Особый курьер - Алекс Орлов

— Расслабься, парень, это же «Черная жемчужина». Сейчас наедимся, напьемся, потом посмотрим представление — и домой. — Бэри подцепил острой палочкой фруктовый ломтик и положил его на язык.

— А ведь и правда вкусно, Джек. Когда ешь такие вещи и сидишь среди красивых женщин, то даже не веришь, что ты всего лишь дерьмовоз. Нет, но Марион все же хороша. Видел бы ты ее в рекламе колготок!

— Ты же сказал, что она ведущая шоу.

— Одно другому не мешает.

— А что с ней за гусь?

— Не знаю. Судя по роже — спонсор шоу.

— Или личный спонсор.

— Возможно.

В зале появилась новая колоритная пара.

Она — усыпанная бриллиантами дама, в темном платье с открытыми плечами, а он — седовласый высокий джентльмен. Пара расположилась всего лишь через столик от «полномочного посла» Нубии.

— Сенатор Джексон собственной персоной, да еще с законной супругой, — прокомментировал Бэри.

— Ты просто светский лев какой-то. Откуда ты и знаешь? — удивился Джек.

— Я проводил подготовительную работу, парень, — негромко ответил Док. — Нельзя же вот так сразу пришлепать в такое заведение, не понимая, где здесь сенатор, а где богатый бандит.

— Сюда и бандиты ходят?

— Только очень состоятельные. Разожравшихся сутенеров сюда не пускают.

Через четверть часа возле столика снова появились официанты. Они сменили блюда и исчезли.

А гости в клуб все прибывали. Док проявлял чудеса осведомленности и ухитрялся не только узнавать знаменитостей в лицо, но и рассказывать какие-то интимные подробности из их личной жизни. Как выяснилось, он знал, кто с кем спит, кто что ворует, у кого большие долги и кто играет в карты.

Постепенно Джек вошел во вкус приятного времяпровождения и, опьянев от аперитивов, стал с интересом разглядывать декольтированных дам, вызывая их поощрительные улыбки и недовольные взгляды их кавалеров.

— А мне здесь нравится, — заявил он и взял с блюда прозрачную рыбку. Она целиком уместилась во рту, но почему-то совсем не жевалась. Плеваться при всех было некрасиво, и рыбку пришлось проглотить.

Вдруг свет в зале стал медленно гаснуть, и, когда сделалось совсем темно, на сцене, в лучах прожекторов, появился конферансье.

— Дамы и господа! Мы приветствуем вас в «Черной жемчужине», на величайшем представлении балета мадам Конклав! — Конферансье громко забил в ладоши, однако публика отозвалась очень вяло.

Заиграла бравурная музыка, и на сцену одна за другой начали выбегать девицы в мини-купальниках и нелепых коронах с плюмажем.

Артистки сцепились за руки в длинную цепь и стали синхронно подбрасывать ноги выше головы. Это зрелище должно было восхитить избранную публику, однако аристократы зевали, прикрываясь ладошками, и продолжали свои беседы. Когда музыка играла особенно громко, они досадливо морщились и всем своим видом показывали, что им мешают.

Наконец взмыленный кордебалет ускакал за кулисы, и ему на смену вышел «маг и волшебник Абу Симбел» — как представил его конферансье.

— Сейчас начнет женщину пилить, — угадал Бэри

И действительно, из-за кулис выкатили ящик, в котором уже лежала готовая жертва. Абу Симбел достал двуручную пилу и вдвоем с еще одной ассистенткой распилил ящик на три части.

Потом, как водится, распиленные куски повозили по сцене, чтобы публика немного испугалась, а затем соединили вновь, и — о чудо! — девушка вышла из ящика целая и невредимая.

Маг и волшебник довольствовался лишь жидкими хлопками и ушел со сцены дико вращая зрачками, а ему на смену выскочил отдохнувший кордебалет На этот раз девушки были в одних трусиках, однако перьев в плюмаже было значительно больше. Мужчины оживились и стали хлопать, а один подпивший субъект даже крикнул «Браво!».

В третий, а может, и в четвертый раз появились официанты и опять сменили блюда. Джек одобрительно кивал — ему все больше нравилась жизнь богача. Время от времени он глазел по сторонам и, как ему казалось, даже узнавал каких-то людей.

«Это оттого, что я слишком много выпил», — объяснил он себе, потому что точно знал — никаких его знакомых здесь быть не могло.

«Полномочный посол» тоже чувствовал себя все лучше, и его не смущало, что на алой перевязи уже красовались два пятна от белого соуса.

Тем не менее, когда в представлении наступил перерыв, Бэри сказал, что пора уходить.

— Хорошего понемногу, Джек. Мы и так здесь давно уже сидим. Сколько на твоих трофейных? Джек взглянул на часы и сказал:

— Половина двенадцатого…

— Ого, пока доберемся, столько времени пройдет. А завтра до обеда нам пять судов обслужить надо. О, как тяжело думать об этом в таком месте! Правда. Джек?

— Правда, Бэри, — согласился Холланд и поймал на себе взгляд какого-то не слишком приятного субъекта Тот сидел за соседним столиком и, едва Джек посмотрел в его сторону, тут же отвернулся к своей даме.

«Где-то я его уже видел», — попытался вспомнить Джек, однако его внимание было отвлечено официантом, который принес затребованный Доком счет.

Едва Холланд увидел пятизначную цифру, его прошиб холодный пот. Таких денег он никогда и в руках не держал, не говоря уже о том, чтобы отдать их за один ужин, пусть даже очень хороший. Джек осторожно посмотрел на Байрона. Тот с невозмутимым видом запустил руку в нагрудный карман и достал свою знаменитую фальшивую карточку.

Последовала пауза, в течение которой Байрон держал свою карточку и ждал возгласов восхищения, однако ничего не происходило, и официант, вежливо откашлявшись, сказал:

— Прошу прощения, ваше превосходительство, но карточки «Хакслер банк» мы больше не принимаем.

— Что, простите? — переспросил Док, чтобы потянуть время и хоть что-то придумать. — Я не совсем вас понял…

— Дело в том, что мы больше не принимаем к уплате карточки «Хакслер банк». Не могли бы вы расплатиться другой карточкой?

— Конечно, мог бы и другой, но… — Бэри застывшим взглядом посмотрел на Джека, словно ища у него поддержки, — но другая карточка у меня, естественно, не с собой… Разве только немного наличных…

Официант подал знак метрдотелю, и тот моментально материализовался рядом со столиком.

— В чем проблема, господа? — улыбнулся он и изогнулся вопросительным знаком.

— Да вот, нам только что сообщили, что мы жулики, — стал нагнетать обстановку Док. — Говорят, карточка наша не подходит.

— Дело в том, ваше превосходительство, что «Хакслер банк» вот уже две недели как рухнул. Видимо, вы об этом еще не слышали?

— О! Не может быть! Там была часть моих денег! — схватился за голову Бэри. Он изображал отчаяние довольно натурально, но привычный к разным сценам метрдотель стоял с той же улыбкой, ожидая, когда клиент будет в состоянии говорить.