В отсутствие чародея - Кристофер Сташеф

— Противники становились сильнее?

— Конечно, — Алуэн снова улыбнулась, облизнув и без того влажные губы, и поудобнее уселась на стуле. — Видишь ли, новости расходятся быстро, и скоро парни с известной репутацией вышли посмотреть на тебя, но им пришлось выстроиться в очередь. Потом, правда, они потеряли терпение и напали все разом.

— Я почти ничего не помню, — признался Магнус.

— Конечно, было бы странно, последний бармен угостил тебя зельем с наркотиками, чтобы ты поскорее убрался из его заведения, но зато помню все я.

Магнус постарался скрыть свое отвращение.

— Вы, должно быть, мадмуазель, большая поклонница боевых искусств.

— Вовсе нет, — возразила она. — Я представляю тайную службу — вполне законную. И представление, которое ты устроил, и сопровождавшие его эмоции заставили меня подумать, что ты подойдешь моим работодателям.

Магнус смотрел на нее ошарашенно.

— Если захочешь к нам присоединиться, — невозмутимо продолжала Алуэн, — мы снимем с тебя все обвинения, вытащим тебя отсюда и переведем в один из наших учебных центров. — В ее приглашении слышался подтекст. — Тебе интересно?

Гормоны Магнуса вскипели, но одновременно он услышал громкий сигнал тревоги из подсознания.

— А как называется эта служба?

— Трансформация Олигархий, Поиск, Обнаружение, Реорганизация, — прямо ответила она.

Магнус потрясение смотрел на гостью. Она назвала организацию, на которую вот уже много лет работал его отец! Неужели за ним следили с самого Грамария? Неужели организация путешествий во времени, которая существует в этой тайной службе, сообщила о его присутствии здесь?

Нет, опомнился Магнус, она спросила его имя, сказав, что не знает его. Неожиданно Магнус ужасно обрадовался, что сообщил вымышленное имя и оставил все документы на борту корабля. Значит, она интересуется им ради него самого, по крайней мере, ради его способностей бойца.

Если, конечно, в том, что она говорит, есть правда.

— Ты, кажется, удивлен, — предположила Алуэн. Уверяю тебя, мы не банда кровожадных садистов, скорее, объединение идеалистов, и наша цель — помочь отсталым планетам создать институты, которые со временем приведут их население к демократическому правлению. Мы помогаем этим институтам выстоять в борьбе за власть. У нас есть свой тайный этический кодекс, и все мы напряженно работаем, чтобы он не нарушался.

Магнус кивнул.

— Я… слышал о вас.

— Мы законный орган Децентрализованного Демократического Трибунала, — продолжала рассказывать Алуэн, — и если правительство Земной Сферы недостаточная рекомендация для тебя, тогда уж не знаю… какая рекомендация тебя устроит…

Магнус мог со своей стороны предъявить множество рекомендаций. Он знал о ТОПОРе с рождения, по рассказам отца и Фесса, и, конечно, втайне надеялся когда-нибудь вступить в эту организацию, чтобы по примеру отца отправиться освобождать угнетенных. Взрослея, он все больше страдал от жизни в тени Рода Гэллоугласа. Теперь ему представлялась возможность вступить туда самому по себе.

— Неужели ТОПОРу так нужны агенты, что вы заманиваете первого из попавшихся драчунов?

— Конечно, нет, — презрительно улыбнулась Алуэн. — Ты исключительный драчун, и не только из-за твоего роста, ты показал удивительное мастерство. В том, как ты действовал, чувствовалась скрытая напряженность, по которой я легко определяю разочаровавшихся идеалистов.

Магнус настороженно выпрямился. Может, у гостьи псионический дар и она способна заглянуть в его сердце? Или она просто очень проницательна?

— В последнее время я постоянно разочаровываюсь, — признался он.

Алуэн довольно кивнула.

— Ты повидал слишком много человеческого эгоизма и черствости. Но мы используем любые человеческие порывы, стараясь организовать из них систему, которая заставит людей защищать права других и тем самым свои собственные.

Магнус свел брови.

— Интересная цель. Вам это удается?

— Ну, совершенства мы не достигли, — вздохнула Алуэн, — но время от времени нам удается создавать действующие системы. Мы утешаемся мыслями о том, что совершенных систем не существует, и часто добиваемся хороших результатов.

— Интересно, — пробормотал Магнус. Он чувствовал, что ему необходимо быть осторожным. Все его недавние открытия и разочарования, отвращение к родственникам… Он начал понимать, что люди думают только о себе и своих интересах, — все это толкало его в организацию, которая по крайней мере пытается что-то сделать. Но осторожность все же заставила его высказаться:

— Мне кажется, ваша организация легко найдет сколько угодно новобранцев.

На лице Алуэн появилось горькое выражение.

— Это было бы замечательно, но мало кто заинтересован в благополучии других людей, а не только в своем собственном. А среди тех, кто думает о других, большинство недостаточно сильны, и эмоционально и физически, поэтому они не выдерживают подготовки. Все, что мы можем предложить, это сознание, что мир стал немного лучше, да и здесь нас не всегда ждет успех.

— Вы, мадмуазель, должно быть, уже давно занимаетесь вербовкой, если делаете такие общие выводы, — усмехнулся Магнус.

— Всякий раз, как подбираю команду для выполнения определенного задания, — сказала Алуэн. Когда кого-то из нас назначают руководителем операции, мы получаем право по своему выбору набирать агентов и самостоятельно готовить их к операции.

Магнус во все глаза посмотрел на нее.

— Вы хотите сказать, что если я вступлю в ТОПОР, я буду работать с вами?

— Да, — коротко ответила Алуэн, — после подготовки. Этот довод, конечно, и решил дело.