Извините, но я люблю злодея! - Зозо Кат

     — Ваше Сиятельство, — улыбнулась мальчику и… кажется, что-то сделала не так. Впервые за всё время, что он здесь был, его лицо изменилось. И не в лучшую сторону.

     От того, как я к нему обратилась, мальчик надул щёки, выпятил нижнюю губу вперёд и закусил её, словно сдерживал себя. Кожа вокруг глаз покраснела, дыхание стало частым и прерывистым. Все признаки того, что ребёнок сейчас заревёт.

     О нет…

     Неужели это обращение его так сильно расстроило. Он молчит. Даже не пискнет, только плечи дрожат, а руки сжаты в кулаки. Ему плохо? Почему он так сильно расстроился? Я его напугала? Хотя, вроде, сейчас обычно одета и особо не изменилась за последние пятнадцать минут.

     Так-так-так, меняем тактику.

     — Братик, — позвала его, слегка наклонив голову на бок. — Почему… ты плачешь? Тебе больно?

     Похоже… на этот раз я выбрала нужный вариант, так как он неожиданно вздрогнул, глянул на меня, после чего быстро повернулся ко мне спиной и провел рукавом вдоль глаз, скрывая следы преступления. Ну да… Будто я ничего не видела. Вновь повернулся ко мне, будучи полностью спокойным, и только лёгкое покраснение вокруг глаз выдавало недавние эмоции.

     Но это не всё. Молча он направился ко мне, после чего аккуратно обхватил ладошками одну мою руку и поднёс к своему лицу.

     Эм… что, простите?..

     Его брови удивлённо поползли вверх, после чего он вновь принюхался. И ещё раз. Потом взял вторую руку и сделал то же самое. Отпустил мои ладони и понюхал теперь уже свои. Но, похоже, запах ему не понравился, так как он тут же нахмурился. Принялся осматривать кухню, словно что-то выискивал.

     Что он ищет? Может, помочь? Всё же я в этой кухне чаще, чем он.

     Но нет. Этот милый мальчик уже нашёл, что искал. Ведро с углём, которое находилось около печи, и куда он тут же без раздумий сунул обе руки.

     — А? Что ты делаешь? — не удержалась я, стараясь успеть, и вытащила его руки из ведра, но было поздно. Белоснежные ладошки хрустального ангелочка стали похожи на копыта чёрта. — Эх…

     Мальчик с ожиданием посмотрел на меня, словно спрашивая, и что я теперь буду с этим делать?

     Будто у меня есть выбор.

     — Идём, — позвала его, подтягивая к раковине и ставя ребёнка на табуретку.

     Вновь включила воду и достала мыло, только теперь мылила не свои руки, а руки мальчишки. Ребёнок с особым интересом наблюдал за тем, как кожа покрывается густой и пахучей пеной. И только когда его ладони вновь были белоснежными, братишка спрыгнул с табуретки и принялся принюхиваться к своим рукам. Похоже, теперь он был доволен, так как протянул раскрытую ладонь в мою сторону. Уж не просит ли он, чтобы и я её понюхала? Что за бред?

     Однако ответ заключался в другом. Он хотел взять меня за руку, а после потянул к выходу, возвращая в общую гостиную, где собрались гости с хозяевами дома.

     Честно скажу, я прекрасно понимаю, что провалила конспирацию. Эмоции взяли верх в тот самый момент, когда мне нужно было успокоиться и выговориться. Этот снежный мальчик теперь наверняка что-то скажет родителям. Как пить дать. Но как мне быть? Вновь притвориться дурой? И ведь там все…

     Мы вошли в гостиную, после чего мальчик провёл нас к отдельному от всех диванчику, хотя до этого он сидел рядом с родителями, и сел там, не отпуская мою руку. И даже больше: тянул меня так, чтобы я села рядом. Но сидеть в одном кругу с хозяевами дома и их гостями противоречит правилам этикета. Хотя гости и мои родители, но тут только одно название. Но ребёнок наотрез отказывался отпускать руку, сколько бы я не дёргалась.

     Пришлось сесть и улыбаться. Иначе вызываю слишком много подозрений.

     — Снова он за своё, — гневно бросила наша мать. — Когда же уже повзрослеет и прекратит вести себя, как глупое дитя? Одно разочарование.

     — Не будь столь строга, — вздохнул отец. — Это временно. Позже он поймёт.

     Глупое дитя? Одно разочарование? Я, может быть, плохо разбираюсь в средневековье, но разве он не является ребёнком? Ему по праву положено совершать глупости. Но он, даже слыша упрёки в свой адрес, продолжал молчать, не выражая никаких эмоций и держа меня за руку.

     Удивительный мальчик.

     Удивительный и красивый мальчик.

     Я не могу вспомнить его в романе, но уверена на все сто, что этот ребёнок… не простой второстепенный персонаж.

     Но кто же он такой?