Ступени пирамиды - Антон Белозеров

— Так Вы с севера?

— Да, Ваше Высочество. — Выступил вперед Никар-Вазам. — Позвольте представить Вам моего племянника Реасона-Миновара-Медона, сына владельца земли Акиной и нашего общего друга Трисмегиста-Аттона-Тониана, также на днях прибывшего с севера.

— Очень рада знакомству. — Ответила Лорана, вновь скользнув взглядом по покрасневшему Ремину, и снова обратилась к Трису. — Так что Вы сказали о душах?

Трис не успел ответить, как кошка, до того спокойно сидевшая на руках принцессы, внезапно прыгнула, словно напуганная чем-то. На тыльной стороне ладони Лораны показались четыре кроваво-красных царапины, оставленных острыми как бритвы кошачьими коготками.

— Ну вот. — Спокойно сказала Лорана, глядя, как набухают кровавые капельки. — Опять отец скажет, что я веду себя недостойно и отправит заживлять рану к магу-лекарю.

— Это моя вина, Ваше Высочество. — Сказал Трис. — И я могу ее исправить.

— Каким же образом?

— Позвольте мне взять Вашу руку.

Лорана протянула оцарапанную руку, и Трис осторожно, словно хрупкую драгоценность, сжал ее между своими ладонями. Он умел заживлять раны, и сейчас совершал отработанный до автоматизма ритуал, не переставая любоваться красотой своей восхитительной пациентки.

— Как горячо! — Воскликнула принцесса.

— Простите меня, Ваше Высочество, я очень торопился загладить свою вину. — Трис разжал ладони.

— Вы загладили не только вину, но и мою кожу! — Парировала Лорана, разглядывая руку, на которой не осталось ни малейших следов пореза. — Невероятно! Вы сделали это в двадцать раз быстрее, чем мой лекарь.

— На севере нам приходится часто практиковаться.

— А что еще умеют делать в северных провинциях?

— Все, что пожелает Ваше Высочество.

Лорана еще раз насмешливо оглядела с ног до головы Триса

— Волшебники с севера принципиально не носят с собой оружие? — Поинтересовалась она.

— У меня есть оружие, — честно объяснил Трис, совершенно очарованный Лораной, — но я обычно скрываю его под одеждой и извлекаю только при необходимости.

И только сказав это, он понял, насколько неприлично-двусмысленной должна показаться эта фраза принцессе, не знающей о манрикигусари и кинжале. Действительно, глаза Лораны гневно вспыхнули, она резко развернулась на каблуках и, высоко подняв подбородок, удалилась к другим гостям. Следом за ней двинулась толпа подруг и приближенных.

«Ты — болван, — услужливо подсказал Трису внутренний голос. — Хочешь стать Богом, а с девушками разговаривать так и не научился!» «Заткнись, и без тебя противно!» — Ответил ему Трис. Повернувшись, он увидел взгляды Ремина и Никар-Вазама. Трис пожал плечами и сделал гримасу, как бы говоря им: «Вот такой я идиот!» Однако про себя он отметил восторженно-благоговейный взгляд, которым провожал Ремин уходящую принцессу Лорану…

В это время рев труб и барабанная дробь наполнили дворец.

— Идет посольство великой и могучей Южной Империи! — Объявили герольды.

Взгляды всех присутствующих обратились к воротам дворца, через которые двигалась красочная процессия. Впереди на кроваво-красной двухколесной колеснице, запряженной четверкой лошадей, ехал седобородый благообразный старик в сине-черной мантии. С двух сторон колесницы гарцевали на прекрасных конях два всадника. Тот, что ехал справа, был весьма невысокого роста, кудрявый и черноволосый. Он носил малиновую тунику и высокие, до колен, сапоги из светло-коричневой кожи. За его спиной виднелась рукоять длинного двуручного меча.

Другой всадник являлся полной противоположностью первого. Массивная фигура, с трудом втиснутая в фиолетовую тогу, казалось, заставляет крепкого коня приседать на задние ноги. Бугрящиеся мускулы ног и плечевого пояса вызвали среди Этла-Нитов испуганно-восхищенный шепот. Квадратное лицо с грубыми чертами имело неестественный для Этла-Нитов красный цвет. Надменные взгляды, который бросал на дворян Этла-Тиды этот человек, были полны самодовольством и нескрываемой угрозой.

Позади трех главных посланников южного соседа шли слуги. Они несли большой деревянный сундук и вели за поводья шесть легконогих стройных коней, подобных тем, на которых красовались всадники.

Соблюдая ритуал, послы на условленном месте спешились. При этом здоровяк заметно покачнулся и сохранил равновесие, только оперевшись на плечи услужливо подскочивших слуг.

— Он же пьян. — Тихо сказал Трис Никар-Вазаму.

Это поняли все собравшиеся. По двору прошла волна тихого шелеста:

— Неслыханно!

— Небывалое оскорбление.

— Надо немедленно прекратить прием.

— Как они посмели!

Никар-Вазам шепнул Трису и Ремину:

— Я еще ни разу не видел Второго помощника посла Долор-то-Рона трезвым. Маг-Император тоже знает об этом. Большой прием не будет остановлен.

Но Триса больше заинтересовал коротышка в малиновом. Южанин шел необычной вихляющей и расхлябанной походкой, словно марионетка, дергающаяся в руках нетрезвого кукловода. Его длинные, почти до колен, руки свободно болтались в такт движению. Ни грамма жира не было на теле коротышки! Только кости, мускулы и кожа. Острый проницательный взгляд колючих глаз из-под низкого лба быстро пробегал по лицам людей. «Опытный боец, — профессионально отметил Трис, — очень опасный.»

Словно прочитав его мысли, Никар-Вазам сказал:

— Тот, что идет справа — Первый помощник посла Греан-Мор. Он считается лучшим фехтовальщиком из всех Этла-Нитов. Ни в Южной Империи, ни в Этла-Тиде, ни в восточных странах нет никого, кто по своей воле осмелился бы скрестить с ним мечи.

И снова торжественно затрубили трубы.

— Идут Император-Маг Этла-Тиды Тзот-Локи и Маг-Советник, Верховный жрец Бога-Спасителя Крон-то-Рион.

По лестнице с другой стороны дворцовой площади спускались высшие правители Этла-Тиды. Дойдя до широкой площадки между грифонами, они остановились и сели на подставленные слугами троны из золота и серебра.

Маг-Император Тзот-Локи, действительно, казался очень старым, гораздо старше своего возраста. Его длинная белая борода и прямые, до плеч, седые волосы были тщательно расчесаны и уложены, производя впечатление некоего древнего величия. Высокий лоб и большой нос с горбинкой говорили о мудрости и благородстве. Ярко-синие глаза из-под кустистых бровей смотрели не по годам живо и проницательно. Он был одет в темно-синюю мантию, которая полностью скрывала его фигуру, оставляя открытыми только голову и кисти рук. Голову венчала массивная золотая диадема, обильно усыпанная сияющими на солнце драгоценными камнями.

Крон-то-Рион, хотя и был ровесником Мага-Императора, выглядел гораздо моложе. Его черные волосы и бороду, постриженные в точности как у Тзота-Локи, лишь местами тронула седина. Темно-карие глаза за несколько мгновений обежали собравшихся на площади людей, и Трис невольно отвел глаза, поняв, что Крон-то-Рион использует магические силы, стараясь почувствовать общее настроение дворян Этла-Тиды. На коричневой мантии Мага-Советника на золотой цепи висел небольшой каменный диск с древними письменами. А в руке он сжимал длинный посох из сучковатого дерева с молочно-белым хрустальным шаром наверху.