Замок Белого Волка - Андрей Белянин

– Что от нас хочет Комитет?

– Пущай доча твоя обет даст али клятву принесёт. Дескать, так, мол, и так, в здравом уме да твёрдой памяти принимаю сторону Добра и Света!

Я устало прикрыл глаза…

– И впрямь, чего энто я несу на старости лет? – резво опомнился Капитан. – От девицы неразумной да отца её вдовьего клятв с посулами требую. Прости, добрый человек, не прогневайся на глупого старика…

Мне пришлось в пояс поклониться ему, как старшему по возрасту и должности. После чего он налил себе ещё кружку, не перебивая выслушав всё, что произошло со мной за последние три дня. Собственно, львиная доля информации и так была ему известна, но, когда узнаёшь что-то из первых уст, всегда всплывают полузабытые или не принятые всерьёз детали. Мне, как рассказчику, тоже было полезно послушать самого себя со стороны. И, кстати, доведя свой рассказ до конца, я чётко осознал – Хельгу необходимо спрятать ото всех, потому что по большому счёту, куда бы она ни качнулась, куда бы ни привёл её Выбор, – она была, есть и будет опасна для этого мира. Это танково, против этого не попрёшь…

– В годы иные Комитет настоял бы на избавлении света белого от сей девицы, ибо страшна она непредсказуемой силою, – неуверенно, а потому с большими паузами в словах протянул командующий граничарами. – Перун могучий тебе в подмогу! Завтра на заре приходи вместе с дочей своей, посидим, старых богов восславим, мёда со сбитнем отведаем, о делах прошлых да грядущих поговорим…

Я неуверенно покачал головой, молча разворачиваясь на выход.

– Погодь-ка, добрый молодец. Если вдруг нагрянет беда неминучая… – он быстро нацарапал что-то на листке бумаги, прикрыв его ладонью. – Вот. Звони, не раздумывая. Этот номер не прослушивается. Хельге привет! Удачи на службе. Пересечёмся!

Меня слегка корябнул его резкий переход на нормальный язык, но… Главное, что, выйдя за дверь, я раскрыл бумажку и вместо телефонного номера прочёл: «Беги, Ставр!» Мне жутко хотелось вернуться за разъяснениями, но если Капитан пишет такое, то, видимо, всё очень и очень плохо. Я не стал уточнять детали, а вышел из здания и побежал, на ходу тормозя пролетавшее мимо такси.

– Торговый центр «Грандривер».

– Сто пятьдесят, устроит?

– Поехали.

Водитель пытался завести разговор о погоде, депутатах и сложности жизни в России, но я не был настроен на пустую болтовню. Из головы не выходила короткая записка Капитана. «Беги, Ставр!» – это было похоже на просьбу, на предупреждение и на приказ. Куда я мог бежать? Зачем вообще мне это делать? Кто угрожает мне или моим близким? Почему он просто не сказал этого? Неужели даже в своём собственном мире, защищённый властью, законами, органами правопорядка, секретными службами и всем прочим, я не мог чувствовать себя в безопасности?

Риторические вопросы без ответа волей-неволей успокаивают психику. Да, всё ужасно. Да, нас никто не спасёт. Да, собственно, вообще в мире никто никого не спасает. Так уж сложилось в целом, а мелкие всплески милосердия лишь подчёркивают безысходность общей гаммы. Ну так и что после этого, застрелиться, что ли?

Я поскорбел о несовершенстве мира, наверное, ещё минут пять – десять, добрался до места, расплатился с таксистом и пошёл, засучивая рукава, – пора менять этот мир! Потому что у меня по жизни порой хорошо получаются довольно разные вещи, другие, наоборот, совсем не получаются, но хуже всего на свете я умею быть послушным…

На кассе сказали, что до окончания сеанса ещё полчаса и в зал меня по-любому не пустят. Конец света отменили, а других причин врываться под финальные титры фильма администрация кинотеатра просто не видит. Ну и ладно, выпью кофе, подожду их за столиком. Я как раз успел попросить у официанта чашку двойного эспрессо плюс горячие сливки, когда на горизонте показалась Она! Пишу это слово с большой буквы, поскольку любое иное обозначение роковой женщины будет либо размытым, либо неполным…

– У вас свободно? – невероятно чарующим, я бы даже сказал, обволакивающим голосом сказала незнакомка. Подчёркиваю, именно сказала, а не спросила, поэтому и опустилась на стул напротив, не дожидаясь моего ответа. – Не возражаете, если я закурю?

– В этом кафе не курят.

Черноволосая красавица в облегающем джинсовом костюме с глубоким декольте чуть причмокнула губами споткнувшемуся официанту, и он мигом поставил перед ней пепельницу.

– До этого я считал, что люди позволяют такое только ангелам.

– Это комплимент?

– Нет, это мысли вслух.

– Вы правы, я не ангел. – Она закурила, катая тонкую сигарету меж указательным и средним пальцем. – Совсем не ангел, если быть абсолютно откровенной.

Не буду врать, что стоит мне сесть за столик в кафе, как на меня тучей слетаются красивые женщины. Я не урод и не монах, но, как правило, одинокий мужчина неопределённого рода занятий, живущий в трёхкомнатной квартире с почти взрослой дочерью и психованным родственником бывшей жены, редко вызывает хоть у кого-то желание затащить его в ЗАГС. В большинстве случаев милым дамам достаточно хоть немного узнать обо мне, и они линяют с такой скоростью, что…

– Вы интересный мужчина.

– Почему?

– Не пялитесь на мою грудь, хотя и явно не голубой. У вас длинные пальцы, признак творческой натуры, но кулаки сбиты. Причём не в спортзале, вы явно уличный боец. Держите чашку, оттопырив мизинец, – привычка мягко управлять лошадью? Угадала. Вы боитесь меня?

– Нет. Вы всего лишь женщина.

– Откуда такая уверенность? – Она непроизвольно вскинула брови, значит, я её задел. – Впрочем, вы правы. Я женщина, и я – ведьма. Ведьма в двенадцатом поколении.

Я одним глотком допил кофе, собираясь подняться. Выслушивать ещё одну экзальтированную дуру, возомнившую, что у неё вдруг проснулись редкие магические таланты, не было ни времени, ни желания.

– Вы не верите мне.

– Зато не мешаю вам верить в то, что вы о себе думаете.

– Вы считаете, нас не бывает? – Незнакомка подалась вперёд, так что её губы едва не коснулись моего подбородка.

– А зачем мне это знать? – Я вовремя вспомнил старину Седрика.

Дама медленно загасила окурок…

– Неужели вы так и не поняли, почему я подошла именно к вам?

– Если я скажу, что понял, мне придётся вас убить.

– Это шутка? – Она неуверенно покривила губки. – Вы не похожи на мужчину, способного причинить вред женщине.

– В плане ведьм я так непредсказуем…

Её глубокие чёрные глаза на миг вспыхнули красным, и память услужливо подсказала – не ведьма, дампир. То есть вампиресса, способная жить среди людей, ходить при свете дня, пить кровь человеческую и животных, убивая по настроению даже своих. Коллегия дампиров в нашем городе, сколько мне известно, состоит исключительно из женщин и никому не подчиняется. По крайней мере, у них нет договора с Комитетом, как, впрочем, и нет постоянной войны.