Война за «Асгард» - Кирилл Бенедиктов

Сантьяго почувствовал, как у него пересыхает горло.

– Я нашел их. Террористов. Они действительно здесь, среди нас. Но, похоже, они что-то заподозрили. Я не успел вам сообщить...

– Ну так сообщите сейчас! – рассвирепел Статхэм-Пэлтроу. – Сколько можно ходить вокруг до около! Называйте имена...

– А также пароли и явки, – огрызнулся Мондрагон. – Пока вы меня отсюда не вытащите, я вам ничего не скажу. Я, знаете ли, не профессиональный шпион и денег за это не получаю.

Гарольд помолчал.

– Ну, хорошо, – наконец проговорил он. – Я сейчас свяжусь с одним из наших людей, Ки-Брасом. Он вас живо найдет и освободит.

Этого еще не хватало, подумал Сантьяго испуганно.

– Только не подключайте Ки-Браса, – быстро сказал он. – Ни в коем случае! Они за ним слишком пристально наблюдают.

– Слушайте, Шевалье, откуда вы так хорошо все про них знаете? – подозрительно осведомился Статхэм-Пэлтроу. – Уж не ваша ли подружка на них работает?

– Я не буду с вами разговаривать, пока вы не освободите меня отсюда. Вы что, не в состоянии сами выяснить, где они меня держат?

Сантьяго постарался сдобрить свои слова изрядной толикой презрения, и Гарольд это почувствовал.

– Да не волнуйтесь вы так! Подумаешь, Белоснежка у семи гномов. Сейчас я посмотрю, где вас заперли.

Мондрагон вытянулся на своем столе и принялся ждать. Пока все складывалось как нельзя более удачно. Его куратор – так это, кажется, называется в спецслужбах – не имел никакого представления о событиях сегодняшнего утра. Правда, такое неведение плохо вязалось с образом прекрасно информированного суперагента, но Сантьяго, в конце концов, не мог на него за это обижаться. Если Гарольд успеет отыскать своего подопечного, прежде чем какая-нибудь добрая душа расскажет ему всю правду, кое-какие шансы у Мондрагона появятся. Очень небольшие, правда, но все-таки шансы...

– Да вы совсем рядом, – удивленно сообщил Статхэм-Пэлтроу. – Правда, этажом ниже. Ну, старина, готовьтесь – минут через десять я буду у вас.

– А оружие у вас есть? – озабоченно спросил Мондрагон. – На случай, если у двери дежурят вооруженные головорезы.

– Постарайтесь обойтись без истерики, Шевалье! Вы не на пиратском бриге. Лежите спокойно, набирайтесь сил, они вам еще понадобятся.

Это уж точно, мысленно согласился с ним Сантьяго. Вот когда приходится пожалеть, что не посвятил юные годы боевым искусствам.

Гарольд Статхэм-Пэлтроу появился перед Сантьяго через двадцать минут. Выглядел он не слишком хорошо – выбритые до синевы щеки ввалились, глаза лихорадочно поблескивали, словно от высокой температуры. Вместе с ним в комнату вошел смутно знакомый Мондрагону амбал в серо-голубой форме службы безопасности «Асгарда».

– Освободите его, – приказал Гарольд. Амбал с сомнением посмотрел на него.

– Но, сэр, у меня есть приказ...

– Приказы здесь отдаю я, – раздельно произнес Статхэм-Пэлтроу. – Хотите поспорить?

Он извлек из кармана радужную карточку и сунул ее под нос растерявшемуся амбалу.

– Нет, сэр. Одну минуту, сэр.

Секьюрити присел на корточки у стола и что-то сделал с его металлической рамой. Послышался щелчок, и путы, стягивавшие руки и ноги Сантьяго, ослабли и упали на пол.

– Вы свободны, старина, – торжественно произнес Статхэм-Пэлтроу. – Давайте руку. А почему это вы в таком странном виде?..

– Сам удивляюсь, – ответил Сантьяго, слезая со стола. Его немного покачивало, но, в общем, он чувствовал себя вполне сносно. – Браслет сняли, костюм сняли...

– Не было костюма, – с легкой брезгливостью сказал амбал. – Так вот в пижамке его и принесли.

Мондрагон посмотрел на него, как на неожиданно заговорившую кошку.

– А вас, любезнейший, не спрашивают. Извольте-ка выйти вон!

Оторопевший от такой наглости секьюрити вопросительно посмотрел на Статхэма-Пэлтроу. Тот задумчиво кивнул.

– Принесите какую-нибудь одежду для господина Мондрагона, дружище. Не может же он в таком виде появиться в обществе.

Когда охранник скрылся за дверью, Гарольд повернулся к Сантьяго.

– Теперь рассказывайте и побыстрее.

– Вы мне не поверите, – покачал головой Мондрагон. – Пари держу – не поверите.

Он ухватился руками за раму металлического стола на колесиках и сделал несколько приседаний. В коленях противно захрустело.

– Хватит, Мондрагон, – раздраженно сказал Гарольд. – Вы уже достаточно меня заинтриговали. Кого вы подозреваете?

– Всех! – торжественно ответил Сантьяго. – Всех без исключения. Вы сами, кстати, навели меня на эту мысль еще на «Бакырлы». Все члены нашей группы в той или иной степени связаны с различными террористическими организациями. Другое дело, что они, скорее всего, не знают друг о друге и действуют автономно. Но все равно, согласитесь, картинка получается впечатляющая...

Статхэм-Пэлтроу вздохнул с видом человека, в очередной раз не выигравшего в лотерею.

– Я как-то недооценил ваше воображение, Мондрагон. Если бы вы писали роман, то критики, безусловно, признали бы эту идею нетривиальной. Атак... признаюсь, я разочарован.

– И напрасно, – усмехнулся Сантьяго, выпрямляясь. – Потому что, разрабатывая эту версию, я наткнулся на след настоящего террориста. И то, что я оказался здесь, прикрученный к этому столу, – лучшее доказательство моей правоты.

Боже, думал он, разглядывая аристократически удлиненное лицо Статхэма-Пэлтроу, ну почему я никак не могу решиться? Зачем я несу всю эту чушь? Один точный удар – и я получу оружие и волшебную карточку, открывающую все двери. И вправду, почему в романах все так легко ?

За то время, что Сантьяго ждал Гарольда, ему удалось в общих чертах разработать план действий. Прежде всего следовало отвлечь внимание абэтэшника, оглушить ударом по голове, отнять пистолет и переодеться в его костюм. Англичанин был потоньше и постройнее, но Мондрагона это не слишком смущало. Дальше он собирался разыскать Ивана и освободить его. Хотя Сантьяго отдавал себе отчет в том, что не обладает необходимой для подобной диверсионной операции подготовкой, он уповал на переменчивую фортуну, которая, как известно, любит храбрых. Кураж, хорошо знакомый поколениям его предков-конкистадоров, играл в крови Мондрагона.

Но теперь, стоя рядом со Статхэмом-Пэлтроу, он не знал, что делать дальше. Гарольд смотрел на него покрасневшими, больными глазами и ждал продолжения рассказа, который Сантьяго, понадеявшись на свой дурацкий план, не удосужился даже выдумать до конца. Ударить его казалось совершенно невозможным, и вовсе не из-за охранника, который мог вернуться в любую минуту. Проклятие, в отчаянии подумал Мондрагон, единственный раз в жизни, когда мне по-настоящему нужно быть пьяным и бесшабашным, я чувствую себя до отвращения трезвым...