Поцелуй тьмы - Брендон Александер

Прюденс поглядела на часы. Неожиданное вторжение Робера сбило все ее планы. Ей хотелось к приходу Юджина накрыть стол, достать вино и зажечь свечи.

Войдя в гостиную, она неожиданно зашаталась и схватилась за спинку стула. Ноги как-то странно дрожали.

— Тебе плохо? — спросила Фиби, сидевшая на кушетке.

— Хорошо, — огрызнулась Прю. — Но будет еще лучше, если вы обе уберетесь с моих глаз!

Пайпер выставила перед собой руки.

— Когда начнется ваше свидание, я отправлюсь в свою комнату. Или он уже пришел?

— Нет, приходил Робер.

— Что он здесь забыл? — спросила Пайпер озабоченно.

— Может быть, хотел наслать новые чары. Не знаю и знать не желаю! Он мне не нужен, — выпалила Прю.

Пайпер глядела на нее в изумлении.

Прю склонила голову на грудь, стараясь успокоиться и выровнять дыхание. «Робер, Фиби, Пайпер, — думала она. — Все они встают на моем пути. Все стараются разрушить мою жизнь».

Закрыв глаза, Прю глубоко вздохнула и медленно зашагала на кухню. «Я не совладала с собой, — думала она без сожаления. — Может быть, действительно переработала. Из-за чего же еще я так взвинчена? Бедный Юджин. Ему придется ограничиться лишь ужином и поцелуем».

Прюденс привалилась к кухонному столу, снова стараясь успокоиться, и подумала, что, наверное, она простудилась.

Перед мысленным взором возник образ Юджина, и тут же защипало губы. Поцелуи нужны ей как воздух. А он такой крутой, милый, подтянутый, мускулистый.

Ей захотелось страстного поцелуя, обостряющего все чувства, такого же, как в ту новогоднюю полночь. Особенно теперь, когда больше не возникало ужасающих видений чьей-то смерти. Теперь, когда заклятие снято.

Прю оторвалась от стола, бросила масло на сковородку и зажгла плиту. Взяла большой разделочный нож и начала резать лук и чеснок для соуса.

Масло уже начало шкворчать, и пришлось убавить огонь. Она посмотрела на чеснок и лук и поняла, что не ощущает их запаха. И масла, кстати, тоже.

Прю бросила на сковородку цуккини и перец, услышала, как они зашипели, соприкоснувшись с нагретой поверхностью, слегка помешала их, но запаха опять не почувствовала.

Затем Прю порезала грибы и тоже бросила их на сковородку. Смешала овощи с маслом, и опять не почувствовала запаха. Подумала, что, наверное, лука и чеснока слишком мало.

С раздражением взяла другую головку чеснока и принялась ожесточенно кромсать его. Как же он может не пахнуть? Может быть, давно испортился?

— Что ты делаешь, Прю? — спросила возникшая в дверях Пайпер. — Собираешься гонять вампиров?

— Ты чувствуешь запах чеснока? — Глаза Прюденс тревожно расширились.

— Конечно, чувствую. Он заполнил весь дом.

— Тогда почему же я ничего не чувствую?

— Может быть, у тебя насморк? — предположила Пайпер.

Прю повернулась к сестре:

— Просто немного устала.

Пайпер неожиданно вскрикнула и кинулась к ней.

— Что ты делаешь? — заорала она и схватила сестру за руку.

Удивленная Прю увидела поток ярко-алой крови, вытекающей из широкой раны, пересекавшей ее ладонь. Кровь стекала по лезвию ножа, на стол и на чеснок.

Потом она заметила бурые пятна, покрывающие ее одежду, и у нее закружилась голова. «Почему же я не почувствовала боли? — думала она. — И даже не поняла, что порезалась».

— Прю! — Пайпер схватила бумажные полотенца и стала промокать ее руку. — Нужно остановить кровотечение.

Старшая сестра молчала, глядя со странным спокойствием на струящуюся кровь, которая, промокая бумагу, капала на сковороду. Затем раздалось шипение.

— Уже лучше, — произнесла она удовлетворенно.

— Что? — спросила Пайпер.

— Кажется, я чувствую запах подгорающей крови, — ответила Прю.