Освобожденные - Шелли Крейн

Я чуть отодвинулась и заглянула брату в глаза, пытаясь понять, чувствует ли он то же самое. Лицо Биша было тому подтверждением. И тут я услышала его мысли: «Она выглядит такой… такой счастливой и свободной… Вот теперь мне совестно за все мои поступки…»

– Ты мой брат, – заметила я. – Было бы странно, если бы ты за меня не волновался.

– Да, но… я столько всего наговорил Калебу. Останься я с ним наедине – я бы его прибил.

Я засмеялась:

– Не сомневаюсь. Но теперь все позади.

Он коснулся моей щеки.

– Ты не представляешь, как ты прекрасна, когда счастлива. И я понимаю, что это благодаря ему.

Я залилась краской и поджала губы.

– Ага.

Он вздохнул и отстранился.

– Как прошла служба?

– Кхм… нормально.

– Мне жаль, что так все случилось.

– Ничего, – поспешно сказала я и взглянула на бабушку. – А вы пойдете со мной по магазинам? Мне нужно новое платье.

– Черта с два, красотка! – Она смерила меня взглядом. – Я сама тебе его сошью. И Линн с Фионой тоже.

– Вы точно не успеете сшить по платью для…

– Ты во мне сомневаешься? – Бабушка подняла бровь.

– Н-нет, м-мэм, – запинаясь, пробормотала я.

– Хорошо. – Она посмотрела на Биша. – Вон отсюда, пухляш. У девочек много работы.

Биш засмеялся и ткнул в себя пальцем:

– Полагаю, «пухляш» – это я?

– Ну, в этой комнате больше ни у кого руки не торчат из рукавов, как сосиски из теста, верно?

Он снова засмеялся:

– Да, мэ-эм.

Он повернулся к Джен и, вместо того чтобы просто помахать и сказать «пока» (ведь он не из тех, кто любит публично лобызаться!), удивил нас всех: подошел к ней, приподнял ее подбородок и поцеловал. Когда Джен мягко улыбнулась, он сказал:

– Скоро увидимся.

Она кивнула.

Биш взял Марию за руку и вновь повернулся ко мне.

– Мы пойдем в гости к папе. Придешь сегодня на ужин?

– Да, – ответила я. – Как только Калеб вернется с собрания. У папы и встретимся.

Он кивнул и улыбнулся уже всем нам:

– Дамочки, до скорого!

– Пока, – попрощалась Джен, глядя, как он уходит.

Несколько секунд все молчали. Потом я наконец взглянула на Джен – она боролась со слезами. Рэйчел крепко ее обняла.

– Мамуль, – прошептала Джен. – Я больше не гадаю, каково вам с папой. Теперь я знаю.

– Дженна, милая моя, я всегда на это надеялась. – Рэйчел очень женственно всхлипнула. – Я всегда надеялась, что ты это испытаешь. Биш такой…

– Знаю, – подхватила Джен. – Он волшебный.

Я поморщилась.

– Так, давайте только не забывать, что он мой брат.

Все засмеялись, и тут в комнате загремела песня «Имеджин Дрэгонс» – «Радиоактивный». Рэйчел вынула телефон из кармана и ответила:

– Да, зайка… Нет, все хорошо. Мы с Дженной просто болтали… о том, что она наконец-то запечатлелась. – Она улыбнулась Джен. – Да, честное слово. Прости, что напугала.

Я слышала голос Питера у Рэйчел в голове. Он сказал что-то вроде: «Потом получишь по одному месту». Я, не сдержавшись, ахнула. Рэйчел захихикала и сообщила:

– Питер, Мэгги в комнате.

Он с легким смущением засмеялся и попросил передать мне и Калебу, чтобы мы завтра к нему заглянули, и попрощался.

– Хорошо. Люблю тебя, мой сладкий.

Он сказал, что тоже ее до умопомрачения любит. Я улыбнулась и тут же отвела взгляд. Рэйчел прокашлялась.

– Ты же слышала, да?

– Зайти завтра? Да.

– Он звонил меня проведать. Сказал, мое сердце бешено скачет.

– Представляю, – пробормотала я.

Нас перебила бабушка:

– Ну все, хватит уже. Я знаю, мой внучек тот еще мистер Мечта. – Бабушка шлепнула меня по попе. Я уставилась на нее с открытым ртом. – Пора за работу. Раздевайся.

– Зачем это?

– Хочу снять с тебя мерки для платья. Раздевайся!

Рэйчел меня спасла… отчасти.

– Раздевать девочку не обязательно, мама, – вступилась она. – Измерить ее можно и так.

– О, я знаю. – Бабушка указала на меня. – Но посмотри на ее мину! Ха! Эк ее скрючило-то, а? Мечтала это увидеть!

Она продолжила надо мной гоготать, но я не противилась: бабушка есть бабушка.

Несколько следующих часов мы снимали мерки и разглядывали платья в Сети, показывая бабушке, какие нам нравятся. К платью Фионы она решила приступить попозже.

Вскоре вернулся Калеб, и мы поехали к папе.

– Входите! – пропела Фиона, лихо распахивая дверь.

Я пошла вперед, а Калеб двинулся следом, держа ладонь на моей пояснице. Я была приятно удивлена переменами в доме. Судя по всему, Фиона занялась его убранством.

– Ой божечки, Мэгги! Клянусь, ты с каждым разом становишься все красивее!

– Спасибо, – сказала я и обняла ее, пытаясь преодолеть смущение.

Тут пришел папа.

– Крошка моя, – вздохнул он.

Я встала на цыпочки и повисла у него на шее. Он засмеялся, уткнувшись в мои волосы.

– Я очень рад, что ты тоже по мне соскучилась. – Он чуть отклонился и поцеловал меня в лоб. – Джен и Биш уже тут: всех в столовой ждут. Ой, прямо в рифму!

Я засмеялась.

– Я рада, что ты не меняешься, пап.

– Уже не исправишь. К счастью. – Отец улыбнулся и освободил одну руку для Фионы, которая охотно к нему подошла. А потом из кухни прибежала Мария и повисла у него на другой руке. Было видно, что папе с ними обеими хорошо и спокойно.

Я почувствовала, как сердце у меня сжимается от счастья.

– Согласна, – сказала я. – Пойду поговорю с Бишем, а потом приду помочь на кухне.

– Правда? – обрадовалась Фиона. – Я ужасно готовлю. А твой папа говорит, ты отлично делаешь макароны с сыром.

– Это наглая ложь! – объявила я.

Рэйчел засмеялась и повернулась к папе, а потом мы вместе отправились в столовую. Я открыла потайную дверь и застыла на месте. Калеб врезался мне в спину. Я вылупила глаза: Джен сидела на рояле, а Биш стоял у нее между коленей и, точно самый голодный человек на Земле, присосался к ее губам…