:

– Ты выяснила в чём причина? В самом деле какой-то артефакт?

В его голосе прозвучала надежда, и я слегка зарделась – хочет поцеловаться снова? Мм-м… мне приятно. Только порадовать, увы, нечем.

– Не выяснила. Но скорее всего. Кроме папы устроить такое веселье просто некому.

– И что будем делать?

– Пока ничего, – печально вздохнула я.