Чертова ведьма - Лора Вайс

— Ну, — складывает руки на груди, — неудивительно. Вы и вправду кое в чем очень схожи с моим бывшим.

— И?

— Вы такая же беспросветная и беспринципная сволочь с раздутым самомнением. В остальном мой бывший даже лучше. Он, по крайней мере, избавил нас от своего присутствия.

— Благодарю за искренность. — М-да, как я и думал, будет непросто. — Поверь, я от тебя тоже не в восторге, но, — предвосхищаю ее очередной выпад, — в восторге Отис.

— Не смей шантажировать меня своим ребенком, — переходит она на шипение и, что забавно, на «ты». — Тоже мне папаша. Да тебя следует родительских прав лишить.

— А ну-ка поясни. — Вот это поворот!

— Твой сын живет в ужасных условиях! Питание отвратительное, режима никакого, он все время один! Я уж молчу про то, что ребенок не посещает школу. Думаешь, сбагрив его на меня, решишь разом все свои проблемы? Ничего подобного! Ты безответственный папаша-пофигист!

— Не смей! — вскакиваю со стула. Вот ведь, нашла больную мозоль и давай на нее давить. — Я люблю своего сына! И делаю для него все, что могу! Но у меня работа!

— А у меня ее нет, по-твоему?!

И вижу, как ее глаза ходят туда-сюда вслед за моим хвостом, а тот знай себе мотается, остатки пыли разгоняет.

— Ты решил за мой счет выехать! Не выйдет! Ты должен сам заниматься своим ребенком! — снова переключает внимание на меня. — Мы с дочерью живем в мире людей, наше место там, а не здесь!

Ишь как распетушилась!

— Все! — резко бью кулаком по столу, отчего блюдо с кексами подпрыгивает, а следом и ведьма на стуле. — Этот разговор совершенно не продуктивен! Или мы сейчас обсуждаем варианты сотрудничества, или ты знаешь, что будет. А коль я беспринципная сволочь, то вопросами нравственности и морали задаваться точно не буду.

В ней же все кипит и бурлит, ох, как она хочет обложить меня чем-нибудь похуже просто сволочи. Но держится. А в гневе она особенно хороша. Хотя она хороша в любом состоянии.

— Ладно, — выдает вместе с тем паром, что в ней скопился. — Давай свои варианты.

— Я готов позволить тебе закрыть все заказы, решить все срочные вопросы. И да, Мария Федоровна ждет тебя завтра в кондитерской. К тому же ты можешь не закрывать свою мастерскую.

— И за счет чего она будет существовать, позволь спросить?

— Передай бразды правления помощницам.

— Да неужели? На какие шиши, интересно?

— На мои. Я согласен платить им фиксированный оклад.

— Да ты, смотрю, олигарх. И мне зарплату, и моим помощницам, и полный пансион. Сдается, лапшу вы мне на уши вешаете, господин комиссар.

— Считаешь, я неплатежеспособен?! — Да как она смеет вообще?

— Именно так! Твой дом покрыт грибком, в нем царит редкостный срач, как-то не сочетается с положением комиссара округа.

— Рыжая хамка! — подаюсь к ней, и в этот момент раздается скрип двери.

На пороге стоят перепуганные Отис с Настей.

— Мам, — девочка подбегает к Кейне, хватает ее за руку, — давай уйдем, мам. Здесь страшно, и они злые, — кивает на меня с Отисом.

— Мы не злые, детка, — мигом успокаиваюсь я, — совсем не злые. Вот я просто устал, работы было много, а Отис тебе и твоей маме очень даже рад. Ведь так? — перевожу взгляд на сына, а тот стоит хмурый, на меня глядит, точно живоглот на опарыша.

— Так, — выдает сын сквозь зубы. — Вечно ты все портишь! — не сдерживает слез. — Всегда! От тебя все уходят!

— Ты что себе позволяешь, поганец?! — Всё, мое терпение лопнуло. — Не ты ли довел до нервного срыва своих последних учительниц?! Не тебя ли выдворили из двух школ?!

— Мне не нужны учительницы! И ты мне не нужен! — выкрикивает Отис и убегает.

— Молодец, — так мерзко снисходительно качает головой ведьма. — Вот молодец. Всех довел. Если ты так обращаешься со своим ребенком, ничего удивительного. Он в силу возраста копирует тебя же. Идем, Насть, — поднимается со стула, — дадим господину черту подумать над своим поведением. — Затем берет пакет. — Ой, смотри, твой Валерка, — достает зайца, — надо показать его Отису. Жаль, Гриши нет.

— А Гришу я бы Отису подарила.

— Да, было бы здорово, — и они закрывают за собой дверь.

Странные чувства… Вроде и злость берет, а вроде и стыд, а вроде и все вместе. Неужели Отис на самом деле винит меня в том, что Нарли ушла? Я жену любил или думал, что люблю, не знаю. Но в любом случае я старался для семьи, всегда. Чтобы каждый день они были сыты, чтобы в доме было тепло. Да, зарабатывал в разы меньше, чем сейчас, а работал больше. Но разве нужно любить друг друга, только когда все хорошо? Нарли, видимо, так и считала. И не моя вина в том, что она устала от мужа и ребенка, потому что один батрачил как проклятый, а второй требовал внимания матери.

Еще и эта рыжая подливает масла в огонь. Видите ли, родительских прав меня надо лишить! Стерва! И чего она там вообще квакала про мой дом? Какой еще грибок?

Кейна

Хмырь в погонах! Отрастил самомнение, понимаешь ли! Зарплату он всем платить будет! Угу, будет, как же. Один раз раскошелится, а потом хвост-то подожмет и брови свои вразлет на нос опустит. Не будь у него сына, прямо не знаю, что бы с ним сделала. Как минимум огрела чем-нибудь потяжелее. Забила бы его формой для кексов, как гвоздь в пол. Только для начала пришлось бы на стол встать. Высоченный детина!

— Отис?

— О-о-отис! — зовем чертенка вместе с Настей.

— Может, он в подвал убежал? — крутит головой дочка.

— Не думаю, ты ведь помнишь, там жуткие демоны живут.

— А, ну да. Значит, в своей комнате.

— Может быть. Пойдем посмотрим.

Действительно, Отис был у себя, точнее, забрался под одеяло, а хвостик остался снаружи. Настя подбежала первая и, не думая, подергала за хвост:

— Эй, ты тут?

И в секунду хвост спрятался туда же — под одеяло.

— Отис, — сажусь у него в ногах. — Почему ты убежал?

— Потому, — слышится из глубин.

— Ну, это не ответ. Расскажи… мы с Настей хотим послушать.

— Да-да, — забирается на кровать мое деловое чудо, — а то мы уйдем. Да, мам?

На что грожу ей пальцем.

— Ну и уходите. Все уходите.

В этот момент чувствую нечто странное, оказывается, его хвост опять выбрался и схватился за мой пояс на платье. Честно говоря, сердце сжимается наблюдать происходящее. У ребенка с его тупоголовым родителем никакого согласия, а мальчишке нужно внимание, жизненно необходимо, а главное, нужна любовь.

— Отис, мы не собираемся уходить, — говорю, и самой плакать хочется. Черт треклятый, свалился на мою голову. — Вылезай, Настя тебе хочет показать своего лучшего друга.