Монах. Предназначение - Евгений Щепетнов

Она обняла его руками за шею и стала яростно целовать, тяжело дыша, покраснев и жмуря свои синие глаза. Потом яростно дернула за пояс штанов Андрея и разорвала их, как бумажные, под его сдавленный смех:

– Ты что делаешь, хулиганка?!

Марго не ответила, сорвала остатки одежды и запрыгнула на него, обхватив ногами. Потом протяжно вскрикнула, застонала, сжалась и задвигалась, вжимаясь в мужчину. Через несколько минут она вздрогнула, по ее телу прошли судороги, она вздохнула и, чуть отстранившись от его груди, облегченно сказала:

– Вот и все. Теперь я женщина. Давай поменяемся местами и продолжим?

И они продолжили…

– И как я теперь пойду в дом? – недоуменно развел руками Андрей. – Взяла и уничтожила мои тренировочные штаны! В одной рубахе, что ли, идти? Натягивая ее на колени, на корточках? Кстати сказать, всегда подозревал, что в тихонях сидит демоница. Но чтобы такая злостная демоница! М-да-а-а… может, это сущность оборотня сделала тебя такой любвеобильной? Вообще, как-то неправильно. Это я должен был тебя соблазнять, а потом лишить девственности. А у меня такое впечатление, что это я неприступная девица, а ты меня домогалась и в конце концов изнасиловала. Чувствую себя изнасилованной девственницей! Требую компенсации!

– Это еще что, – туманно пообещала Марго, – ты еще не знаешь, что тебя ждет в супружеской постели. Я как-то нашла древний трактат об искусстве любви. Там были нарисованы такие интересные позы… все время думала: как люди делают такое?! Вот выйду замуж – попробую с мужем это сделать. Вот, теперь держись! Я начитанная девушка!

– Ой, только не это! У нас на Земле тоже такие трактаты дурацкие имеются, я читал о том, что некоторые пары, попробовав эту хрень, попадали к лекарю – вывихивали себе руки, ноги, поясницу. Нет уж, членовредительства не будет.

– Нет уж, не увильнешь. – Марго помахала пальцем перед его лицом. – Как повредишься, так и вылечишься – тебе только раз обернуться, и все. Не увиливай от супружеских обязанностей. Теперь ты мой муж по всем статьям. Первый мой и последний мужчина.

– Дай-то Бог, – тихонько буркнул под нос Андрей, но Марго услышала и снова погрозила ему пальцем:

– Нет уж, никуда не денешься. Мой мужчина, мой муж. Никому в обиду не дам. И вообще, мы теперь с тобой единое целое, так что не скрывай от меня ничего, как и я не буду. Хорошо? Чего вы там с Шанти задумали, сознавайся!

– Я потом тебе расскажу. Иди-ка сходи за штанами. Должен же я как-то добраться до своей комнаты? До нашей комнаты… Кстати, как ты себя чувствуешь? Я смотрю, ты бодренькая, будто и не скакала с палками три часа.

– Хм… знаешь, а правда, усталость ушла, как не бывало! Чудеса, да и только. Может, оттого что мы занялись любовью? Я так давно этого ждала…

– Все проще, – усмехнулся Андрей. – От усталости в мышцах накапливается молочная кислота. И другие токсины. Когда ты обращалась, кислота исчезла, растворилась, организм обновился, и ты снова бодра и свежа. Вот и весь секрет.

– А что такое молочная кислота?

– Это… в общем, неинтересно, – улыбнулся Андрей, – тебе это не пригодится, забудь. Иди за штанами, а то мне уже надоело сидеть с голым задом, как идиоту.

– А что, ты очень хорошо так выглядишь, такой соблазнительный, я уже снова тебя захотела… иди ко мне…

– Кыш! Кыш отсюда, распутница! – Андрей шутливо оттолкнул Марго, вставшую вплотную и ухватившую его… – Штаны тащи, безобразница! Инквизитора на тебя надо – может, в тебя вселился демон? Бесы тебя теребят! Надо изгонять!

– Не шути так, – посерьезнела Марго. – Я помню, у нас на улице башмачник был, дядя Шурс, так он однажды сказал жене, что видит свечение вокруг людей. И как-то получилось, что он стал лечить соседей, к нему все приходили. Вылечивал и простуду, и переломы, и ожоги. Его все любили. И денег не брал. Инквизиция прознала, его забрали и обвинили в том, что он исчадие. Потом на площади сожгли. Говорят, он так кричал, так просил не трогать его, а те люди, которых он лечил, кидали в него камнями и смеялись. Я не ходила, а мне рассказали дочки одного купца, делового партнера папы. Мы в гостях у него были, и вот эти девки стали рассказывать про казнь и смеяться над башмачником, передразнивать, изображая, как он просил его не сжигать. Я сказала, что они дуры проклятые, и врезала одной по уху. Скандал бы невероятный. Отец разругался с партнером, тот требовал меня наказать, а отец сказал, что не за что. И что, если они такие дуры и ничего не понимают, а он не научил их жизни, значит, и ему с ним нечего делать. И он расторгает с ним отношения. Они тогда сильно поругались, до драки. Но потом примирились и снова вели дела. Только дружбы уже не было, и в гости к ним я уже не ходила. Я так со многими девчонками, дочерьми отцовских знакомых, разругалась. Они такие тупые, такие ограниченные, это просто невозможно! Они ничего не читают, разговоры только о тряпках, шушукаются о мальчиках. И знаешь, какие грязные фантазии у них – ты бы ахнул! Я даже говорить не хочу. А на людях такие благовоспитанные… Ханжи! А мальчики еще хуже – только ходят как фазаны, распустив хвост, перед девчонками выкаблучиваются. А спросишь о чем-то, он этого не знает, того не знает, все, что интересует, – карьера, охота, сабли и турнир. Вот тут уж они знают имена всех победителей! Это культ какой-то! Взахлеб рассказывают – и мальчики, и девочки, какую известную аристократку соблазнил очередной победитель турнира. И ведь дамы не стесняются, хвастаются тем, что изменили своим мужьям с каким-то тупым мужланом, который лучше всех машет саблей! Идиоты и идиотки. Ненавижу это общество. Ну ладно, хватит обо мне. Пойду за штанами.

Марго направилась к дверям, но Андрей вдруг сказал:

– Подожди, Марго, я должен тебе кое-что рассказать.

– О чем?

– Марго, у меня ребенок есть. Или, вернее, будет.

– Как это – будет?

– Понимаешь… пока я к тебе добирался, мне пришлось пожить в столице Славии. И в меня влюбилась одна женщина, Олра. И я в нее влюбился. Она не могла иметь детей, я вылечил ее и… в общем, я помог ей забеременеть. И у меня скоро будет сын или дочь. Я не хочу скрывать это от тебя.

– А почему ты оставил ее? – спросила Марго, усаживаясь на скамью рядом с мужем. – Олру эту? Беременную? Как ты мог?

– Я не виноват, – устало ответил Андрей. – Я предлагал ей уехать со мной, но она отказалась. Я как-нибудь расскажу тебе эту историю. Впрочем, сейчас расскажу. В общем, ее некогда изнасиловали, очень страшно, мучительно, после чего она и не могла иметь детей. Избили ее отца до полусмерти – он прожил недолго, и до самой смерти его били припадки. И Олра сказала, что хотела бы убить этих подонков сама, своими руками. Ну я сдуру и расстарался – нашел их, вместе с Шанти выкрал из дома, привел Олру к подонкам и вложил в ее руку кинжал. Она убила одного из них, самого мерзкого. Я добил остальных. После этого наша любовь кончилась. Она видела во мне кровожадного убийцу. А я… я постарался забыть ее. Вот такая история.