Дорога короля - Галина Гончарова

– Какие у них силы?

– Человек триста будет.

Лиля покачала головой.

– Думаю, они не справятся. Мятеж не поднимается таким ничтожным числом – и его вряд ли можно так легко подавить. Если бы я была заговорщиком, я бы побольше народа собрала, намного больше.

Здесь графиня была права. Но…

– Так я поддержу. Сейчас и отпишу, что с двух сторон ударим, аккурат порвем подонков! Простите, ваше сиятельство…

– За правду не извиняются, – буркнула Лиля. И поняла… – Про королеву не напишете?

– Мало ли что. Кому еще письмо попадется…

Спорить было сложно. Действительно, мало ли кто, мало ли как, а они тут останутся… останутся – как?

– Сколько человек вы оставите для охраны ее величества?

– Сотню.

Женщина кивнула.

Сто гвардейцев. Элитная боеспособная часть. И понятно, что шушеру Шантен не оставит, будут те, на кого он полностью рассчитывает.. по нынешним временам это не просто много – это очень много.

Сто солдат.

И защитить, и прикрыть, и продержаться…

– Спасибо. Так будет спокойнее.

– Графиня, это мы вас благодарить должны.

Лиля только рукой махнула. Не до чинов, и не до благодарностей… еще сто раз умереть успеем, а не умрем, так сквитаемся.

– Мои люди останутся при мне?

– Разумеется, ваше сиятельство, – кивнул Шантен. И все же не удержался, как ни корил себя. Но докторус… и тысячу лет тому назад, и три тысячи лет спустя люди будут спрашивать в медиков одно и то же. – Вы… вы уверены, что ее величество выживет?

Лиля вздохнула.

– Должна. Я все сделаю, чтобы выжила…

Полноценной уверенности в ее голосе не было, и граф отлично понимал, почему. Все же такое пережить… тут бы и мужчина покрепче сломался, не то, что королева. А как душевное состояние влияет на выздоровление – тут опытный вояка сам мог бы не одну историю рассказать, и заткнуть за пояс любого докторуса.

– Я на вас очень рассчитываю, графиня.

Лиля тряхнула головой. Рассчитывает он…

И так же, даже тысячи лет спустя, медики будут бояться давать гарантии выздоровления. Не потому, что им плевать на душевное равновесие родных. Им просто страшно сглазить.

– Я уже сказала.

– Тогда пойду писать Ольсену, да и солдат надо собирать.

Лиля задумалась ненадолго.

– Граф, вы ведь раньше вечера не выступите?

– Да.

– Наверняка при вас есть шпионы… я сейчас говорю о том, что заговорщики обязаны были обзавестись своими людьми у вас в полку. Вряд ли их много, один-два, и вряд ли это близкие к вам люди, но наверняка они есть.

Шантен в этом тоже не сомневался. Если уж во дворце расцвело такое подлое предательство, чего ему скромничать? Но как их вычислить?

Шантен честно сознавался себе, что он – не сможет найти предателя. Это не его дело. С другой стороны, кто ему мешает спросить? Даже если графиня и предложит какую-то чушь, никто ведь не заставляет воплощать ее в жизнь. А человеку приятно.

Это называется «дипломатия».

– У вас есть какие-то идеи, графиня?

Лиля коварно улыбнулась.

Есть ли у нее идея? Что вы! У нее есть высшее образование, есть опыт логического мышления, у нее есть опыт поколений, который она не ленилась взваливать на хребет, у нее есть рассказы отца, да и Лешки, который обожал всю эту мушкетерскую романтику…

Идеи нет.

Есть – план.

***

Как отправить донесение?

В это печальное и жестокое время лишь двумя способами. А именно – или ты добегаешь до деревни и оттуда посылаешь голубя, либо ты рискуешь и посылаешь голубя с голубятни замка. А иначе – никак.

Можно и записочку с посыльным, но ты ее еще передай! Никто ж ради тебя в кустах с лошадью наготове дежурить не будет, не того ты полета птица…

Гвардеец Рудигер Айн, лэйр, между прочим и десятник в полку графа Шантена, с удовольствием слинял бы в деревню, в самоволку, а оттуда уж и голубя послал, есть прикормленный человечек, да вот проблема – не выпускают. Шантен так и сказал – собираться в поход. Никто из расположения полка не отлучается, даже если рядом небо на землю падать начнет. И если кто не готов будет, я вас…

Как – собраться?

Да тщательно. Проверить доспехи, оружие, коней, взять все необходимое… можно бы и с ходу на столицу, но это – для дураков. Ага, полетели одни такие…

Столица – город.

Если Альсин не придумал, как обороняться в Кардине, медяк ему цена. Сейчас ворота закроют, баррикады сделают – и как хочешь, так и пробирайся, на коне, с одним мечом.

Нет уж.

Тут и горючее зелье нужно, и веревки, и кошки, и много еще чего, для понимающего человека… даже таран для ворот, на всякий случай.

В три минуты такое не соберешь.

И…

Тысяча человек.

Тысяча коней.

И ни у одного никаких проблем?

Это, простите, сказка, а не жизнь. У кого лошадь расковалась, у кого сбруя порвалась, у кого оружие… дел – хватает с лихвой, к вечеру бы готовыми быть.

Руди честно раздавал приказы, а заодно прогулялся неподалеку от голубятни. Увиденное – не порадовало. Стояли там два мордоворота, из шантеновых, доверенных, проверенных, и никуда деваться не собирались. В таких условиях хоть на голубятню, хоть самому в петлю.

Попадешься раньше, чем успеешь «голубь» сказать.

А куда тогда?

А только записочку в деревню передать. Кухню-то никто не закрывал, и всему этому простонародью из замка выйти можно…

Так что Руди потихоньку нацарапал записочку. Коротенькую такую.

«Королева и принцы у нас. Вечером выступаем к Шедару и в столицу».

А больше-то ему и не требовалось, зачем? Главное сказано, Альсин поймет и наградит… ладно! Пусть хотя бы долговые расписки отдаст!

Грустное это дело – кости, особенно когда все время единички выпадают! А уж когда ты просто лэйр, а не герцог, долги и вовсе неподъемными становятся.

Не играть, раз останавливаться вовремя не умеешь?

Это совет для трусов и маменькиных сынков! А настоящие мужчины помрут, но отыграются!

Так Альсин и подцепил Руди на крючок. Парень его устраивал. Бедноват, жадноват, а главное, не слишком заметен. Тех десятников в тысяче – сотня.

Руди прогулялся к кухне и выбрал там служаночку посимпатичнее. Из тех, которые всегда готовы услужить господину… кажется, эту он даже и валял на сеновале…. Или другую?