Гостья из котла - Мстислава Черная

Магда раздала кубки с вином. Я про себя порадовалась, что могу пить и не пьянеть, достаточно сливать вино в котёл.

Я почти уверилась, что про меня забыли. Это было наивно.

— Мель, — позвала старуха.

— Да?

— Да, бабушка, — тотчас подсказала Магда.

— Да, бабушка? — повторила я.

— Мель, ты задумывалась о своей Дороге?

— Хм?

— Ты пришла издалека, Мель, и мы тебя принимаем. Но я хочу спросить, идёт ли твой путь дальше, или ты осядешь, пока Дорога не позовёт тебя вновь?

— Я не знаю, позовёт ли меня Дорога, это не то, в чём можно быть уверенной. Жизнь непредсказуема. На некоторое время, день ли или сотня лет, я собираюсь остаться в городе.

— Очень хорошо! — одобрила старуха. — Мель, если бы ты шла дальше, то ты бы шла дальше. Когда ты остаёшься, ты становишься не только дочерью детей дорог, но и моей приёмной дочерью.

Пфф!

— Я не совсем понимаю, что это означает.

Старуха улыбнулась:

— Мои дети получают кров, защиту, пишу… работу.

— Не быть нахлебницей — справедливо. Я думаю, я знаю, кем я могу устроиться в городе.

— Устроиться? — переспросила старуха и рассмеялась скрипучим смехом. — Нет, Мель, это не для нас. Для начала составь компанию Шену. Ты красива, и тебе не составит труда убедить перебравших господ поднять ставки. Позже подумай, у кого ты хочешь учиться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍А вот это не хорошо, совсем не хорошо. Я не против платить за постой, но я категорически против участия в криминале.

Отставив пустой кубок, я поднялась:

— Я до утра обдумаю ваши слова, бабушка. Завтра я скажу, иду я дальше или остаюсь.

Старуха поджала губы, но спорить не стала.

Влез Шен:

— Мель, скоро огни зажгут. Пойдём к костру?

— Я обещала бабушке хорошо подумать. Я пойду выполнять обещание.

Кажется, вернуться к господину Таю придётся чуть раньше, чем я собиралась. Хотя…

Шен пытался что-то сказать, но я сбежала. Я затащила в повозку очередную груду железок и ещё раз внимательно осмотрелась. Повозка выглядела годной для жизни, но не жилой. Взгляд то и дело спотыкался о циновку на полу. Сундуки старые, но добротные, кровать поплоше, но тоже годная. В одежде Магда недостатка не испытывает, вон сколько мне принесла. Почему драную циновку не заменили ковриком? Я присела на корточки, откинула угол циновки.

Догадка оказалась верна!

В полу оказался небольшой люк. Потянув за кольцо, я подняла крышку и заглянула внутрь. «Платформа», на которой крепились стенки телеги внутри была полой, частично забита мешками. Я протянула руку, но тотчас себя остановила. Я в гостях, нехорошо лезть в чужое. Гораздо больше меня заинтересовал ещё один люк — в днище. Теперь у меня есть путь отхода.

Я вернулась в повозку, вернула циновку на место и сосредоточилась на том, чем действительно хотела заняться. Для начала я закинула в котёл железки и больше часа вдумчиво переплавляла металл. Я не просто ставила заплатки, нет. Я полностью восстанавливала каждый миллиметр котла. Больной участок раскалялся, становился мягким как пластилин, и, остывая, металл намертво сцеплялся, от трещин не оставалось следа.

В общей сложности я провозилась несколько часов, но оно того стоило. Когда я закончила, меня распирало от гордости за проделанную работу и валило с ног от усталости. Небо потемнело, за стеной вновь шумела Шумиха.

Я опасалась наткнуться на Шена, но всё равно выбралась на улицу и отправилась на поиски Магды. Я помнила, где она сидела в прошлый вечер. Магда нашлась всё там же, и, как и вчера, мужчина, чьего имени я то ли не знала, то ли забыла, терзал струны.

— Мель?

Я улыбнулась.

— Мель, прости, но выглядишь ужасно. Что ты там делала?

— Ничего. Кажется, я плохо реагирую на смену климата.

— Хм… Разве такое бывает?

Упс.

— Возможно, я ошибаюсь.

— Если ты плохо себя чувствуешь, иди к бабушке. Она смыслит в лечении.

— Ничего серьёзного. Думаю, высплюсь, и к утру пройдёт.

Магда подала мне миску, и я с радостью замолчала, набив рот. Женщина хмыкнула. Она больше ничего не спрашивала. Прикрыв глаза, она привалилась к своему мужчине, но когда я сделала последний глоток, Магда села прямее и подала мне вторую порцию. Я приняла.

— Мель, ты не хочешь жить с нами? — в лоб спросила она.

— Вы приняли меня как свою, и я тронута. Но я привыкла к иному образу жизни. Я люблю бродить по незнакомым местам, люблю отправляться, куда глаза глядят, люблю скорость, люблю, когда картинки за окном меняются одна за другой. Но прежде я всегда возвращалась домой. И… я городская девочка. Для меня не проблема сходить к колодцу, но я привыкла, что вода течёт из крана. Но дело не только в этом. Я всегда уважала законы страны, в которой жила.

Магда качнула головой:

— И что?

— В смысле? — не поняла я.

Она повела плечом:

— Какой закон нарушает девушка, когда подбадривает мужчину обязательно отыграться, продолжить сражаться за груду сокровищ на столе? Или когда предлагает выпить ещё один кувшин вина?

— Деньги от подбадривания не заведутся.

— Заведутся, когда научишься разводить телков на подарки. Мель, куда ты пойдёшь? Завтра третий вечер, как ты с нами, и завтра тебе придётся принять решение.

— Магда, скажи мне… Принято, чтобы каждый сдавал некий обязательный внос или принято выплачивать долю?

— Четверть, но не меньше ста королей в месяц.

Знать бы, сколько это, сто королей.

— Делиться мало, Мель. Мы свободны в своей жизни, но бабушку, что бы она ни сказала, следует слушать.

— Спасибо, что объяснила. Завтра я дам ответ.

Магда кивнула.

Я вернулась в палатку, забралась под покрывало и заснула сном без видений.

Легла я рано, наверное и восьми вечера не было, поэтому проснулась задолго до рассвета. С удовольствием потянувшись, я села, прикинула, что у меня есть несколько часов на реализацию своего сумасшедшего плана. Точнее, подготовительного этапа плана.