Наруто: Темная Заря. - С

— Генин не прошедший пятилетний срок службы не может потребовать отставки.

Здравая мысль была озвучена Шикаку, что ежедневно сталкивался с подобными ситуациями, когда некоторые индивиды не смогли выдержать психологического давления работы шиноби и просили об отставке, желая уйти в гражданскую профессию.

— Совершенно верно. Но! Я – джинчурики и глава клана Узумаки, являюсь им поскольку числюсь последним представителем клана и на меня не распространяется правило чуниского жилета, а по поводу возраста – это проблема ничтожна.

Роан аккуратно сняла шлем, показывая повзрослевшее лицо.

— Грубо озвучивать настоящие цифры, но я великодушно дам намек, что уже перешагнула два десятилетия, пока находилась в мире призыва. Может провести биологический тест.

Надев шлем обратно, Роан предложила идею с тестом не просто так, она была уверена в показателях, ибо самолично занималась этим вопросом. Большинство шиноби опешило от ее заявления, хотя и относились к этим словам скептически.

— Впрочем, вернулась я только вчера вечером. АНБУ, которого Сарутоби посылал за мной может это подтвердить. У меня просто не было времени связаться с Орочимару и тем более договориться с ним о чем-то.

Даже при том, что Роан продолжала говорить о своей «непричастности», люди все меньше обращали на нее внимание, ибо уничтоженная башня Хокаге. Впрочем, это не ослабляло напряженность ситуации.

— У нас был приказ. А также следует обратить внимание на то с какой легкостью она убивала наших шиноби!

— Хм! В свое оправдание скажу, что вам, масочникам, доверия нет. Вы – сомнительные ниндзя, выполняющие сомнительную работу и подчиняющиеся Хокаге, но бегаете по указкам Старейшин. Непорядок. А также арену вместе с ложе должны были защищать шиноби АНБУ, но как так получилось, что среди них скрывалось по меньшей мере шестьдесят процентов шиноби Отогакуре, и вполне себе могло быть, что здесь затаились шпионы в форме АНБУ.

Слова Роан заставили публику немного призадуматься. Яманака и Акимичи были бы солидарны с любым мнением Нара, а он сейчас сопоставлял факты действительности в своем уме. По всем докладам Наруто была очень колкой и своенравной персоной. Потребовать чего-то на основаниях своего превосходства – в ее стиле. Не стоит забывать о том, как она угрожала Хокаге. Но сейчас, видя ее «новое лицо» и слыша речь, он считал, что перед ним, по меньшей мере, взрослый человек, а не тот взрывоопасный подросток с суицидальными наклонностями. Шикамару понимал, что на Наруто давила обстановка в деревне, ибо положение джинчурики было не сладкое, а ощущение всеобщего предательства от того, что ее лишили наследства, обманули с договором и прочим давило на мировосприятие. Все шиноби Конохи она видела, как предателей и потенциальных врагов. Отсюда столь радикально негативное отношение. Он также получил консультацию от Джирайи, как человека, который отправился в вольный призыв, и он знал, что в теории она могла попасть в миры, где разрыв времени гораздо существеннее, чем на горе Мьебоку. Пока все сходилось.

Хатаке ощущал, как головная боль усиливалась. Наруто и до «путешествия» была языкастой и умела изворачивать истину в своей грубой манере так, что весь мир казался адом. Сейчас все было еще хуже. Вместо злобного тона подростка, который уже вызывал некоторое снисхождение к ее словам, вместе с недоверием, был ровный голос взрослого человека. Нет. Даже торговца. Без лебезиных нот, уверенный, спокойный и оттого насмешливый над «ложь» противника. Понять говорит она правду или лжет нагло было очень сложно, а ошибка могла вызвать еще больший хаос посреди все этих боевых действий. Джоунины задумались, а надо было ли вообще лезь на крышу. Ситуация реально гадкая.

— Следует взять джинчурики вместе с двумя АНБУ под стражу до выяснения обстоятельств. Сейчас не то время, чтобы выяснять отношения!

Генма исходил из сложившейся ситуации и предложил то, что должно было устроить всю «ложу жюри», но не посчитал, что обвиняемые могут запротестовать. Какаши ощутил, как узел в желудке сильнее затянулся. Его глаза сразу же устремились в фигуру Наруто, что должна была рассвирепеть. Но вопреки его ожиданиям девушка просто резко подняла руку, согнутую в локте под прямым углом и строгим голосом, произнесла:

— Протестую! В связи с сложившейся ситуацией у меня больше нет доверия к шиноби Конохи и ее руководству. У меня нет никаких гарантий, что правосудие будет честным. Власти воспринимают силу биджу как свою собственность и с большей вероятностью захотят избавить от непокорного сосуда. Предлагаю решить этот вопрос по-другому. Либо мы возвращаемся к своим прямым обязанностям и отражаем атаку Ото, либо начинаем бойню. У вас минута на рассуждения.

Наруто вытянула ладонь вперед и на ее руке материализовались песочные часы с интервалом в одну минуту. Стоило песку начать сыпаться, как всех присутствующих пробрало от формулировки слов Узумаки. По ее словам, можно было судить, что девушка уверена в своей невиновности и то, что на нее клевещут. А в связи с сложившимися отношениями между джинчурики и властью сей инцидент вполне мог быть реальным. Но дальше рассуждать им не дали монстры.

*РААААА*

Небо сотряс чудовищный рык множества монстров. В небе появилось около тысячи странных спиральных искажений, а из них стали появляться крылатые огромные монстры, подобные ящерам. Все собравшиеся на крыше шиноби приняли боевые позы в предельной осторожности. Даже Роан мигом достала меч, подняв голову к небу, а песочные часы упали на каменное покрытие, мигом разбившись. Но это был не конец, ибо в зоне, под ликами Каге прогремело порядка десяти взрывов одновременно. Лик Второго Хокаге не устоял на обвалившейся горе и упал вниз, перегораживая путь возможным выжившим.

— Там же…

— Бункеры.

Никто не мог видеть то, как девушка улыбалась, смотря на перекошенные ужасом лица высшего состава. Для шиноби нельзя придумать хуже врага, чем небесного монстра. А удар по слабым гражданским, что должны были отсиживаться в защищенном место сильно, деморализовал. Для борьбы с летающими монстрами было мало средств. Единицы имели техники для дальних дистанций и редкие единичные экземпляры владели силой парить в небесах или хотя бы подниматься до их уровня.

Виверны закрыли небо над Конохой. Монстры летали высоко, высоко для того, чтобы