Заклинание для спецагента - Роберт Линн Асприн

— Бо-ре-е-ей! Какие люди — и средь бела дня! К ним подбежал один из официантов, энергично

сдавил руку Борея своими пальцами, одновременно хлопнув его по спине другой рукой.

— Привет, Джимми. Да я тут просто… этой молодой леди Квартал показываю, — ответил Бобо. — Она пожелала посмотреть самый переоцененный ресторан в нашем городе… вот я ее и привел.

— Сейчас так Питу и передам, — пробурчал Джимми, провожая их к столику у окна. — Вы пока присядьте, а я ему скажу, что ты пришел.

— Погоди-ка, старина, — поманил Бобо официанта, — окажи мне сначала одну маленькую услугу, а? Позвони Мишель — ну, туда, напротив, и скажи, чтобы пару, которая только что пришла, обслужили по особой программе. Их ни с кем не перепутаешь — у дамы волосы ярко-зеленые. И не забудь предупредить, чтобы Мишель убрала из их меню объяснительный листок.

Джимми, ухмыльнувшись, исчез.

— Насколько я понимаю, вас тут знают, — заметила Лиз.

— Да так, захаживаю иногда, — пожал плечами Бобо. — Я уже говорил, в Квартале почти все всех знают.

— А что это за фортель с «особой программой» для Ллойда и Фионны?

— Разве вы не хотите, чтобы они хорошо пообедали? — На лице Бобо изобразилась ангельская невинность.

— Не увиливайте, Бобо, — строго произнесла Лиз. — Мы с вами — одна команда, не забыли?

— Ну, я, кажется, говорил, что «Счастливчик Чэн» — необычное местечко. Так вот, необычен он тем, что там китайская кухня скрещена с креольской.

— Простите, а попонятнее нельзя? Для чего служит объяснительный листок?

— Ну, тут дело в обслуге. Вы на них хоть глазком успели взглянуть?

— Вот именно, что «глазком». Мне показалось, что это все симпатичные молодые женщины.

— Верно сказано. «Показалось».

Лиз сдвинула брови… и тут же ее лицо расплылось в озорной улыбке:

— Вы намекаете, что…

Бобо кивнул:

— Да, с виду это нормальные официантки. А на деле — лучшие в своем роде трансвеститы Квартала. Вот выйдет штука, если ваш друг Ллойд назначит какой-нибудь из этих девушек свидание после смены. Просто кино!

Пока они дружно хохотали, из внутренних дверей появился брюнет в накрахмаленном поварском фартуке.

— Э-ге-гей, Бор! Где пропадал?

— Пит, бродяга, сколько еще тебе говорить, что под наш акцент тебе подделываться бесполезно? Не срамись лучше, а? — И Бобо представил повару Лиз, которую все еще разбирал смех.

— Ну, чем вас накормить, ребята?

— Вообще-то мы еще не видели меню, — произнесла Лиз.

— Тихо, — прикрикнул на нее Бобо. — Просто скажите Питу, чего вашей душеньке угодно, и если он не сможет сварганить этого блюда в своей уютной кухоньке, то просто закажет его где-нибудь навынос.

Внезапно все тревоги этого утра оставили Лиз, и она осознала, что голодна как волк.

— А знаете ли, — проговорила она, — мне очень хотелось бы попробовать какие-нибудь острые креольские блюда, о которых мне все уши прожужжали.

— Дорогая моя, ради вас — моментально, — обворожительно улыбнулся ей Пит. — Как вам понравится гамбо?

— Мне тоже порцию сделайте, — заявил Бобо. — И чтоб моя доля была не просто острая, а жгуче-жгуче острая.

— И моя! — воскликнула Лиз. — Жгуче-жгуче!

— Вы хорошо подумали? — спросил Бобо, когда повар исчез в своих владениях. — Я думал, у вас в Англии больше пресное любят.

— Не верьте молве, — усмехнулась Лиз. — А об «английском радже» вы, случайно, не слыхали? Кто, по-вашему, изобрел карри «Виндалу»? Мы! Теперь в Лондоне индийских ресторанов больше, чем заведений с континентальной кухней. А самый последний писк — тайские блюда. Остренькое мы просто обожаем.

— Тогда молчу, мэм.

И действительно, когда подали еду, Лиз объявила ее восхитительной и съела все до последней ложки, хотя втайне была несколько разочарована. Специй оказалось маловато — ее даже пот не прошиб. Однако Лиз постеснялась расстроить повара, который нервно стоял у них за спиной в течение всего обеда. И Пит, и Бобо рассматривали английскую гостью так, словно с секунды на секунду ожидали, что она самовозгорится, а увидев, что она невозмутимо уплетает гамбо за обе щеки, несколько даже приуныли. Из тактичности Элизабет начала обмахиваться ладонью.

— О Боже мой, — выдохнула она, подражая одной из своих стареньких тетушек. При взгляде на эту тетушку оба американца страшно бы изумились, узнав, что эта почтенная дама прожила всю жизнь в Индии с мужем-офицером, а домой вернулась с пачкой рецептов карри и полным сундуком перца.

Обман подействовал: спутники Лиз успокоились, а та, усмехнувшись про себя, доела обед.

На обратном пути в отель она поймала себя на том, что великолепно здесь себя чувствует. После шутки, сыгранной над Ллойдом, и веселого обеда Лиз овладело чувство сытости и покоя. И даже зной уже не так донимал. Она поделилась своими наблюдениями с Бобо. Тот расплылся в своей дивной улыбке.

— Новый Орлеан есть Новый Орлеан. Думаете, зря его «Большим Спокойным» прозвали? — проговорил он, распахивая перед ней двери отеля. — А еще толкуют, будто Забота про наш город запамятовала. Надо только в ритм войти — и тогда плыви себе по течению и верь: «что ни случается, все только к лучшему».

— Кстати, — начала Лиз озираться по сторонам, — Ллойд ведь сказал, что они нас будут ждать здесь после обеда?

Бобо пожал плечами:

— Ну, в наших краях «после обеда» — слово очень неопределенное. Погодите секундочку — я спрошу портье, не просили ли они чего передать.

Хотя Лиз только что пообедала, в ожидании Бобо она принялась праздно изучать меню гостиничного ресторана: пространное и приятно разнообразное. Да, Бобо прав. Здесь еда — одно из основных занятий человека, и чем лучше входишь в ритм…

— Прошу прощения, мэм, но у нас проблемы, — воскликнул Бобо, материализуясь перед ней. — Надо немедленно ехать в «Супердоум».

И, не успела Элизабет опомниться, как они уже сидели в такси.

— В чем дело? — спросила она. — Почему они нас вызывают?

— Ну, нам они записку оставить поленились, — мрачно пробурчал Бобо, — зато портье вспомнил, что велели передать Ллойду и Фионне. По-видимому, один из костюмов Фионны загорелся. И на сей раз — на сцене, на глазах музыкантов и половины техников.