Княжна-подменыш - Нелли Видина

Я сама не поняла, что сказала, но на соседку произвела неизгладимое впечатление. Она смотрела на меня со смесью восхищения и трепета, будто я пророчила.

– Мы подходим к точке изменения политического рисунка, – добавила я для закрепления эффекта.

Кажется, мне стоило идти не в актрисы, а в эксперты. Справляюсь, даже не зная толком ситуации. Нужно на будущее заготовить побольше туманных и жутко заумных фраз, и можно вставать за трибуну и вещать.

– Княжна, – обратился ко мне ещё один любопытный, – каких результатов вы ожидаете от встречи с Советом Пятнадцати?

– Укрепление позиций клана Драйкан, разумеется.

Княгиня послала мне улыбку одобрения.

Если не считать вопросов, который сыпались на меня со всех сторон, и моих бредовых ответов, то завтрак прошёл довольно неплохо, исключая, конечно, тот нюанс, что я осталась голодной. Видимо, это издержки повышенного внимания. Ничего, попрошу второй завтрак в комнату. Я мило улыбалась и рассказывала о согласованности цикличности развития больших и малых систем, о необходимости под каждое действие подводить твёрдую ресурсную платформу и прикидывала, как здорово прозвучала бы моя речь из уст клоуна на цирковой арене.

Княгиня отставила тарелку. Она единственная не отвлекалась на разговоры, а слушала и ела. Завидую… Мимолётное движение заметили все. Трапеза окончена. Мы почти синхронно поднялись из-за стола.

– Княжна, задержитесь. Всем хорошего дня, – в отличии от нас княгиня не сдвинулась ни на миллиметр, лишь откинулась на спинку стула.

Дружный поклон, и люди потянулись к выходу. Я осталась стоять.

– Присаживайся. Ты держалась отлично. Теперь я верю, что ты справишься. Будем надеяться, что ту глупость, которую ты несла, примут за исключительный ум, – сказала княгиня, когда за последним человеком захлопнулась дверь.

Я демонстративно подтянула тарелку с недоеденной порцией к себе. Княгиня лишь усмехнулась.

– Твоя задача держаться с таким же достоинством, с каким ты держалась сейчас. Меньше эмоций, больше загадочности и помни, в какие бы интриги тебя ни пытались втянуть и какие бы обещания ни давали: я поклялась на крови, что верну тебя домой после того, как ты выполнишь свою часть работы.

Отчего-то княгиня не спешила уйти по делам, сидела со скучающим видом и наблюдала, как я ем.

– Я понимаю, что уроков с Дарьяном и Агнесс было недостаточно. Необходимую дополнительную информацию ты сможешь получить у Риса. Поела?

– Да.

– Идём, провожу, – понимаю, что защитные чары и иначе нельзя, но чувствую себя уже не дитём на выгуле, а собачонкой на поводке. Скорей бы отсюда…

Моё желание осуществилось даже раньше, чем я смела надеяться: княгиня повела меня в противоположную от жилых помещений сторону, и минут через пятнадцать блужданий по коридорам мы вышли на открытую площадку, где стоял экипаж, запряжённый когтистой и клыкастой тварью.

Уже? К столь стремительному развитию событий я оказалась не готова.

– Полог невидимости продержится около получаса, отвод глаз будет работать час-полтора, – проинструктировала княгиня шагнувшего нам навстречу Риса. Парень был бледен, под глазами залегли синяки.

Он кивнул, подал мне руку и чуть ли не закинул на сидение экипажа, захлопнул дверцу, и экипаж тотчас тронулся.

– Доброе утро, моя леди. Ваши вещи собраны и уложены под сиденьем. Ожидается, что мы прибудем по месту назначения к полудню завтрашнего дня.

Рис замолчал и устало откинулся на сидение, а до меня с запозданием дошло, что мы уже в пути.

Из оцепенения меня вывел слишком болезненный вид Риса.

– Как ты?

– Не беспокойтесь, леди. Скоро я восстановлюсь, – сказано было таким тоном, будто мысленно Рис меня чем-то попроекал.

Очередная загадка. Не понимаю, неужели он не рад, что вырвался из кошмара? Я решила прояснить это прямо сейчас.

– Почему ты не хотел отправиться со мной? Княгиня, она же чудовище.

Пусть уж соврёт, но даст хоть какое-то объяснение. Как ни пыталась, я не могла взять в толк, как можно предпочесть быть рабом у ног жёсткой, порой жестокой княгини возможности стать помощником и другом мне, как бы самонадеянно это ни звучало.

– Леди, очень странно, что вы не понимаете. Вы – двойник княжны.

– И? – ничего нового Рис не сказал.

Он посмотрел на меня как на полную дуру.

– Вы двойник, – с нажимом повторил он. Не увидев в моих глазах понимания, отвернулся и с силой врезал кулаком по стене.

– И всё-таки, Чарис.

Услышав своё полное имя, он вздрогнул и медленно повернулся ко мне.

– Спрятать бриллиант легче всего в россыпи стекляшек и более качественных подделок. У княжны много двойников. С десяток абсолютно не похожих на неё девушек, но представляющихся именем княжны, пяток очень похожих, парочка, имеющих с ней почти полное сходство. Про все копии я не в курсе, но это и не важно, потому что главное – это то, что вы абсолютный двойник. Вас в даже в род приняли.

– На княжну идёт охота? – кусочки пазла встали на своё место.

– Да, на княжну идёт охота, – подтвердил Рис и снова отвернулся.

Секунду я осознавала открывшуюся мне информацию, и, не стесняясь, схватилась за голову и застонала вслух. Дура, как я вляпалась! Это же надо так прохлопать ушами самое важное.

Рис жёстко усмехнулся с каким-то садистским наслаждением любуясь моим прозрением и добил:

– Я прожил на этом свете больше трёхсот лет, леди, и у меня нет ни малейшего желания умирать из-за вашей наивности, глупости, неопытности, доброты в конце концов.

– Так не умирай! Кто тебя заставляет подставляться? – нет, я понимаю, что он прав, сто раз, но, когда в лоб говорят, что в случае серьёзной опасности отойдут в сторонку и не помогут…

– Как будто мне кто-то оставил выбор! – вспылил он. – Леди, кажется, вы совершенно не понимаете, кто я такой. Преданность, подчинение – это лишь приятные бонусы к основному свойству. Я артефакт жизни.

– Что?

Он вздохнул:

– Представьте, что вы порезались, леди. Ваш организм залечивает порез и тратит на это силы, правильно? Так вот, если ранение тяжёлое, то у организма своих сил может не хватить, и он заберёт мои. Если с вами, леди, случится что-то очень плохое, я умру.

– Ох…

Он криво улыбнулся:

– Леди, я вас очень прошу, не мешайте мне вас оберегать и не зевайте сами.

И ровно в тот момент, когда он это сказал, в бок экипажа что-то ударило.