Тьма всех ночей - Глен Кук

Солдат вздрогнул. Он не сомневался, что коротышка мог бы сразить его. Мало кто из живых мог противостоять Насмешнику на клинках.

– Я леплю горбатого: у меня есть предчувствие, – сказал военный. – Во всей этой постановке есть что-то предательски гнилое, только не могу вычислить что. Я остановил Гаруна, чтобы у нас было время разобраться. И хотел захватить его, чтобы с ним переговорить. Последний раз, когда у меня была такая возможность, мне пришлось из кожи вон лезть, чтобы не дать Туррану его поймать.

– Последний раз?

– На обратном пути из Ива Сколовды. Тс-с-с!

Прошел сонный часовой, пробормотав приветствие. Он не проявил к ним особого интереса. Как обычно, Салтимбанко отстаивал шарообразность Земли.

Когда стражник ушел, Салтимбанко отрезал:

– Говори дальше. Я очень любопытен насчет пустого кошеля, который должен был наполниться этой ночью.

– Я сказал, здесь что-то фальшивое. Эти Короли Бурь просто скучающие люди, играющие в шахматы живыми солдатиками. За исключением Туррана и, может быть, Вальтера они и шекеля не дадут ради восстановления империи. Ни ради кого нет настоящей причины устраивать великие бедствия разрушения. Так чего же старикан нанял нас? Я хочу знать. Я буду продолжать тормозить ход событий, пока не выясню, в чем тут дело…

– Совесть? – фыркнул Салтимбанко. – Через столько лет у моего крупного друга вдруг прорезалась совесть?

– Нет. Самосохранение. Если бы я знал, в каком положении мы находимся и что мы в безопасности, да я бы перерезал Туррану горло в минуту. Даже при том, что этот парень мне нравится. Нет, это не совесть. Нас используют, и я хочу знать зачем, прежде чем мне перережут горло. Я не перебегаю на другую сторону. Я только временно отстраняюсь. Если у кого из нас и есть причина перепродаться, то это как раз у тебя.

– Ха?

– Непанта. Вы делаетесь ужасно неразлучны.

– В данном случае это работа, за которую заплатил старикан: разделить семью Королей Бурь. В этом случае – быть своим человеком внутри. Тс-с-с! Женщины возвращаются!.. Э-э-хм… представляет собой огромный шар вроде мяча, каких играют дети, только большущий-пребольшущий.

– А куда же делись лодочка и гигантская утка? – хмыкая, спросила Астрид.

– Эгей! Да. Гигантский круглый мяч в лодке на море из эскалонианского вина, движимый перепончатолапой уткой через звездную вселенную.

Гримнасон выдавил из себя смех. Его жена скользнула ему под руку и повела прочь, обняв талию.

Непанта взглядом проводила пару, глядя на их руки.

Гримнасон был солдатом неясного происхождения. Только его жена и несколько самых близких друзей знали много больше, чем его истинное имя Браги Рагнарсон и место его рождения – Тролледингия, к северу от Крачнодианских гор. Но большинство людей, имевших с ним дело, это не волновало. Их интересовал только его военный профессионализм. Вот чего наниматели не знали – а парочка использовала это, – что Рагнарсон и бин Юсиф были закадычными друзьями. Они создавали конфликты, находясь на разных сторонах и к собственной выгоде, и с таким искусством, что даже проигранные кампании повышали их репутацию. Насмешник обычно исполнял роль посредника. Их до сих пор не поймали на этом, хотя у серьезных аналитиков в Высоком Крэге и в итаскийском Генеральном штабе (каждый из которых имел причины наблюдать за этой парой) были подозрения. Их сотрудничество во время войн Эль Мюрида и в течение нескольких лет после этого не могло остаться незамеченным. Любая серьезная и основательная проверка все бы обнаружила.

Но они сосредотачивали свое внимание на мелких нанимателях, отчаявшихся людях, у которых не хватало времени или денег так глубоко копать.

В отличие от старика, чей заказ они выполняли в данный момент. Он добрался до них с доказательствами, показывающими твердую идентичность Гримнасона как Браги.

Рагнарсон был сыном малого тролледингианского вассального вождя Рагнара из Дрокенбринга. Свой первый военный опыт в десять лет он получил, отправившись в поход под парусами вместе с отцом через Языки Пламени опустошать побережье Фрейленда. Затем началась Тролледингианская война, в ходе которой Рагнар оказался под побежденными знаменами. Браги и его приемный брат Хаакен Черный Клык бежали через Крачнодианские горы, а в шестнадцать лет он вступил в Военную гильдию наемников.

Войны Эль Мюрида были прерваны. Браги нашел множество заказчиков и возможности продемонстрировать свой талант руководителя. И встретил Гаруна бин Юсифа, Короля-без-Трона.

В двадцать он получил от гильдии звание капитана. Если бы он захотел, то поднялся бы выше. Но у Браги были существенные недостатки: золотая лихорадка и неспособность выдерживать дисциплину ну мирного времени. Он почувствовал, что мог гораздо больше преуспеть вне гильдии, сотрудничая с Гаруном, чем в чине полковника или даже генерала. Гильдия была таинственным, спартанским, почти монашеским орденом, почти не дававшим возможностей для личного обогащения.

После череды неудач в качестве вольного стрелка Рагнарсон набрал команду единомышленников, бывших членов гильдии, и вернулся внаем. Он был популярен в Высоком Крэге, где размещалась штаб-квартира гильдии, старики из Цитадели видели в нем ренегата. Иногда они угрожали принять его отставку.

Непанта прилежно занималась вышиванием размышляла. Кто-то постучал в дверь. Она была рада перерыву, хотя взмолилась, чтобы это был не Салтимбанко. Она не хотела оставаться с ним наедине прямо сейчас.

– Войдите, – сказала она, вызывая колокольчиком свою служанку.

Астрид вошла робко, подавленная роскошью гостиной.

– Я пришла насчет одежд. Рендель хочет, чтобы я надела их сегодня вечером.

– Я велела Анине разложить их в спальне. Появилась служанка.

– Миледи?

– Принеси немного вина, а потом мы поможем Астрид с вещами, которые приготовили утром.

– Да, миледи. – Служанка сделала реверанс и удалилась. Глубокое молчание повисло в комнате. Астрид (чье настоящее имя было Элана) хотела предложить совет и помощь, но боролась с собой. Эта женщина была ее врагом. И все же она не могла ненавидеть Непанту. Она слишком сочувствовала женщине, не причинившей ей никакого вреда. Будь прокляты эти махинации мужиков! Она предпочла бы иметь друзей, а не врагов.

Тишина становилась разделяющей, пугающей, холодной. Она должна быть сломана.

– Я не моту вас в полной мере отблагодарить за то, что вы даете мне поносить вашу одежду. Жене солдата не слишком часто попадают хорошенькие вещицы. – Ее слова были просто шумовым фоном, чтобы покончить с пугающим молчанием.

– Тогда зачем оставаться с Ренделем? – спросила Непанта. На ее лице появился лучик надежды. Астрид почувствовала, что их разговор скатится к проблеме Непанты – Вы красивы и хорошо воспитаны.

Элана невольно улыбнулась. Ее мать была итаскийской куртизанкой из сомнительного общества.