Целительница - Евгения Шагурова

— Женя, наконец-то! — поприветствовал Алекс, дружески похлопав друга по плечу, повернулся ко мне и… сразу поняв, что что-то не так, нахмурился. — Что случилось? На тебе лица нет.

— Повстречалась внизу с одним мутным типом, никак не дававшим ей проходу, и малость испугалась, — объяснил мой спаситель. — А ты тоже молодец. Чем думал, отпуская гулять одну по Ялте, да еще в таком виде?

— А что с видом не так? — подключилась я, тут же принявшись себя рассматривать.

— Да все с ним нормально, — отмахнулся Женя, перед этим убедившись, что друг его понял. — Вот только мимо разве что слепой пройдет.

— Значит, с Владом ты уже виделся, — улыбнувшись моему насупившемуся выражению лица и спеша сменить тему, констатировал Андрей.

— Виделся. И с удовольствием повидаюсь еще. Теперь мне даже интересно, что это за фрукт такой.

— А ведь я еще вчера говорил тебе отправить ее домой, — напомнил блондин. — Но разве меня кто-то слушает.

— Ей куда безопасней рядом со мной, — упрямо прозвучало в ответ.

— Вот только где ты был, пока какой-то левый гм… ей проходу не давал?

— Хватит! Аня остается. И сегодня вечером идет с нами на ужин.

— Что?! — воскликнула я. При мысли о том, кого там увижу, мне вновь сделалось плохо.

— Что слышала. И наденешь при этом самое сногсшибательное платье.

— Так вот зачем я здесь, — возмутилась, тут же найдя нового виновника всем своим бедам и перейдя в наступление. — Твой отвлекающий маневр на случай, если сразу договориться не получится, да?

— Ты все не так поняла, — попытался оправдаться парень.

— О нет. Я как раз таки все правильно поняла. И не отнекивайся. В этом ведь и заключался твой план. Использовать все доступные ресурсы и знакомства, но достичь цели. Кажется, так выразился твой отец перед отъездом. Я права?

— К тебе это никак не относится.

— Слабо верится. — Чувствуя, как мало у меня осталось сил после очередного потрясения, решила, что лучше присесть, опустилась на одну из двух кроватей и, когда меня отпустило, произнесла уже спокойнее: — Хорошо, я пойду на ужин. Надену самое сногсшибательное платье. Даже целый вечер буду вести себя так, чтобы твой хваленый партнер вообще думать ни о чем, кроме меня, не смог. И знаешь для чего?

Когда Алекс промолчал, поднялась, подошла ближе и, ткнув ему пальцем в грудь, продолжила:

— Чтоб в очередной раз доказать, что как бы высоко ни поднялись, чем бы ни занимались, чтобы ни делали, вы, мужики, всегда думаете только об одном! — Поздно вспомнив, что в комнате помимо нас есть еще кто-то, повернулась и добавила: — Без обид.

На это молчаливо стоявшие в стороне парни лишь примирительно замахали руками, всем своим видом показывая, что они тут вообще не при делах.

— Во сколько? — спросила, снова повернувшись к Алексу.

— В семь.

— Хорошо, — и быстрым шагом направилась в свой номер. Едва сдержалась, чтобы не хлопнуть дверью, но, вовремя сообразив, что та ни в чем не виновата, просто аккуратно прикрыла ее за собой.

Настроение было непоправимо испорчено, состояние — и того хуже. Пока тряслась от страха при мысли, что со мной сделает пьющий, использовала добрую половину всего энергетического резерва. Посему мне срочно требовалось что-нибудь съесть и немного отдохнуть. Благо до вечера было еще достаточно времени. Заказав еду в номер, начала готовиться к очередному испытанию. Вот только теперь всем, что я делала, двигала скорее злость, чем страх и, пообещав впредь о ней не забывать, принялась собираться.

Все это время находясь в крайне сомнительном и далеком от привычного умиротворения состоянии, со своим внешним видом я, однако, постаралась на славу. То, что это не Севастополь и здесь меня, кроме троих парней, больше никто не увидит, определенно придавало уверенности. А еще дало прекрасную возможность примерить на себя образ, на который я уже вряд ли когда-нибудь осмелюсь. И надо сказать, у меня получилось. Короткое черное платье, в несколько уровней украшенное веревочной бахромой, приходившей в движение при малейшем движении, облепило меня, как вторая кожа. Босоножки с каблуком придали ногам стройности и визуально сделали их длиннее. Забранные наверх волосы выгодно подчеркивали то, что оказалось не под силу довольно простому вырезу. Скромный вечерний макияж тоже внес свою лепту в образ роковой женщины. От ярко-красной помады, однако, пришлось отказаться, заменив ее блеском. В противном случае это было бы уже чересчур. Из украшений надела серьги-кисточки, которые теперь щекотали мне шею, и пару обыкновенных позолоченных браслетов, чтобы кулон на шее тоже пришелся к месту. Взяв сумку, снова придирчиво оглядела себя со всех сторон в зеркале, кивнула отражению, мысленно пожелав ему удачи, и отправилась на встречу.