Сага смерти. Мгла - Андрей Левицкий

– Ну так чиво там? – проворчал Хохолок сзади.

Мировой повернул голову к Болотнику, и тот едва заметно пожал плечами, показывая, что не ощущает впереди опасности. Аслан с Каримом замерли по бокам от следопыта. Каждый раз, замечая краем глаза их гибкие фигуры, Катя не могла отделаться от мысли, что это не люди, а кошки, большие сильные лесные кошки. Штурмовые винтовки висели у них под мышками, стволы обращены к земле, на плече у каждого остро заточенные крюки. Как и Болотник, они предпочитали не пользоваться огнестрельным оружием без крайней нужды. Сейчас это было только на руку: патронов после стычек с бойцами Долга и схватки с псевдогигантом возле Рыжего леса осталось совсем мало.

Стоящий рядом с девушкой Анчар был бледен и едва заметно дрожал. Катя не понимала, что с ним происходит, – и никто не понимал. Казалось, то странное явление, которое они уже успели окрестить Мглой и которое медленно, но упорно преследовало их от самых болот, действует на Командора особым образом. Все в отряде ощущали ментальную тяжесть, когда Мгла подходила близко: в душу заползал страх, хотелось бежать сломя голову, нестись со всех ног, не оглядываясь, от того огромного, могучего, древнего, что находится за спиной. Но Анчара к тому же трясло, голова дергалась, левый глаз вылезал из орбиты, а другой начинал непрерывно жужжать, меняя фокусировку, что-то в нем двигалось и потрескивало, пару раз Кате показалось даже, что она видит свет, пробивающийся из-под линзы. В такие моменты близко к Анчару лучше было не подходить, даже не обращаться к нему: он становился агрессивен.

Передвинув «Mark» за спину, Командор повернулся, осмотрел улицу. Механический глаз едва слышно прожужжал, меняя фокусировку. Катя кинула взгляд через плечо: Хохолок топтался на месте, покачивая «Печенегом», крутил головой. Без здоровяка пришлось бы туго, в конечном счете это именно он завалил псевдогиганта… но из-за него и началась конфронтация с Долгом.

– А, вижу! – сказал Хохолок. – Ну, так чиво встали? Там же мертвяки…

– Надо проверить, – сказал Мировой. – Карим, Аслан!

Пригибаясь, они перебежали к растущему на газоне тополю, миновали ржавый грузовик. Остальные стояли неподвижно, не спуская глаз с углового дома. На втором этаже был балкон, там лежали два тела.

Повернув за угол, синхроны вошли в заднюю дверь. Наступила тишина, лишь Хохолок сопел. Казалось, весь Лиманск пуст, здесь нет ни людей, ни мутантов – вообще ни одной живой души.

Через минуту из дверей балкона высунулся ствол, потом возникла голова Аслана. Он шагнул вперед, за ним показался Карим. Встав возле ограды, синхрон поглядел на остальных. Кирилл, шагнув к Мировому, что-то негромко сказал ему, тот кивнул и сделал жест, будто перезаряжает оружие. Карим в ответ коротко кивнул, повернулся. Аслан уже присел над телами.

Вскоре они вернулись с тремя магазинами и парой ручных гранат. Отдав магазины Мировому, Аслан заговорил тихим голосом, пришептывая:

– Двое, монолитовцы, застрелены. Давно, разлагаться начали. У одного пуля в глазу, у другого на голове каска, в ней тоже дырка.

Катя уже давно заметила, что разговаривает почти всегда Аслан. И он при этом может стоять совершенно неподвижно, а Карим – сделать несколько коротких жестов, подчеркивающих слова брата. Речевой центр у человека находится в левом полушарии, выходит, Аслан в паре синхронов выполнял его роль?

– Наверно, стреляли из снайперского ружья. Спецпулями, – заключил он.

– Так это наблюдательный пост там был? – спросил Нешик.

Карим кивнул, Аслан сказал:

– В доме никого.

Монолитовцы… – Мировой повернулся к Анчару.

– Если мертвецов с балкона не убрали, значит, группировки давно нет в городе, – сказал тот.

Катя поторопила их:

– Нам надо идти.

Злая дрожь, желание действовать, двигаться дальше – в глубь Зоны, за Грязевое озеро, через Северный Могильник, как можно быстрее достигнуть далекой цели и сделать то, что она собиралась сделать, – это острое, навязчивое желание за последние дни превратилось в ее второе «я». Они обошли Агропром и Янтарь, мимо Рыжего леса, уничтожив два отряда Долга, – и все это время она подгоняла наемников, заставляла спешить дальше, почти без остановок. Катя понимала, что становится одержимой – вернее, уже стала, – но ничего не могла с этим поделать. Не могла и не хотела. Она позволила жажде мести полностью овладеть собой, возвела месть на пьедестал и молилась ей, как кровожадному языческому богу. Каждая минута промедления была для нее мучительна, поэтому она и злилась на Хохолка – ведь это он тогда сцепился с долговцами, из-за чего отряд потерял много времени.

– Идем, – повторила Катя.

Анчар кивнул Мировому, тот скомандовал:

– Вперед, тем же порядком.

Когда они прошли следующий квартал, слева между домами потянулся бетонный канал со сломанным мостом. Из грязной коричнево-зеленой воды торчала кабина грузовика.

Болотник остановился, и тут же, оглянувшись на него, встали синхроны. Узкие смуглые лица их были невозмутимы. Мировой бросил настороженно:

– Что?

Болотник поднял руку, показывая, чтобы все молчали. Катя не видела ничего опасного, да и никто не видел, но они уже привыкли доверять чутью следопыта, который умел ощущать опасность задолго до того, как остальные хоть что-нибудь заподозрят. На всякий случай она оглянулась, хотя и знала, что во время марш-броска к Лиманску отряд существенно опередил Мглу, которая никогда не двигалась особо быстро. Нет, мглистой полусферы не было видно сзади над крышами домов.

Впереди поперек улицы лежал старый «уазик» со спущенными шинами, над ним торчала крыша уличного киоска, сбоку – разбитая витрина продуктового магазина.

– Площадь там, – сказал Нешик неуверенно. – А? Светлее вроде, домов меньше… ну да, улица на площадь выходит.

Никто не ответил, и он замолчал. Болотник медленно пошел дальше, но тут же вновь остановился. Катя приподнялась на цыпочках, пытаясь поверх «уазика» разглядеть, что насторожило следопыта. Увидела что-то непонятное, какие-то темные изогнутые штуки…

– Ну, ё! – недовольно пробасил Хохолок и выдвинулся в авангард с «Печенегом» наперевес. – Жрать пора, сзади хрень ползет, а вы топчетесь!

– Хохолок, стой! – приказал Мировой, но здоровяк уже обходил машину со стороны капота.

Катя покосилась на командира. Мировой стоял неподвижно, скривив рот, направив ствол «М-4» в спину Хохолка. Обычно спокойный наемник еле сдерживается, он не привык, чтобы его приказам не подчинялись. Казалось, еще немного – и Мировой выстрелит над головой здоровяка. Девушка понятия не имела, как тот на такое отреагирует, но вполне допускала, что он может в ответ полоснуть с разворота очередью из «Печенега».

– Проверим на нем, что там, – сказала Катя негромко. – Пусть лучше этот дуб в аномалии погибнет, чем все мы.

Ее услышали все, кроме «дуба», который как раз шагнул за машину. «Во-во» – пробормотал Нешик, а Кирилл кивнул. Мировой переступил с ноги на ногу.