Иностранец ищет жену - Марина Багирова

Марк, услышав вопрос, кинул в нее, Софию, короткий внимательный взгляд, и хмыкнул:

— Думаю, что как-нибудь справлюсь сам.

— Но гер Эрих Нойман сказал, что ей нельзя покидать дом без охраны! — запротестовал охранник.

— Тино, не забывайся! — разозлился Марк. — Я сказал, что мы поедем вдвоем.

— Понятно!

Тот, кого назвали Тино, кивнул и резво куда-то убежал.

•• • ••

… Проплывали мимо заспанные деревья. Трасса была мокрой и слякотной, несмотря на утреннее потепление.

Марк потянулся к радио. Включил что-то нейтральное.

— Какую музыку вы слушаете? — спросил у неё.

Это была его первая фраза за все полчаса езды. Приятный голос был так же приятен, как и голос мужчины.

— Немецкий рок, — не задумываясь, ответила София.

— Ого? — мужчина удивился. — Например?

— Eibrecher…

— Хотите, включу его сейчас?

— Не стоит… не люблю громкую музыку в машине.

— Я тоже.

Софии снова стало неловко, и в то же время хорошо, как будто она только что разгадала головоломку, над которой мучилась несколько лет.

— Вы не похожи на женщину, которая слушает такую музыку.

— А на какую женщину я похожа?

— На ту, которая слушает классику.

— Это комплимент?

— Это как посмотреть. Может и комплимент.

— А как смотрите вы?

Она видела, как дернулись уголки его губ.

— Я тоже слушаю Eisbrecher.

София поймала себя на том, что закусывает губу в попытке сдержать непрошенную улыбку. Это было так непривычно, но так чертовски хорошо!

Двадцать минут спустя София заходила в свою квартиру.

С порога на нее набросился взволнованный и голодный кот. София насыпала ему в миску корма, убрала лоток, и принялась собирать себе небольшой чемоданчик. Она решила, что если уж захватит кота, то захватит и другие вещи.

Одежды, что женщина впопыхах купила в онлайн-магазине, ей катастрофически не хватало. А ездить домой ей Эрих долгое время не разрешал. Может, и в этот раз бы не разрешил, но в этот раз у него и не спрашивали.

А что, если он никогда её не отпустит? Что, если София не вернется больше в свою уютную квартирку? Зачем она вообще сдалась Нойману?! Почему он не оставит ее в покое?

От паники в собственной голове ее отвлек шум в прихожей.

София, которая выбежала из спальни с теми же вещами, которые в тот момент упаковывала, неловко застыла. Она успела привыкнуть, что непрошенные гости в ее квартире — не к добру.

— Хм… что вы здесь… делаете?

Это был Марк — он зачем-то поднялся к ней в квартиру, хотя не так давно сам же выразил желание дождаться ее в машине.

— Я подумал, что вам может понадобиться помощь… в транспортировке вещей… — и замер.

София проследила, куда направлен его взгляд, и…

— Ой!

Женщина держала в руках несколько лифчиков — именно их она в тот момент упаковывала в чемодан.

София на скорую руку запихнула в чемодан то, что считала нужным, и вернулась в гостиную.

Марк тем временем рассматривал ее квартиру. Это был цепкий натренированный взгляд, но не без искры личного интереса.

— Интересно тут у вас, — прокомментировал мужчина.

— Спасибо. Возьмете чемодан, или кота?

— Что, простите?

София указала рукой на чемодан, затем на клетку, куда посадила слегка дезориентированного происходящим Ари.

— Кот или чемодан?

— Давайте чемодан, — усмехнулся мужчина.

Дорога обратно прошла без происшествий.

Зато вечером вернулся Эрих Нойман, и всё пошло к чертям!

•• • ••

Нойман приехал ближе к десяти. Он был зол, и злость эта агрессивными волнами расползалась вокруг него.

София встретила его у порога. Она очень старалась не заискивать, оставаться собой. Да, страх перед Нойманом никуда не делся, но не хватало ей еще бояться ему в глаза смотреть! Этого эта гордая женщина себе позволить не могла!

— Где Даша? — сразу спросил немец, пристально рассматривая Софию.

— У себя в комнате, позвать её?

Мужчина задумался.

— Не нужно. Скажи, пусть накрывают на стол.

Это «скажи» прозвучало так буднично, будто София лет эдак десять работала в его доме и каждый вечер «говорила» накрывать на стол.

Нойман прошел в гостиную, куда вскоре явилась и Даша.

София заметила, как при виде неё немец слегка скривился, но быстро взял себя в руки, и сказал:

— Здравствуй, Даша, ты прекрасно выглядишь.

Выглядела девушка действительно хорошо. Она теперь всегда так выглядела, и часто спрашивала у Софии советов, правда, в последнее время предпочитала помощью госпожи Коваль не злоупотреблять. Как предполагала София, это потому, что Дашу внезапно обеспокоило то, кем именно является молодая привлекательная София для её любимого человека, и почему она живет с ним в одном доме.

Нойман усадил Дашу рядом, а София села с противоположной стороны.

— Как прошел твой день, Дашенька? — спросил он. — Все хорошо?

— Хорошо… Я сегодня посмотрела третий этаж, там так красиво. У тебя очень красивый дом.

— У нас. Я очень надеюсь, что у нас.

София хмыкнула в тарелку. «Нойман, до чего же ты, подлец, хорош! Знаешь, на что давить!».

Она наблюдала за действиями Ноймана с каким-то нездоровым любопытством. Он ухаживал, и делал это так красиво, что Софии хотелось записать его фразы на диктофон и потом прослушивать как руководство к соблазнению.

— Дашенька, а какое у тебя самое яркое воспоминание детства? — спросил тем временем мужчина.

И пока Даша рассказывала, София почему-то подумала, что Нойман играет нечестно. Но сразу же пресекла эту мысль. А почему, собственно, нечестно? Разве он виноват, что на его стороне опыт, деньги и манеры? Против него Даша — слабая птица с подбитым крылом, на которую мчится матерый орел.

Мужчина прикасался к ее руке, он подливал ей в чашку чай… он был предельно галантен, мужчина-конфетка, мужчина-мечта.

«Интересно, как у них в постели?»

В какой-то момент он посмотрел на Софию и кривовато усмехнулся. Они поняли друг друга без слов.

— … да, Эрих, я всегда хотела побывать в Португалии… Какое интересное совпадение, что у тебя там дом…

«Если он её оставит, Даша умрет», с горечью подумала София. «Она не сможет вернутся в тот мир, в котором жила раньше, она теперь там чужая».