Кошмары Серебряных прудов - Анна Устинова

— Мы только что с Динкой по телефону разговаривали.

— А что в этом такого необычного? — войдя в лифт и нажав кнопку первого этажа, спросил я.

— Необычное, что Толян до утра так дома и не появился, — откликнулась Жанна.

— Ну да? — удивился я. — Кстати, мне мать Толяна тоже вчера звонила. Но, сама понимаешь, я ничем не мог ей помочь. Кстати, откуда Динка узнала, что Толян так и не вернулся?

— Да, понимаешь, Динке позвонила Светка, а Светке еще кто-то сообщил…

— Наверное, Славка, — предположил я.

— Вполне вероятно, — откликнулась Жанна. — В общем, наш Толик к кому-то капитально завалился.

— Не завидую я теперь ему, — мне живо представилось, что сделает с Толяном мать после его возвращения.

— А раньше ты, значит, ему завидовал? — полным язвительности тоном произнесла Жанна.

— Раньше я вообще старался о нем лишний раз не думать, — ответил я.

Завернув за угол нашего дома, мы оказались на детской площадке.

Гляди, какую потрясающую снежную бабу слепили! — восхитилась Жанна.

Я изумленно присвистнул. Ручаюсь: вчера вечером, когда мы возвращались от Пелагеи, ничего подобного тут не было. Теперь посреди детской площадки гордо стоял замечательный снеговик. 'Голову его увенчивала вязаная шапочка-петушок. Автор снеговика, видно, не поскупился для своего творения. Подойдя ближе, я немедленно понял, почему этот снеговик сразу показался нам с Жанной необычным. У него было… настоящее |лицо с глазами. С живыми голубыми глазами.

Снеговик пристально смотрел на нас, и от этого взгляда у меня по спине бежали мурашки.

— Федор, — крепко сжала мне руку Жанна, — ты видишь? Он смотрит. Интересно, как они это сделали?

— Наверное, это глаза от какой-нибудь деткой куклы, — нарочито небрежно проговорил я, преодолевая внутреннюю дрожь, потянулся к глазу снеговика.

Глаз моргнул. Я отдернул руку и осторожно покосился на свою спутницу.

— Ты ничего не заметила?

— Нет, — покачала головой она. — А что я должна была заметить?

— Да так. Видимо, показалось, — не стал делиться ощущениями я.

Впрочем, я и впрямь был почти уверен, что снеговик даже не думал моргать, и хотел еще раз потрогать его глаз, когда Жанна вдруг сказала:

— Федор, а ведь он на кого-то очень похож.

— Похож? — переспросил я. — На кого же, интересно?

— Сам погляди, — каким-то странным тоном добавила Жанна. — И, между прочим, шапочка у него точно такая же. Я теперь узнала ее.

— Такая же, как… — хотел уточнить я, однако вопрос мой оборвался на середине.

Из снеговика на меня взирало лицо… Толяна Волобуева.

— Теперь понял?

— Понял. Это Толян, — кивнул я и, хлопнув снеговика по тому месту, где у людей находится левое плечо, воскликнул: — Привет, Волобуй! Как тебе не стыдно! Мать ищет, с ног сбилась, а ты тут стоишь!

— Не надо так шутить, — поежилась Жанна.

— А чего такого, — отмахнулся я. — Но как похож-то. Интересно, кто его слепил?

— Мне тоже интересно, — задумчиво проговорила Жанна. — Между прочим, если Толян не вернется, надо будет сказать про снеговика его матери.

— Зачем? — не понял я.

— Ну, вдруг это какая-нибудь зацепка, — объяснила Жанна. — Так лицо могли слепить только с натуры. А лепили снеговика вчера вечером, уже после того, как мы с тобой здесь прошли. Значит, после семи. То есть в это время Волобуй наверняка был у нас во дворе. И те, кто его тут видели, могут знать, куда он потом направился.

— Ну, Жанка, ты прямо Шерлок Холмс с его методом дедукции. Только, думаю, зря стараешься. Вот вернемся после Пелагеи в школу, а Волобуй наверняка уже там.

— Ладно, пошли скорее в деревню.

Мы двинулись прочь со двора. Я обернулся и кинул последний взгляд на странного снеговика. то ли в этот момент на него упала тень, то ли еще по какой-то причине, но мне показалось, лицо Толяна приняло умоляюще-тоскливое выражение. Он будто бы обращался ко мне с немой мольбой, и от этого у меня в груди возник холодок. «Зачем они сделали снеговику такие глаза?» — с осуждением подумал я и, отвернувшись, поспешил за Жанной, которая успела уйти вперед.

Мы миновали Серебряные пруды, а странный снеговик все не выходил у меня из головы. Наконец я спросил у Жанны:

— А ты не думаешь, что это они куда-то его девали?

Кто? Кого? Куда? — уставилась она на меня. Я понял: «Она думает о чем-то совершенно другом».

— Ну, те, кто лепил снеговика, куда-то девали потом Толяна, — пришлось объяснить мне.

— Вообще-то запросто, — согласилась Жанна.

— Слушай, — вдруг осенило меня. — Наверное, это рэкет.

— Рэ-экет? — Жанна споткнулась и чуть не упала в сугроб.

— А чего такого? — продолжал я. — Не забудь, что Толян позавчера основал собственное предприятие, если так можно выразиться, очень малого бизнеса. Вот и его решили заставить делиться, Он, к примеру, отказался, и его сперли. Или, — тут же возникла другая версия у меня, — Волобуй принял на хранение чьи-то ботинки, а их свистнули. Хозяин потребовал возмещения ущерба. Волобуй оказался недостаточно платежеспособен.

— Правильно, — подхватила Жанна. — Теперь его сперли, а позже позвонят матери с требованием выкупа в размере стоимости ботинок. — Она выдержала короткую паузу и добавила: — Одного только, Федя, не понимаю, зачем было лепить такого похожего на Толяна снеговика?

— Ну, вероятно, с ним просто вели серьезный разговор у нас во дворе, и кто-нибудь от нечего делать по ходу лепил снеговика. Ну, знаешь, как некоторые разговаривают и одновременно что-нибудь на бумаге рисуют.

— А глаза тоже по ходу дела? — внимательно поглядела на меня Жанна.

— Нет, таких глаз на ходу не сделаешь, — откликнулся я. — Значит, кто-то их для чего-то припас и носил с собой в кармане.

— Тоже очень странно, — задумчиво произнесла моя спутница. — С какой целью человек будет носить в кармане искусственные глаза?

— Ну, например, для какого-нибудь розыгрыша, — возникло у меня довольно логичное объяснение. — Подкидываешь такой вот глаз в компот. Человек сперва спокойно его выпивает, а потом обнаруживает на дне стакана…

— Очень смешно, — сморщила переносицу Жанна.

— Тебе, может, и не смешно, а Толян от такой шуточки наверняка бы остался в восторге, — не было на сей счет никаких сомнений у меня. — Так что снеговика явно лепили друзья Толяна.

— Выходит, кто-то из них очень здорово лепит, — сказала Жанна. — И почти наверняка хорошо рисует. Волобуй из снега вышел как живой.

— Тогда ясно, как действовать, если он сегодня в школе не появится, — возник план у меня. — Выясним, кто из приятелей Толяна умеет хорошо рисовать. Полагаю, среди «детей джунглей» таких найдется не очень много.