Предел не положен - Роберт Энтони Сальваторе

Закнафейн скрестил руки на груди и не двинулся с места. На невысокой крыше за его спиной Джарлакс заметил движение – снайпер-дроу поднял перед собой арбалет.

– Ложись! Ложись! – крикнул Джарлакс, а сам, отступив на шаг, скрылся в дыре.

– У тебя все в порядке, мастер оружия? – услышал Джарлакс голос с крыши.

– Он в порядке, – ответил ему другой голос. – Это же Джарлакс, как мы и ожидали.

Джарлакс в замешательстве выглянул из-за края магической дыры. Закнафейн все так же стоял на месте, скрестив руки и вроде бы даже улыбаясь. Дроу за его спиной опустил арбалет и внимательно осматривал улицу.

Джарлакс выпрямился и вышел из дыры, а потом подтянул за собой магический предмет, закрывая проход.

– Думаешь, я настолько глуп, чтобы сегодня вечером выйти в одиночку? – спросил его Закнафейн.

– Так это До’Урдены?

– Конечно.

«Умница Закнафейн», – подумал Джарлакс, но не сказал этого вслух: он не хотел еще сильнее увеличивать самомнение Закнафейна, и без того наверняка раздутое после боя. Едва появившаяся улыбка мгновенно исчезла с его лица, когда он заметил еще одного представителя Дома До’Урден – подходившую сбоку злобную и жестокую дочь Мэлис, Бризу. Жрица могла применить заклинания, чтобы заглянуть в его мысли и распознать его ложь, и Джарлакс сразу почувствовал себя невероятно уязвимым, почти голым, поскольку вместо магической повязки на нем была самая обычная кожаная лента.

«У тебя чешется голова». – Пальцы Джарлакса двигались чуть заметно, передавая сообщение Закнафейну.

– Что?

«Чешется голова!» – На этот раз движения стали более отчетливым.

Закнафейн ухмыльнулся, но все же поднял руку и поскреб голову. Этим же движением он незаметно стащил с себя повязку, не забыв спрятать в кулаке единственную видимую ее часть – заднюю ленту. Опуская руку, он бросил предмет между собой и Джарлаксом, и тот поймал добычу.

Легким движением Джарлакс опустил магическую повязку во внутренний кошелек, заполненный жидкостью, снимающей чары невидимости.

Жрица Бриза уже приближалась, и Джарлакс отвесил глубокий и изящный поклон, используя его, чтобы поднять руку к лицу и якобы передвинуть повязку на другой глаз, как он часто это делал.

На самом деле он при помощи ловкости рук и еще более низкого поклона заменил обычную повязку на зачарованную.

– Верховная Мать Мэлис будет говорить с тобой, – бесцеремонно объявила Джарлаксу старшая дочь и первая жрица Дома До’Урден. – Я полагаю, она тобой недовольна.

Она не сводила с него взгляда, и Джарлакс заподозрил, что жрица пытается наложить на него какое-то заклятие.

– Насколько я знаю, Верховная Мать Мэлис бывает довольной лишь в определенные моменты, – ответил он.

Бриза напряглась от такого откровенного намека на сексуальный аппетит Мэлис.

– Мужчин убивали и не за столь дерзкие шутки, – предостерегла она.

Джарлакс только улыбнулся:

– Передай, что я скоро навещу ее.

Он еще раз вежливо поклонился и стал поворачиваться, словно намереваясь уйти, но заметил, что со всех сторон к нему приближаются солдаты-дроу.

– Ты сам ей об этом скажешь, – возразила Бриза, и они пошли все вместе.

– Неужели ты думаешь, что можешь подвергать опасности ценного мастера оружия Верховной Матери Мэлис и не возбудить этим ее гнев? – спросила Бриза у предводителя наемников по пути к Западной Стене, где находился Дом До’Урден.

– Это был всего лишь Авинвеса Фей-Бранш, – заметил Джарлакс. – Неужели можно подумать, что Закнафейну действительно грозила опасность?

– Среди зрителей было много агентов Дома До’Урден, – сообщила Бриза. – Так что нет, мы не должны были этого допустить.

«И еще там было много агентов Дома Фей-Бранш, более могущественного, чем Дом До’Урден», – мысленно добавил Джарлакс, но снова предпочел промолчать.

Что за глупая игра это бесконечное соперничество и опустошительная враждебность. Но Джарлакс обычно умел извлечь выгоду в этих битвах. Оставалось только понять, как этого добиться сейчас с Верховной Матерью Мэлис.

– Ты уже собрал свои монеты? – спросила у Джарлакса Верховная Мать Мэлис, когда он поставил к подножию ее трона в Доме До’Урден увесистую сумку с золотом и серебром.

– О, едва ли, – ответил он. – Но было бы неправильно заставлять Верховную Мать ждать ее выигрыша.

– Мудрое решение.

– Я понял это, когда стал достаточно взрослым, чтобы сообразить, кто держит в руке змееголовую плеть. – Джарлакс сопроводил эти слова низким поклоном.

Мэлис фыркнула, но не стала развивать тему.

– Я пошла на огромный риск, позволив своему мастеру оружия покинуть Дом ради затеянной тобой мелкой игры, – заметила она.

– Риск был не так и велик, – заверил ее Джарлакс, но после небольшой паузы передумал, увидев, как она нахмурилась. – Да, некоторая опасность существовала, – признал он. – Но я внимательно наблюдал за поединком, и без вмешательства извне Закнафейн ни в коем случае не мог проиграть сильно уступающему ему мастеру оружия Дома Фей-Бранш. И заверяю тебя, как уверял при заключении этого… сопутствующего соглашения, что присутствие моих агентов исключало такую возможность. Сделки были лучше, чем предлагаемые ставки.

– Два к трем? – предположила она.

Джарлакс слегка напрягся и пожал плечами:

– Соотношение было, скорее, три к четырем.

– Неприемлемо, – с преувеличенным спокойствием сказала Верховная Мать Мэлис.

– Я не в силах контролировать…

– Неприемлемо, учитывая, чем рисковал Дом До’Урден, позволив поединок.

Джарлакс кивнул.

– Знаю, Верховная Мать. – Он осторожно улыбнулся. – По содержимому этой сумки ты поймешь, что выплата сделана один к одному.

Он понял, что поймал ее врасплох: Верховная Мать выпрямилась, и на миг показалось, что она может упасть со своего трона. К чему Джарлакс и стремился своей ложью. На самом деле ставки вовсе не менялись так, как следовало из его слов, даже немного приблизились к паритету, но Джарлакс добивался ее расположения, а Верховная Мать Мэлис не будет тратить силы, чтобы копаться в грязи и выяснять, каким было соотношение, когда неназванный агент Джарлакса размещал ее совсем не маленькую ставку.

– Мастер оружия Верховной Матери Биртин мертв? – осведомилась Мэлис.

– Я думаю, он выжил. По крайней мере, когда я уходил, им занималась жрица, и рана начала затягиваться.

Мэлис недовольно заворчала.

– Это уже не имеет значения, – быстро добавил Джарлакс, не желая продолжать обсуждение этого неприятного обстоятельства. – В любом случае Авинвеса недолго будет служить Верховной Матери Биртин в этом качестве. Он просто греет рукояти мечей для настоящего аристократа Фей-Бранш.