Принцесса с дурной репутацией - Надежда Первухина

Я не помню, как добралась до замка. Мне иногда кажется, что я и не смогла до него добраться, просто лежала в глубоком обмороке среди кукурузы, и меня случайно нашли слуги, посланные добрым Фигаро. Но тогда почему они не увидели то, что увидела я? Впрочем, все по порядку.

Когда Оливия прискакала в замок, она устроила такой переполох, что старшие вассалы герцога Альбине немедленно бросили любимое свое занятие — пиво и игру в кости — и, вооружившись, помчались в направлении, указанном юной герцогиней. Она порывалась отправиться с ними, но Сюзанна слезно умолила ее остаться дома и не лезть не в свое дело. Вассалы герцога были мужиками толковыми и быстро нашли нужное направление. И засекли меня, ломящуюся сквозь кукурузу, как осадный таран.

— Полундра! — возопила я по-матросски, едва завидев отряд в доспехах и при оружии.

Вассалы герцога не знали точного значения этого слова, но в целом меня поняли. А вот связно объяснить им, что я увидела, услышала и унюхала, мне не удалось.

Точнее, они особо и слушать меня не стали и помчались дальше. Но кто-то из них отвез меня в замок, иначе как я могла оказаться там так быстро?

Я помню, как кинулась к Оливии, нетерпеливо костыляющей по холлу, и начала довольно бестолково рассказывать о том, что видела. Потом, уже замолчав, я поняла, что слушала меня добрая половина насельников замка. Насчет злой половины я не уверена.

В общем, все, кто хотел, меня услышали и принялись громогласно обсуждать пахнущие тухлыми яйцами новости. Мы же с Оливией вдруг впали в какой-то ступор, она села в свое калечное кресло, я, взяв его за спинку, возила кресло кругами по холлу и всем мешала. Мы просто не знали, что делают в подобных случаях. Тут нас заметила Сюзанна.

— Герцогиня, прошу вас подняться к себе, — непреклонно заявила она и получила отпор:

— Дрына лысого! Враги у порога, тетушка Сьюзи! — Оливия иногда ведет себя безобразнее и грубее обычного. — Сейчас нас будут крыть беглым огнем, а вы хотите, чтобы я наблюдала за битвой с балкончика?! Я поведу вас в бой! Кто меня терпеть не может, за мной!

— Уймись, дурочка, — сурово оборвала ее Сюзанна. — Это тебе не шутки со святой юстицией! Это слишком непонятно!

В общем, через некоторое время наш боевой запал иссяк. К тому же герцогские нахлебники не тонко намекали, что пора подавать ужин, да и вино в бочонках застоялось. Им хоть весь мир сгори, лишь бы нажраться за чужой счет. Уроды.

Самое обидное, что в это время герцога уже не было дома. Он, заехав на короткое время, лишь поел, выпил вина, поменял лошадь и умчался в неизвестном направлении, даже не взяв охраны. Дурацкое поведение для такого значимого человека, как он. Впрочем, не в том дело.

Скоро вернулись герцогские вассалы. Они были злы и трезвы. Или наоборот. И зло свое решили отыграть на мне. К тому же я была первая, кто встретил их во дворе замка.

— Что там? — воскликнула я, едва вассалы спешились.

Ноль внимания.

— Послушайте! — я начала заводиться. — Я компаньонка герцогини и имею право знать! Тем более что его светлость в отъезде. Что вы обнаружили?

Синьор Виктор Мессало, комендант замка и по совместительству пивной бочонок в сапогах, зло рявкнул на меня:

— Не путайся под ногами, глупая девчонка!

— Что-о? — я взбеленилась, понимая, что меня несет, как корвет на скалы. — Я вызываю вас на дуэль, команданте! На арбалетах, через платок!

— Заткните кто-нибудь эту дуру, — утомленно вздохнул Виктор Мессало. — Пойдемте выпьем.

И эти потнючие мужланы, гомоня, как стая ворон, ушли пить сидр, а я стояла, как оплеванная, и не знала, что делать!

Что-то щелкнуло у меня в голове, и я поняла, как мне быть дальше. Просто идти к Оливии. И ждать. Тупо ждать, когда ситуация прояснится. Другого просто не дано. Я здесь никто. Со мной не считаются даже замковые младшие поварята, а охотничьи собаки в мою сторону даже носы не поворачивают. Единственная, кто может принять меня сейчас, — это Оливия. И я пошла к ней.

— Что ты видела? — Оливия напустилась на меня, едва я переступила порог ее покоев.

— Я сама не могу это понять. Часть берега… С нее словно смахнули все — траву, цветы… Абсолютно голая, выжженная земля. Потрескавшаяся. Трещины — с ширину моей руки. Из них вырывался раскаленный воздух, он пах тухлыми яйцами. Это была как будто… дверь в преисподнюю. Люк где-то десять локтей на десять. Вокруг трава была, а в этом… пространстве — нет. Я не понимаю.

— А по-моему, ты все уже поняла, — медленно выговорила Оливия. — Наверное, это и есть дверь. Недаром мы слышали этот мерзкий скрип.

— Дверь? — я тупо смотрела на герцогиню. — Какая дверь? Куда?

— Ты же сама догадалась — в преисподнюю. Из преисподней.

— Да не глупи! Оливия! Ты что, веришь во все эти поповские сказки насчет того, что внутри нашей земли находится ад, полный раскаленной лавы, в которой мучаются грешники, а Истребитель и его легионы наслаждаются созерцанием их мук? Ты что, не читала книгу затуманского академика Ицхака бен Солейля о том, что земля наша состоит из раскаленного железного ядра, мантии и коры?

— Не читала.

— Ну, вообще-то, это запрещенная книга. Ицхака бен Солейля сожгла святая юстиция.

— А ты где добыла запрещенную книгу?

— В библиотеке аббатства. Там много всего подобного. Монашки, по необразованности своей, сваливают все в кучу, и если тебе удастся там порыться… Но мы отвлеклись от темы. Ты веришь в земной ад?

— Нет, я не верю, — решительно сказала Оливия. — Но тогда что это было?

— А если кто-то просто… ну, я не знаю… Решил над нами подшутить? Вырезал квадрат земли. Или выжег. Скорее всего, выжег. До трещин. Накидал в трещины тухлых яиц — они лопнули от жары, вот и запах…

— Глупо как-то.

— Может, это Себастьян Монтанья! Он болван, ненавидит нас, так что с него станется. Подговорил таких же поганцев, как он сам, вот они это и сделали! Поэтому и комендант на меня наорал. Они поняли, чья это каверза, и разозлились, что их сорвали с места по пустяку. Иного объяснения происшедшему у меня нет…

В дверь постучали.

— Кто еще? — рявкнула Оливия.

— Ваша светлость, это Сюзанна.

— Войдите.

Сюзанна вошла. Лицо ее было сурово.

— Сударыни, объяснитесь, — молвила она. Ее рыжие волосы полыхали, как огненная корона.

— Как это? — поглупела Оливия.

— К чему вы устроили этот дурацкий розыгрыш? Ладно вы разыгрываете челядь, меня или даже синьора Фигаро. Ладно вы издеваетесь над гостями, это я могу понять, не будь я экономиссой, делала бы то же. Но для чего устраивать маскарад и орать об опасности, когда никакой опасности нет?! Разве вы не понимаете, что команданте Виктор злобен, как тысяча чертей, его банда — ему под стать и шутить с ними шутки более чем глупо и недальновидно. Наверняка они пожалуются герцогу на его вздорную дочку и бестолковую компаньонку…