Запрещённый приём - Лорел Гамильтон

— Рэя убило верживотное.

— Они его заперли. Он больше никому не сможет навредить. — Ответила она.

— Бобби любил Рэя, как собственного отца, Мюриэль. Не думаю, что он бы так поступил.

— Ты всегда был таким сентиментальным, когда речь заходит об этом мальчишке.

— Нам следовало забрать его к себе, когда твоя сестра и ее муж умерли. Тогда у него было бы два родителя, и он бы никогда не поехал в сафари после выпуска.

— По-твоему, это мы виноваты, что на Бобби напали в Африке?

— Нет. — Ответил он, но в его голосе была злоба, а в глазах мелькнула неуверенность.

— Хорошо. Мне показалось, что ты обвиняешь нас в том, что Рэй подверг мальчишку опасности, организовав эту поездку.

— Не нас. — Ответил он, и всего на секунду его ненависть проступила во взгляде.

Я стояла рядом с Мюриэль, придерживая ее за руку. Интересно, она заметила как поменялись его глаза?

— Меня? Ты винишь в этом меня?

— Да. — Сказал он четко и уверенно.

— Нечего вешать на меня вину за то, что у нас нет своих собственных детей. Это ведь твоя сперма не работает.

Тодд вздрогнул, словно она его ударила. Он сжался от этих слов, как если бы получил удар в живот — может, для него это так и ощущалось. То, что она сказала, было в числе тех запретных фраз, которые никогда не следует бросать в лицо партнеру во время ссоры. У каждой пары есть список вещей, которые нельзя говорить на эмоциях, потому что если ты это сделаешь, то обратно уже не вернешь, а вред причинишь немалый. Некоторые слова, даже правдивые, рушат отношения.

Мюриэль выглядела так, словно абсолютно не жалела о том, что сказала. Она казалась победительницей, как если бы за ней осталось последнее слово — в сущности, так оно и было. Искра злости и вызова была потушена, и Тодд вновь превратился в ее хнычущего мальчишку.

Впрочем, хнычущий или нет, но он получил свою пару наручников после того, как Дюк обнаружил у него спрей. Мы бы все задохнулись, если бы он воспользовался этой штукой в коридоре. Мы спустились вместе с Тоддом и Мюриэль по главной лестнице, которая была достаточно широкой, чтобы по ней свободно могла пройти четверка лошадей. Хотя, наверное, их копытам было бы не очень удобно спускаться по мрамору. Я порадовалась своим тяжелым ботинкам, которые выгодно отличались от каблукастой обуви Мюриэль — она сопротивлялась и то и дело поскальзывалась на ходу. Она бы наверняка упала и проехалась по камню головой, если бы мы с Ньюманом не поддерживали ее под руки с обеих сторон. Технически, она еще не была арестована, и было бы глупо, если бы она погибла под нашим присмотром. С точки зрения закона мы не слишком-то правильно поступали, заковав их обоих, потому что не зачитали им права и не объявили об аресте, но в интернете бы оценили, если бы она споткнулась на лестнице в наручниках. После первого же неудачного падения она прекратила свои попытки вырваться, но высказываться на эту тему не перестала. К тому времени, как мы добрались до гаража, она меня уже основательно заколебала.

— Я знаю свои права! Вы не можете обыскивать машину без ордера! — Заявила она, шагая между Ньюманом и мной.

— Начнем с того, что ваша машина припаркована в чужом гараже без разрешения его владельцев. — Сказал Ледук.

— Нас впустил Рико. Он знал, что мы оставили машину там. — Возразила она.

— Мы с помощником Варгасом обсудим эти детали позже. Возвращаясь к нашей теме, я вижу несколько подозрительных свертков на заднем сидении вашей машины. Они прямо на виду, так что у меня есть основания для обыска.

— Мы ездили за покупками. То, что мы купили, и лежит на заднем сидении. — Парировала Мюриэль.

Я накинула ей пару очков за дерзость. Врала она так себе, но была чертовски упертой. Когда мы осмотрели машину, то обнаружили в ней другие фарфоровые вещицы: две статуэтки вроде первых и тарелку. Мы также нашли нефритовые фигурки из Древнего Китая и серию из четырех маленьких картин — их первые Маршаны вывезли из Европы, так что это явно была фамильная ценность. В багажнике нашлись две большие масляные картины, написанные современником Рембрандта. У себя в голове я пометила Тодда и Мюриэль как мелких воришек, но масштабы их кражи явно не были маленькими.

Мы развели их порознь для допроса. Ледук по-прежнему считал, что именно Бобби убил Рэя, но мы поймали Тодда с Мюриэль на горячем. Даже с точки зрения шерифа их поведение было подозрительным. К нам присоединился еще один его помощник — Трой Вагнер, который разделил свои обязанности с Фрэнки, чтобы при допросе Мюриэль присутствовала хоть одна женщина. Нам с Ньюманом разрешили осмотреть место убийства, пока Ледук со своими помощниками разбирался с кражей антиквариата. Воровство и убийство под одной крышей в течение суток — это было чересчур для такого маленького полицейского департамента. Мы вернемся, чтобы помочь копам, как только осмотрим место преступления и кровавые следы.

Мы решили начать с отпечатков, но для того, чтобы подняться наверх, в «детское» крыло, нам предстояло преодолеть настоящий лабиринт.

— Какая площадь у этого дома? — Спросила я, когда мы, наконец, оказались в коридоре, который застилал белый ковер. Именно здесь была натянута лента, ограждающая место преступления — от одной из дверных ручек до третьей лестницы. Перила у нее были из темного дерева, которое сверкало годами бережной полировки и тщательного ухода. Дерево так блестело, что мне захотелось провести по нему рукой, но смысла в этом не было — я уже надела латексные перчатки и бахилы. Эти штуки стоят на пути у всех тактильных ощущений. Но я пришла на место убийства, и мне незачем было оставлять тут новые следы.

— Есть информация из интернета и данные от последнего архитектора. Они совершенно разные.

— Никогда не была в доме с тремя раздельными лестницами.

— Я тоже. Изначально здесь была только главная лестница, пока один из прапрадедушек не начал перестраивать дом. Когда основные жилые помещения перенесли в другую секцию, это крыло отдали детям.

Я задумалась, каких трудов стоило отапливать и охлаждать домище таких размеров — мне почти хотелось об это узнать, но недостаточно сильно, чтобы спрашивать. Я тут пытаюсь разгадать загадку убийства, ну, или хотя бы найти достаточно улик, чтобы отозвать ордер на ликвидацию Бобби Маршана, а не выясняю, кто как обустраивает свой быт.

У Жан-Клода не было недостатка в деньгах. Наблюдая