Царский отбор - Екатерина Слави

– Кинна Гайда, позвольте войти, – масляным тоном пропела моя служанка, приоткрыв дверь комнаты. – Я принесла вам зелье от вашей хвори.

– Зелье? – послышался из комнаты женский голос; следом за вопросом последовал выдох, смешанный со стоном. – Какое зелье?.. Я никого не звала. Уходите… Ох!

– Ваши служанки сетовали, – не сдавалась моя Ярина, – мол, кинна Гайда захворала и так страдает, что тревожно за нее. Очень переживают за вас ваши слуги, кинна. Так я вам лекарство принесла – обещаю, хворь вашу как рукой снимет.

– Вы знахарка? – спросил женский голос из комнаты, и в нем я услышала надежду; Как бы ни отгораживалась компаньонка Ангуды от чужого присутствия, а боли, вызванные женским кровотечением, слишком мучили ее, чтобы отмахнуться от них.

– Я – нет, кинна Гайда, но маменька моя разбиралась в настоях, пусть духи хранят ее на небесах. От любой хвори могла вылечить. Чему-то она и меня научила.

Я мысленно похвалила Ярину, что она не стала сказываться знахаркой – когда в чем-то не разбираешься, в любой момент опростоволоситься можно, лучше сказать, что то-то и то-то знаешь от других людей, которые якобы в этих вопросах разбирались.

– Позвольте войти, кинна Гайда, – повторила Ярина. – Я вам помогу. Вы ведь измучались совсем.

Я слышала, как тяжело дышит и постанывает женщина в комнате – женские боли могут весьма изощренно терзать, уж какая женщина этого не знает.

– Заходите, – наконец, словно нехотя сдалась кинна Гайда.

Входя в комнату, Ярина оставила дверь чуть приоткрытой и, посмотрев в темный угол, где я пряталась, с улыбкой тайком мне кивнула.

«Ну что ж, посмотрим, что я смогу здесь услышать», – подумала я.

Сквозь шаги Ярины я слышала тихие вздохи-стоны.

– Смотрю, вы не стали есть ваш завтрак, – донесся до меня голос моей служанки, и я живо представила поднос на столике с нетронутой пищей на блюдах, которые служанки еще утром принесли компаньонке своей госпожи.

– Не до еды мне, – уставшим голосом сказала кинна Гайда.

– Ох, понимаю, конечно, понимаю, – завздыхала сочувственно Ярина. – Вам нужно принять лекарство, сама по себе ваша хворь не пройдет. Упаси духи, еще сильнее мучиться начнете. Мое питье вам поможет – не сомневайтесь даже.

– Что это? – в голосе кинны гайды прозвучало недоверие. – Зелье?

– Ну что вы, какое уж зелья, ведьм и колдуний в нашем роду никогда не было. Травяной настой. Травы, они, знаете, от многих хворей помогают, если в них разбираться. Матушка моя разбиралась. Ежели не доверяете мне, могу первая отпить из чаши – так и убедитесь, что не опасно для вас, и я вам не враг, а помочь пришла. Глядите, как вы побледнели, лица на вас нет, совсем измучились.

– Отпей, – с натужным выдохом боли произнесла компаньонка Ангуды.

Некоторое время было тихо, потом снова прозвучал голос Ярины:

– Видите? Со мной ничего не случилось. Можете смело пить, кинна.

И снова было тихо. Похоже, компаньонка все же решила принять помощь моей служанки. Желание облегчить себе физические страдания в кинне Гайде все-таки победили подозрительность.

– Вот и хорошо, – произнесла Ярина, и я поняла, что кинна Гайда выпила настой до конца. – Скоро вам станет полегче. Однако, кинна, чтобы хворь вашу исцелить совсем, вам нужно этот настой несколько раз выпить. Так что я вам попозже еще принесу. Уже сегодня будете себя лучше чувствовать, а завтра совсем забудете о своих мучениях.

Сказать так надоумила Ярину я. Если женское кровотечение кинны Гайды вызвано только стрессом – из-за длительной поездки и перемены климата, – то нет проще способа с этим справиться, чем настой крапивы. При отсутствии медикаментов это одно из простейших известных мне средств, способных помочь женщине, у которой возникла проблема подобного характера.

– Надеюсь, – выдохнула кинна Гайда. – Как некстати эта хворь. Были б мы в Горнале, наши знахарки меня вмиг на ноги поставили. А здесь… эти холодные маги, будь они неладны…

– Правда ваша, кинна, тяжко на чужбине, – поддакнула Ярина и, горестно вздохнув, посетовала: – В чужом государстве, вдалеке от дома, чувствуешь себя такой беззащитной. Как я вас понимаю…

– Беззащитной? – переспросила компаньонка Ангуды. – Ты? Но разве ты не находишься под защитой своей госпожи? Ты ведь служанка?

– Служанка, кинна, – подтвердила Ярина. – Вот только на защиту госпожи моей надеяться не приходится. Скорее, напротив…

«Напротив?» – мысленно удивилась я.

Тут из комнаты послышался звук, будто кто-то то ли шмыгнул носом, то ли всхлипнул.

– Ты плачешь? – спросила кинна Гайда; не сказать, чтобы с сочувствием, скорее, с любопытством. – Твоя хозяйка тебя обижает?

«Обижаю? – недоумевала я, стоя в скрытом тенью углу недалеко от дверей. – Я? Ярину?»

– Ох, кинна, – снова всхлипнула моя служанка, как будто и правда решила всплакнуть, – ненавидит меня моя хозяйка.

Я почувствовала, как вытягивается мое лицо и глаза округляются все сильнее. Что она говорит и зачем? Вот на это Ярину точно не я надоумила.