Скверна - Сири Петтерсен

Пусть с ним все будет в порядке, пожалуйста, пусть с ним все будет в порядке.

Весь путь от гостиницы Хирка проделала бегом. Женщина за прилавком магазина успела только махнуть рукой ей вслед. Она ничего не спросила и не побежала за ней. А Хирка неслась вперед.

Темнело. Она уже один раз застряла в снегу так, что сапог слетел с ноги. Теперь в нем было полно талой воды, но остановиться Хирка не могла, как не могла отправиться прямиком в теплицу. Сначала она должна убедиться, что за ней никто не следит.

Хирка пересекла парк, покрытый слоем нетронутого снега. Она описала круг по улицам и вернулась обратно, на угол того же парка. Других следов, кроме собственных, она не увидела. Хорошо. Значит, ни Стефан, ни кто другой не пошел за ней.

Она побежала по кратчайшему пути к теплице. У нее не было времени двигаться вдоль реки, поэтому она перелезла через ворота и спрыгнула по другую сторону. Вокруг теплиц следов на снегу тоже не было видно. Хорошо. Он не ушел, и его никто не нашел. Но так будет не вечно. Надо найти другое укрытие до восхода солнца.

Хирка ворвалась в теплицу, пробежала мимо всех растений и оказалась в отгороженном растениями закутке. Его там не было. Кровь ворона на плиточном полу высохла, но никакого трупорожденного не было. К горлу подступила тошнота. Она принялась раскидывать мешки с землей, как будто он мог оказаться под ними. Хирка огляделась по сторонам. Она почувствовала уверенность в том, что он здесь, и подняла глаза.

Он был наверху, сидел подобно птице на балке под потолком. Колени его были разведены в разные стороны, руки сложены на груди, голова свешена набок. Он хлопал белыми глазами. Хирка опустила мешок на землю.

– Вижу, тебе лучше, – сухо сказала она, не ожидая ответа. Какая же она дура, что беспокоилась о нем.

Он вытянул ноги к потолку и встал на руки на балке. На его теле не было жира, каждый работающий мускул был отчетливо виден, и некоторые из этих мускулов она раньше точно не видела. Ни у имлингов, ни у людей. Тонкие мышцы вдоль позвоночника. Бугорки у лопаток… Он медленно сделал оборот, как будто хотел показать, что умеет, а потом спрыгнул на землю и улыбнулся ей.

Хирка отступила на шаг назад. Он находился ужасно близко, и в нем больше не было никакой слабости. Она не очень отчетливо помнила набирнов, но это существо было явно похоже на них.

Хирка открыла мешок и протянула ему яблоко и печенье.

– Ты не можешь разгуливать здесь в таком виде, – сказала она и кивнула на его пах. – Обычные люди не ходят голыми.

Хорошо было снова говорить на родном языке, хотя она и не знала, что он понял из ее слов. Он взял еду, и она быстро отдернула руку. Его когти были противными, и Хирка помнила, как он хватал ее за руку.

Набирн обошел вокруг нее. Какое-то время она раздумывала, не сбежать ли ей, но он уселся на мешки с землей и запустил когти в яблоко. Кожура начала сжиматься, съеживаться и гнить. Хирка разинула рот.

– Ты ешь когтями, – прошептала она и закрыла рот, чтобы не выглядеть идиоткой.

– Ты бы тоже так делала, если бы эволюция была к тебе более милосердной.

Хирка зажала рукой рот и попятилась назад. Его голос был глубоким и грубым, но он говорил на имландском даже правильнее, чем она.

– Вот видишь? – сказал он. – Я говорю именно о таких вещах. Полное отсутствие контроля над телом. Просто удивительно, что ты до сих пор жива.

Он стряхнул с руки остатки яблока.

– У тебя есть что-нибудь более питательное, чем это?

До Хирки стало доходить, что он не поблагодарил ее и не похвалил. Нельзя сказать, что она сильно рассчитывала на это, она ведь даже не предполагала, что ей придется вести с ним беседу. Хирка готовилась к забегу на выживание.

Она приблизилась к слепому, который казался совершенно нереальным.

– Ты один из слепых. Набирн.

Что-то опять шевельнулось в его глазах. Он встал и навис над ней, обнажив клыки. Его длинные волосы касались ее лица. Она не могла пошевелиться – ее одновременно охватили восторг и ужас. Он прошипел: