Капитан Пересмешника - Мира Вольная

Сжимать ее, чувствовать ее, прижимать к себе и пробовать, пить дыхание, терзать не дающие покоя губы.

Да что со мной происходит?

Может на волков сапсаны действуют также, как и на нагов? Твою мать!

Через пятнадцать лучей я мерил шагами свою каюту, стараясь вспомнить, что мне известно про Шагар. По всему получалось, что не очень много. Шагар — один из крупнейших островов тигров при этом почти парадоксально мало населен — всего три небольшие деревеньки. Остров считается священным и находится под покровительством Богини Вод. Ходили слухи, что где-то в самом его сердце в Пещерах Слез располагается храм Ватэр. Нежити, нечисти, уникальных хищников на острове туча и более или менее безопасно лишь в деревнях. Тигры, обитающие там, к чужакам относятся настороженно, тем не менее, в ночлеге и крове не отказывают никому. А теперь вопрос на миллион аржанов: на кой хрен туда несет эту девчонку и ее сумасшедшую команду? И как заставить их повернуть?

Калисто…

Порок и соблазн в чистом виде. Бесовка.

Я тряхнул головой и залез в пространственный мешок, выуживая оттуда портрет Дарины, отданный мне Августом. Лиса действительно изменилась за то время, что я ее не видел. Стала еще прекраснее и… еще дальше от меня. Странно, но за время вынужденного ожидания, я никогда не сомневался в том, что она моя пара. Я с легкостью избегал случайных связей и дамочек Кристофа. Просто не замечал, и не скажу, что давалось это с таким уж трудом. Я всегда знал, что в итоге меня ждет сладкий приз. Так почему теперь, я с таким трудом сдерживаю свои инстинкты?

Беспорядочный хоровод мыслей не давал мне покоя до самого вечера. А ночью, когда большая часть команды угомонилась и разбрелась по койкам, я отправился на палубу. Мне надо было скинуть напряжение. Волк внутри все никак не мог успокоиться из-за того поцелуя. Он не понимал, почему я отпустил соперника, почти врага. Почему вообще позволил ему приблизиться к капитану. А я не понимал его метаний. Вот уж где действительно две половины единого. Я впервые не мог договориться со зверем внутри.

Я взял кинжалы и поднялся наверх.

Морской ветер мягко шевелил волосы, волны, разбивающиеся о корпус судна, приносили успокоение, легкая качка убаюкивала.

Я поднял голову вверх — невероятно ясное небо обещало на завтра хорошую погоду. В каюте капитана по-прежнему горел свет, она не спала. Это хорошо. Значит, у меня еще есть время поговорить с ней и выяснить интересующие меня детали.

Я повесил ножны на пояс и, закрыв глаза, взял в руки первый кинжал, проводя пальцами вдоль лезвия, как всегда наслаждаясь привычной тяжестью и холодом стали.

Вдох — бросок.

Клинок вошел в фок-мачту почти до середины, с легким хлопком погрузился в мягкое дерево, слуха коснулось низкое гудение дрогнувшего металла. Идеально.

Вдох — бросок.

Второй кинжал, судя по звуку, застрял чуть левее. Третий надо будет пустить выше, учитывая направление ветра, силы придется приложить чуть больше.

Вдох, я отвожу руку назад, и меня сшибает с ног. Какого…

Я открыл глаза, чтобы встретиться с разъяренным взглядом капитана. Девчонка сидела на мне верхом, прижимая к горлу рыбку размером с ладонь, левый рукав ее рубашки заливала кровь.

— Если хочешь убить меня, волк, имей мужество сделать это в поединке, — прошипела она, плотнее прижимая оружие к моей коже почти царапая.

Напряженная, натянутая, злая. Хищная.

Лесные духи, сейчас я хотел ее еще больше. Именно такую дикую и яростную.

Волк внутри заметался, забился, требуя выпустить его на свободу, но я безжалостно давил инстинкты. Нельзя срываться. Категорически нельзя, но раздражение вызванное словами сапсана никак не хотело спадать.

— Поверь мне, если я захочу тебя убить, я сделаю это открыто, — слова вырвались из горла вместе с рычанием, я почувствовал, как на руках прорезаются когти. Контроль, мать твою! — И для этого мне хватит и пары вдохов. — Девчонка поднялась так быстро, что я с трудом заметил это движение. Но через вдох уже сам стоял на ногах, точно так же как и она, сжимая в согнутой руке так и не запущенный мной кинжал.

— Досадно. Я думала ты умнее, — выплюнула она, и ринулась в атаку.

— Досадно. Я думал, истерики тебе не свойственны, — оскалился я, отбивая стремительный удар.

Ситуация складывалась дерьмовая. Волк, по непонятным мне причинам, реагировал на Калисто, как на пару, и сейчас воспринимал нашу небольшую драку, как брачную игру. Я еще держал его, но чувствовал, что инстинкты постепенно берут верх: уже начали меняться черты лица. Анализировать поведение капитана я пока был не в состоянии, слишком много сил уходило на контроль животного внутри. Но что-то там было явно не так.

Ее кинжал прошел в опасной близости от груди и слегка задел руку, не царапая, просто намечая рану, как легкий укус, но и этого хватило, чтобы инстинкты полностью проснулись и взяли верх, оглушая своей мощью. Подавить, победить, заклеймить.

Капитан владела кинжалом почти так же, как и шпагой. Прекрасно осознавая, что ее преимущество в скорости и быстроте реакции. Я не спешил нападать, уйдя в оборону, стараясь заглушить зов крови, но терпя сокрушительное поражение в борьбе с волком.

Губы Калисто кривились в ярости, глаза пылали гневом, по нежной шее вниз, в ложбинку между грудей, стекла серебристая капля пота, оставляя за собой влажную дорожку. Отвлекая, срывая последние замки и цепи. Кошмарная смесь из желания и раздражения пронеслась по венам и прострелила голову. Подавить, победить, заклеймить.

Она поднырнула под мою руку, и холодная сталь коснулась правого бока, действительно раня на этот раз. В тот же миг обострилось зрение, слух и нюх. Ветер донес до чувствительного носа запах крови сапсана. Она пахла великолепно, и так захотелось слизать хоть несколько капель, растереть их на языке. И я получу то, чего желаю. Получу ее. Сейчас!

А она кружит вокруг меня, пытается достать, злится, скалится. Такая жаркая, заведенная.

Дразнишься? Бесовка!

Я наступаю, атакую, стараюсь зажать девушку в угол. Еще несколько шагов и я почувствую под собой желанное тело. Что-то мелькает перед самым носом, и непонятным движением она снова обходит меня сбоку. Удары следуют один за другим, сапсан старается выбить оружие из моей руки, свалить меня с ног. Но каждая ее попытка заканчивается поражением, подсечки не приносят желаемого результата, ей не хватает силы. И громкий, разочарованный, злой крик разносится в тишине, вызывая мою улыбку.

Злись, злись бесовка!

Я снова перехожу в атаку, короткие выпады и отвлекающие удары, но она ускользает от любого, будто знает заранее, куда придется следующий. Три шага и я перехватываю ее свободную руку, разворачиваю ее, прижимаю к себе спиной, утыкаюсь носом в шею. Да! Боги, как сладко она пахнет!

Удар локтем в живот и пяткой в колено приводит в чувство. Боль не сильная, но достаточная, чтобы напомнить мне, что мы еще не закончили. Давай капитан, дерись! Тем слаще будет моя победа.