Кукольник - Генри Лайон Олди

«Да, но… Может случиться срыв! Из-за срывов я сломал карьеру, ушел от маэстро Карла, стал директором, администратором…»

«Срыв? Может. Вероятность — десять-двадцать процентов. А в действительности еще меньше. Ты много лет не работал в качестве невропаста, у тебя не копилась критическая пси-масса. В конце концов, честно предупреди клиента».

«Предупредить?!»

«Да. Ты ведь честный злодей, Тарталья? И если он откажется…»

«А если не откажется?»

— Почему вы молчите? Я жду! — с раздражением поторопил легат.

«Ну же! Пусть, если что, Тумидус пеняет на себя! Или ты боишься? Ты смог поставить его на место — так вперед! Доведи дело до конца. Иначе до конца жизни будешь терзаться воспоминаниями. От скелетов в шкафах надо избавляться. Выполни заказ. Лично. И прошлое канет в небытие, исчезнет, развеется по ветру. Тебя оставят призраки, которых ты сам выдумал. Решайся!»

— Моя труппа сегодня занята, господин Тумидус. Я не собираюсь нарушать обязательства по контракту. Но, помимо труппы, есть еще один человек, способный выполнить ваш заказ.

— Кто он?

— Я.

III

Внизу проплывал город.

Курорт-исполин, Хунгакампа, утопал в зелени. Сверкали и переливались на солнце разноцветные купола, башни и пирамиды зданий. Золото и бирюза, охра и малахит, аквамарин и дымчатый топаз. Город казался россыпью драгоценных камней на берегу лазурного залива. По воде скользили легкие яхты и раскоряки-катамараны, прогулочные катера-всестихийники и крылатые парусники — словом, все, что могло плавать, летать и нырять.

На пару секунд Лючано снял очки. Мир затопило голубое сияние, рождая сонмы бликов и ореолов. Гладь залива превратилась в расплавленное зеркало, на поверхности которого уже ничего нельзя было рассмотреть. Лучи альфы обладали странным свойством: даря загар и не вызывая ожогов, они шутили со зрением злые шутки.

Молчун-раб, сидевший в кресле пилота, крутанул штурвал и приналег на педали. «Стрекоза» затрещала крыльями, делая вираж. Увеличив скорость, она понеслась в сторону гор Кингури, круто обрывавшихся в океан за краалями северной окраины. «Стрекозу» с рабом прислал Гай Октавиан Тумидус. Условия контракта они согласовали на удивление быстро. В ответ на предупреждение Тартальи о том, что он — «имперсонатор с частичным дефектом» и существует вероятность, что в процессе контакта клиент испытает сильную боль, легат с презрением отмахнулся:

— Вы боитесь причинить боль мне?! Не переоценивайте свои жалкие способности! Это я могу причинять боль. Я! И никак не наоборот.

Прав был Тумидус или нет — в любом случае директор «Вертепа» не стал развивать скользкую тему. Клиент предупрежден и дал согласие. Значит, профессиональная совесть чиста. Цена, названная легатом, оказалась выше, чем рассчитывал Лючано. Для виду он поторговался, заломив надбавку за срочность.

— Вы получите свои деньги! — без споров кивнул легат.

Камнем преткновения неожиданно стало одно, казалось бы, совершенно невинное условие: Тарталья потребовал, чтобы перед выступлением помпилианец ознакомился с текстом заготовленной для него речи.

— У меня нет времени на подобные глупости! — отрезал Тумидус.

Лючано пожал плечами: хотите, не хотите, а придется выкроить часок. И не бегло ознакомиться с текстом, а трижды прочитать речь от начала до конца.

— Вслух? — язвительно спросил легат. Его сросшиеся брови превратились в грозовую тучу, готовую метать молнии. — С выражением? На табурет встать не надо?!

Идею с табуретом Лючано проигнорировал. Хотя в ней таился великий соблазн.

— Можно — про себя.

— Огромное вам спасибо!

— Не за что. Напоминаю: трижды.

В этот момент чувство юмора у Гая Октавиана Тумидуса, и без того небогатое, закончилось совсем. Его сменили гордыня и ярость.

— У меня есть более важные дела! Зачем я тогда вообще нанимаю контактного имперсонатора?! Для издевательств?!

И так далее, вплоть до финального пассажа: как смеет жалкий актеришка, разовый наемник, ставить условия ему, гард-легату, кавалеру ордена Цепи и малому триумфатору?!

Пришлось объяснять в доступной для легатских мозгов Форме.

— Невропаст, он же контактный имперсонатор, отнюдь не телепат-транслятор. — Лючано изо всех сил скрывал неприязнь к упрямому клиенту. — Элемент телепатии в Нашем искусстве есть, но в очень малой степени. Если в памяти клиента отсутствует исходный материал, то имперсонатору не с чем работать. Мы можем улучшить походку неуклюжему разине, но не можем поднять мертвеца и заставить плясать вприсядку. Я готов подкинуть вам «на язык» одну-две чужеродные реплики, перекроить исходный монолог, ухватить смутное желание. Чтобы дергать за ниточки, надо, чтобы нити к чему-то вели…

Он снова вспомнил свой давний и печальный опыт работы с помпилианцем. Там речь не требовалась. Там были именно реплики, достаточно короткие — их Лючано подбрасывал клиенту, не требуя учить текст заранее. Тот клиент, чтоб его черви съели, и не сумел бы ничего выучить загодя — специфика заказа.

Импровизация, в финале которой были арест и тюрьма Мей-Гиле.

— Но транслировать целую речь, если вы не знаете ее в принципе…

— При чем тут текст моей речи?! — перебил легат, не вникая.

— Во время прочтения текста его содержание откладывается в архивах памяти. Пусть даже на сознательном уровне вы не запомните ни слова, в слоях, закрытых для обыденного сознания, речь сохранится целиком. И я, Лючано Борготта, до этих слоев доберусь, уж будьте уверены. Речь вы произнесете в лучшем виде, не прибегая к помощи табурета. Зал будет рукоплескать. По окончании выпускники стройными колоннами, в едином порыве…

Единый порыв Тумидусу понравился. И грядущие овации.

Ему по-прежнему не нравилась самая малость: что речь необходимо сперва прочесть.

— Трижды? А с одного раза текст не отложится в этих ваших слоях?

— Нет, с одного раза — никак.

Легат еще повозмущался для порядка — «За что я вам деньги плачу?!» — и дал согласие.

В следующие часы дел у директора «Вертепа» было, что называется, по горло. Он связался с секретарем виконта, уведомил, что труппа работает заказ в самостоятельном режиме — не сомневайтесь, они профессионалы и не нуждаются в няньке! — после чего затребовал транспорт для отправки на место бутафора, гримера и костюмерши. Дважды строжайшим образом проинструктировал кукольников, заставив каждого повторить инструкции слово в слово. Особо уделил внимание Степашке: ему поручалось забрать перед началом маскарада контракт и удостовериться, что все подписи на месте. Затем Лючано дал на сегодня «отбой» Г'Ханге, выслушав от пигмея массу упреков в адрес «лживого бваны».

Он успел все. Даже пообедал вместе с труппой и проводил «Вертеп», за которым прислали роскошный аэрокатер.