Доказательства вины - Анастасия Сычёва

По возвращении в комнату мне еще пришлось выслушать поток вопросов, восклицаний, охов и ахов от Бьянки и рассказать ей хотя бы вкратце о случившемся, и спать я ложилась выжатая, как тряпка. А на следующий день занятия возобновились в том же режиме, что и обычно, хотя нашей группе это и казалось чем-то противоестественным. Олаф и Жан пришли в себя к следующему утру, но предпочли лишний день полежать в лазарете, так что на растерзание всей изнывающей от любопытства и сочувствия академии остались мы с Марком вдвоем. Особенно на нас наседали Кадма, Луиза и Ник, так что уже к обеду обычно сдержанный в эмоциях Марк весьма грубо высказался, что они могут сделать со своими вопросами. Я всем своим видом выразила полное согласие с ним, и все трое наконец-то отстали.

Утром, сразу после завтрака ректор объявил общее собрание всей академии, на котором изложил официальную версию случившегося, по которой магистр Леннокс не являлся виновником трагедии, а все происшедшее было несчастным случаем. Однако, чтобы ситуация не повторилась, занятия вне академии откладывались на неопределенный срок — до того момента, пока не будут проверены все артефакты, используемые в подобных «выездах». Сида должны будут похоронить, как только в Адэр приедут его родители.

Студенты взволнованно перешептывались и бросали на нас — участников стычки с призраками — жадные взгляды. Магистры озабоченно хмурились и тихо переговаривались между собой, Кириан сохранял вид торжественный и печальный, как подобает случаю, Леннокс выглядел так, словно его позвали на торжественную линейку первокурсников в начале учебного года, где никогда не бывает ничего, стоящего внимания. Его поведение казалось большинству обитателей академии, включая и студентов и магистров, совершенно циничным, и, с учетом того, что всем факультетам уже было известно о его методах обучения, про него стали говорить, что он намеренно допустил смерть одного из студентов. «Хоть бы сделал вид, будто переживает! — процедила сердито на собрании Луиза, глядя на некроманта так, словно он утопил ее любимую собаку. — Он же виноват во всем случившемся, неужели у него совсем нет сердца?!» Стоявшие поблизости студенты как с боевого, так и со стихийного факультетов, причем среди них были и светлые и темные, поддержали ее слова одобрительным ворчанием, а я, отметив про себя это единодушие, встречающееся столь редко, снова задумалась, не сошла ли я с ума, когда решила принять предложение некроманта, и чему именно он собрался меня учить.

После собрания наш второй курс отправился на лекцию по теории магии. Она, как и в прошлом году, была общей для всех, но магистру Плинию так и не удалось сегодня привлечь внимание студентов, которое и в обычные дни было не ахти каким, а уж сегодня о нем и вовсе не могло быть речи. Передние ряды аудитории, которые были ближе всего к преподавательской кафедре, остались пусты, на средних активно перешептывались, так что создавалось впечатление, что в помещение кто-то случайно занес мешок змей, а на задних вообще разговаривали совершенно свободно, не пытаясь понизить голос. Я сидела у стены, Бьянка загораживала меня от соседей сбоку, за что я была ей безгранично благодарна, и пыталась выстроить линию поведения моего недоброжелателя, попытавшегося убить меня столь оригинальным образом. Леннокс вчера подметил все правильно, и списать на несчастный случай неисправность магического накопителя сил не получится. Пожалуй, все же можно взять за основу предположение, что целью этой «диверсии» была именно я, — вряд ли убить хотели некроманта-отшельника, сто лет вообще никому не показывавшегося на глаза, или кого-то из студентов. Конечно, может быть, что кто-то из них — Сид, Олаф, Жан или Марк — является, скажем, принцем Шалевии или шпионом Валенсии, которого понадобилось убрать, но это маловероятно. Про них четверых я ничего не знаю, зато точно знаю, что я королева с большим количеством врагов. Так, и кто пытался меня убить? И, главное, по какой причине? Потому что я Этари или потому что кого-то не устраивает моя персона на троне Вереантера? Поразмыслив и в задумчивости изрисовав пол-листа странными закорючками и завитушками, я решила, что дело все же не в роде, из которого я происхожу. Будь это какие-нибудь ненавидящие Этари фанатики, они не стали бы организовывать все настолько тайно, а постарались раззвонить везде где только можно, кто я на самом деле, чтобы окружающим стало понятно, что они не безвинную студентку убили, а злобную ведьму, родственницу самого кровавого архимага в истории. За подобное общество не то что не осудило, а, пожалуй, даже одобрило бы поступок тех, кто это сделал.