Диабло для дьявола - Мурат Янг

Глава 13

Мать как мачеха

— А ещё там теперь магия и мана есть! — услышал я сквозь размышления радостные возгласы Вероники.

— Так ты играла днем? — переспросил я.

— Да, через мобильный и прямо на па́рах. Всё равно сегодня уроки ерундовые, а с физры и вовсе отпросилась. Сказала, живот болит.

— Ну хорошо. Но я так и не понял, как ты вошла. — Я показал ей короткий ключ с зубчиками. — Я точно помню, что запер дверь, когда мы вышли.

Вероника смутилась. Улыбка исчезла, голова виновато опустилась.

— Вероника!

— Ну… Вчера я сделала дубликат.

— Зачем?

Она сморщила губы, как бы решаясь на что-то, а затем вновь подняла голову. Лицо, полное отчаяния, просило о помощи и поддержке.

— Что-то случилось? — ахнул я, догадавшись наконец, что не просто так Вероника зависла в моем доме. Раньше в лучшем случае она могла остаться на ночь, а то и вовсе лишь до позднего вечера. А тут — четвертая ночь намечалась.

— Миш. Я поживу у тебя, окей?

— С мамой поругалась? Или, может, с папой?

— С мамой, — призналась она. — Это еще тогда, во вторник случилось. А папа-то что. Он у меня знаешь какой? Самый добрый на свете!

Ну да. Обычно о своем отце Вероника отзывалась хорошо. Конечно, и маму она не бранила. Но я знал, что между ними часто вспыхивали ссоры. Слишком жесткий характер у обеих.

— Ты сказала, что сообщения отец слал, — припомнил я позавчерашний разговор.

— В основном, — кивнула она. — Слушай, Миш… Ты правда хочешь знать?

Я задумался. Если отбросить банальное любопытство, то я бы предпочел не лезть в разборки чужой семьи. Но все же я невольно, пусть и косвенно, втянут в их ссору, а значит, имел право знать. Да и лучше быть в курсе проблемы. Мало ли что.

Я кивнул.

— Хорошо. — Она вздохнула печально с долей нервозности. — Ты ведь знаешь мою маман. Она такая… своенравная… и… ну…

— Требовательная, — подсказал я.

Вероника снова вздохнула.

— Да… требовательная… Но в этот раз дело в другом.

Голова Вероники снова сникла, глаза заблестели. Она отошла к кровати и присела. Я расположился рядом.

— У нас во вторник техмех отменили, а следом четвертой парой философия. А я знаешь, как-то не очень с философией. Вот и решила прогулять ее, чем ждать полтора часа.

— И просто пошла домой? — спросил я. Мой голос невольно осуждал. Ну как так? Прогулять предметы… Ай-я-яй!

— Да и ладно! — дрожащим голосом огрызнулась она. — Не в этом ведь дело.

— Ну ладно, ладно, — успокаивающе проговорил я. — Продолжай.

— Папа днем на работе, и мама обычно дома одна…

— Нуууу…

— Она не была одна…

Я ощутил, как похолодело внутри. Сразу возник образ Ольги перед глазами. Я ведь уже понял, что там случилось. Вещь, казалось бы, нередкая, но всегда неприятная…

— Любовник?

Капли на щеках моей подруги превратились в ручейки. Она взвыла, как раненая волчица, и уткнулась в меня. Какое-то время я утешал ее. Похлопывал легонько по спине и гладил голову.

— Понятно, — сказал я сухим голосом, когда дрожь ее унялась.

— Она сразу ругаться начала, — продолжила Вероника. — Зачем, мол, так рано с универа приперлась? Почему пары прогуливаешь? Начала называть, как обычно, разгильдяйкой, спиногрызкой и никчемной дурой.

«Да уж. Её маму можно в один ряд с Коброй ставить», — подумалось мне.

— Только попробуй, говорит, хоть пикнуть отцу про… — Она снова разрыдалась и уткнулась в меня.

Я ощутил, как мокрота с ее глаз пропиталась на моей футболке. Я уже жалел, что настоял на этом разговоре, но Вероника прекращать его не собиралась, даже после того, как я предложил это.

— Нет уж! Я расскажу тебе! — Она снова одернула голову. — Только представь. Я захожу в квартиру, а там мама сидит на коленях у полуголого мужика. Я окаменела от шока! Первые слова, которые маман кричать начала, даже не слышала. Но представляю, что там было.

— Понятно, — пробормотал я растерянно, в надежде, что на этом рассказ будет завершен.

— Не знаю. Я ведь тоже накричала на маман. Сказала, что мне плевать и что я всё расскажу, что она просто безумная предательница. Знаешь, как она рассвирепела после такого?

— Угу. Представляю.

— Она бросилась на меня и начала дубасить прям кулаками.

Я присвистнул от удивления. Ошибочка вышла. Такого я представить не мог.

— Вот тогда-то я и схватила сумку, пихнула туда ноут и свалила. И сказала ей напоследок, что ей придется извиняться!

— И она не попыталась остановить тебя?

— Ее волновало только, чтоб я отцу не наболтала.

— А ты… наболтала?

Вероника отрицательно мотнула головой.

— Пусть сама. Отец потом много звонил и писал мне. Я сказала, что мы с мамой сильно разругались… сильнее обычного… и поэтому я поживу пока у тебя…

— Что? Так и сказала?

— Если честно, еще и адрес дала… Да не надо так таращиться! Это же папа мой! Он знаешь какой⁈

— Знаю, — кое-как выдавил я пересохшими губами. — Ты говорила.

— Да не заявится он сюда. А вот если бы не сказала, где я кантуюсь, то он бы живо в розыск подал. Вот тогда были бы неприятности.

— Угу.

— Я в тот вечер решила, что надо напиться.

— Помню, — кивнул я и усмехнулся. — Впрочем, не сильно-то мы накидались, да?

— Потому что… Потому что не бухло мне было нужно… — ласково прошептала она… — Не оно, а ты. Я это потом поняла, как только мы в постели оказались. Мне нужен был ты, обнимающий меня, твои поцелуи, твоя нежность. Мне уже тогда намного легче стало. А потом та прогулка, директор этот твой чудной, игра хоть и идиотская, но какая-то особенная что ли… Все это так отвлекло меня… Знаешь, я уже в полном порядке почти. Хотя грустно, конечно, из-за мамы.

— Ладно, думаю, всё еще может наладиться, — попытался я ее приободрить.

В тот вечер