Княжна-подменыш - Нелли Видина

– Почему? – в доброту я не верю.

– Пожить хочется. Хоть чуть-чуть, но пожить. Почти свободно и почти счастливо. Горько признавать, но княгиня права, я буду делать то, что она хочет, я не смогу отказаться от этих дней ради сомнительной мести.

Я почувствовала себя жутко неловко. Рис вдруг показался мне страдающим от неизвестного науке недуга смертельно больным человеком. У него не осталось ни веры в будущее, ни надежды продержаться хоть сколько-нибудь долго. Захотелось его обнять, утешить, пообещать, что всё образуется, но выполнить бы такое обещание я не смогу.

Голова шла кругом, и я принялась заново перетасовывать имеющиеся в моём распоряжении сведения. Теперь, когда я знаю, что меня списали точно так же, как Риса, я обязана справиться.

Возвращение не отменяется, но отодвигается. Пока шаг в портал означает смерть для парня, я никуда не пойду. Значит, направлений два: во-первых, придумать, как заставить княгиню меня вернуть, во-вторых, выяснить, где найти мага, способного создать портал и сколько будут стоить его услуги. Возможно, без княгини обойдёмся.

– Рис, а если бы не привязка к княгине, ты бы пошёл со мной?

– Не знаю.

Парень с минуту размышлял над моим вопросом, но вместо конкретного ответа вздохнул:

– Привязка есть.

Значит, именно она наша главная проблема на ближайшее время. Ещё выжить и скрыть от княгини, что я собралась взбрыкнуть, но это подразумевается.

– Чарис, как отобрать у княгини поводок? Не может не быть способа.

– Леди, если хотите выжить, то думайте о себе, – Рис отвечал вяло, без интереса, будто не для него стараюсь.

Теперь мне казалось, что его точит не болезнь, а смертельная усталость.

– На вопрос ответь.

– Перехватить привязку может маг, которому артефакт передан в пользование.

С минуту я таращилась на Риса. Это же элементарно! Я маг, он мне передан. Что он из себя корчит?

– То есть я могу?!

– Могли бы, будь вы сильнее княгини.

Рис улыбнулся не натянуто, а вполне естественно, даже дружелюбно. Кажется, упадническое настроение его отступало. По крайней мере, у меня начал формироваться вполне конкретный план действий:

– Рис, мне нужен учитель магии. Ты не знаешь, можно ли компенсировать отсутствие силы какими-нибудь артефактами? – И тут же поспешно добавила. – Неживыми!

Он вновь улыбнулся, на сей раз уголком губ.

– Леди, я тронут, но вы не сумеете мне помочь. На вопросы отвечу, – поднял он ладонь в примиряющему жесте, когда я хотела уже возмутиться. – Учителя найти нереально, потому что любому магу будет выгоднее продать информацию о вас княгине или убийцам, а скорее всего всем сразу. Вам нечего ему предложить.

– Дикий мир.

– Закономерное последствие магической катастрофы, – отозвался Рис тоном лектора, которому наскучил его предмет. – Вам же рассказывали.

– Да-да, три из четырёх материков непригодны для жизни, массовая гибель, уцелели единицы. Новая жизнь строится по принципу выживания самых хитрых, жёстких и сильных.

– Сам я не маг, леди, но очень долго был при княгине и многое знаю, расскажу всё, что могу, но учиться вам придётся самостоятельно. Артефакты, о которых вы подумали, существуют, но все они сделаны из живых существ. Не обязательно люди, крупные животные тоже подойдут.

То есть избавить Риса от привязки вполне реально, хотя представить, что я вгоняю нож в бок скулящей собаке я не могу, но об этом я подумаю позже. Прилизанная картинка, нарисованная для меня Дарьяном, лопнула, как мыльный пузырь, но вопреки всему я окончательно успокоилась и начала действовать:

– Рис, расскажи, что можно делать с помощью сердечного огня?

И снова учёба. Рис без умолку говорил до самого вечера, засыпая меня всё новыми и новыми сведениями, параллельно он умудрялся руководить ящером и приглядывать за дорогой. Пожалуй, единственному, кому было хорошо – это впряжённому в экипаж монстрику. Он трусил вперёд, не зная усталости. Правда, несколько остановок мы сделали. Первый раз на четверть часа. Я побродила вокруг экипажа, размялась и была готова продолжать путь.

Второй раз мы сделали привал на обед. Пока Рис выносил и расстилал ковёр, я осмотрелась. Дорога пролегала через пышущие зеленью луга, справа тянулся горный хребет, а слева начинались самые настоящие джунгли. Лиану, свешивающуюся с толстого ствола неизвестного дерева, я рассмотрела и в том, что вижу не сомневалась.

– Леди, пожалуйста, не уходите далеко от дороги.

Мы ехали по тракту, вымощенному каменными плитами, и сейчас я обратила внимание, что плиты новые и на каждой выдолблен повторяющийся витиеватый узор.

– Почему?

– То, что континент пригоден к жизни, не значит, что он безопасен. Из травы в любой момент может выскочить какая-нибудь тварь. На плиты им не зайти, но если вы сами к ним спуститесь…

Я кивнула.

– Мы до сих пор расхлёбываем последствия той катастрофы, леди. Мы до сих пор выживаем, а не живём.

То есть по факту на континенте затянувшееся военное положение, и жестокость законов имеет вполне очевидное объяснение.

Я подошла к ковру и села по-турецки.

– Подушку? – предложил Рис, сам он в этот момент ставил перед ящером ведро с чем-то съестным.

– Себе возьми, мне не нужно.

Рис вынес закрытую корзинку с приготовленным для нас обедом, и принялся объяснять, как разогреть кусок мяса с помощью очередного артефакта. Больше о проблемах мы не разговаривали. Ели и вовсе молча. Я видела, что Рис напряжён и тороплив, и постаралась не затягивать трапезу, хотя и хотелось попросить разрешение задержаться тут подольше и поваляться под ласковыми солнечными лучами, полюбоваться яркими крупными цветами, насладиться лёгким ветерком, доносящим запах моря. Я уже представляла, как искупаюсь.

– Леди, не пугайтесь, просто смотрите, – Рис указал куда-то мне за спину.

Я резко обернулась. В метрах пятистах от нас над лугом клубился чёрный дым, будто кто-то разжёг костёр.

– Это дымник, леди. Похож на бесхвостую крысу-переростка, падальщик, сам по себе не опасен, но способен выпустить из ноздрей ядовитое облако, внешне похожее на дым, отсюда и название. Сейчас он на кого-то охотится.

Загорать резко расхотелось. Я быстро дожевала остатки обеда, помогла Рису с уборкой, хотя он и возражал, занесла в экипаж корзину, Рис свернул ковёр, забрался в салон, предоставив мне несколько минут уединения на улице, и мы тронулись. Вслед нам кто-то протяжно завыл.

Третья и четвёртая остановки были короткими: только прогуляться по очереди за угол экипажа, а вот пятая мне категорически не понравилась. Рис достал из багажного отсека корм для нашего ящера и коротко сообщил: