Иностранец ищет жену - Марина Багирова

«Молодец, София, сделала всё по высшему разряду», похвалила она саму себя.

— Что ж, не буду вам мешать, — подала голос София, разрывая между парочкой зрительный контакт. — Уже поздно, хорошего вам вечера.

** Эрих **

В гостиной было темно, и только мрачные лампочки на журнальных столиках спасали ситуацию.

Он мог бы разжечь камин, но с этим камином такая морока, да и какой может быть камин, если рядом с ним, на одном диване сидит женщина, которую он так долго искал? Сидит так близко, что протяни руку — и дотронешься.

Даша дрожала. Она была красива, она была желанна, и он знал, что сегодня она позволит ему её поцеловать.

От этого понимания по телу растекалось давно забытое чувство… мужского удовлетворения, будто зверь, что рвал его изнутри, наконец-то успокоился, насытился, и свернулся кольцами где-то у сердца, чтобы до поры до времени его не беспокоить.

Дарья ничего не помнит! Эрих напоминал себе об этом снова и снова, и каждый раз не мог поверить, что всё действительно так. Не помнит, ничего не помнит.

И вдруг в голову пришла совершенно нелогичная мысль. София. Она сейчас тоже находится в его доме, привела Дашу к нему, и ушла, дав ему возможность окончательно соблазнить эту женщину.

Никакой ревности, никакого желания ему понравиться. Для неё это работа, не более.

Во рту появилась какая-то горечь вперемешку со злым роздражением. Он и сам не понимал, откуда это чувство, и все же. Проклятая баба, которую не трогает ни его — чего уж таить! — внешность, ни деньги, ни харизма, черт его побери! Холодная сука!

Эрих заставил себя успокоиться. Не сука, как ни крути. Это он наломал дров, вынудив её так к нему относиться.

И снова злость — она его на дух не переносила с первого дня их знакомства, когда он еще не успел сделать ей ничего плохого. И с тех самых пор каждый её жест так и кричит: «Я сделаю что угодно, только отстань».

А ему отставать не хотелось. Не хотелось, и всё!

Эрих заставил себя отвлечься от мыслей о владелице брачного агентства, и резко притянул к себе Дашу. Впился в её губу, полез рукой под платье, прикоснулся к груди.

Руками нащупал украшение, и зачем-то отвлекся от самой девушки, чтобы внимательнее рассмотреть безделушку.

— Что это? — спросил.

Даша улыбнулась.

— Просто украшение. Я его никогда не снимаю. Оно со мной… с детства, кажется.

— С детства? Красивое…

Удовлетворив любопытство, мужчина возобновил поцелуй.

•• • ••

Это было очень странное время. Нойман всячески пытался убедить Дашу, что он — тот, кто ей нужен, а Даша с ума сходила от такого внимания! На неё мужчины, подобные Эриху, раньше внимания не обращали, и ей нравилось это внимание.

София девушку прекрасно понимала — не знай София, каков Нойман на самом деле, и сама бы соблазнилась. Но она знала, а потому старалась немца не злить, и не попадаться лишний раз ему на глаза.

Только однажды она решилась заикнуться о том, что ей пора домой, и была награждена взглядом, от которого бросает в холодный пот.

— Тебя здесь мучают? — спросил он.

— Нет.

— Голодом морят?

— Нет.

— Так чего тебе не хватает?

— Это не мой дом, и я не понимаю, зачем мне здесь находиться.

В ответ на это, мужчина раздражённо оскалился. София понятливо кивнула, и вернулась к себе в комнату.

То ли от скуки, то из других побуждений, София предложила Даше частные уроки английского и себя в качестве преподавателя. Поскольку Нойман отсутствовал каждый день по несколько часов, девушки устраивались в гостиной или на веранде (в зависимости от погоды), и набрасывались на неправильные глаголы, условный способ, или же просто штудировали вместе словарь.

Даша была всего на три года младше, но Софии казалось, разница между ними минимум с десяток лет. Несмотря на некую наивность, девушка была очень забавной, и когда перестала бояться, выяснилось, что шутит хорошо. Да и красивой она была. Прелесть, а не девушка.

Поэтому София совершенно не понимала, почему немец в последнее время был как грозовая туча. Казалось, тронь его — и на тебя обрушится ливень.

•• •• ••

А однажды приключилось нечто странное. Они с Дашей сидели на веранде, где София проверяла домашнее задание девушки.

Даша сидела как на иголках — знала, что будет много правок и замечаний, и готовилась огрызаться и оправдываться.

София, что за последние несколько недель провела с Дашей немало времени, уже видела, что та испытание резко свалившимся состоянием завалит с треском.

Даша пока пыталась быть осторожной и не «спускала тормоза», но по тому, как «невеста» относилась к обслуживающему персоналу, которому Нойман приказал исполнять все Дашины капризы, уже было заметно, что еще максимум полгода — и быть Дашеньке стервой.

София надеялась, что к тому времени это уже будут не её проблемы.

— Даша, смотри, здесь нужно написать не If a were at home I will, здесь нужно написать would… Понимаешь, почему?

И тут София… Это было ощущение, непонятно, нелогичное. Как будто бы в дом в метель пришел отец семейства, и, стряхивая снег с шапки и варежек, радостно сказал с порога трем своим деткам: «Я вернулся». А жена смотрела на мужа, и не могла вымолвить и слова, ведь замершего на пороге мужа она схоронила год назад.

Вот такое у Софии было чувство.

Она резко отвлеклась от урока. Осмотрелась вокруг, а затем выглянула в окно, и заметила, что на улице у гаражей какое-то непривычное скопление охранников-волков, и все они были чем-то встревожены. Они… копошились, чего от ноймановский волков София ожидала в последнюю очередь.

— Ольга Павловна, а что там за шум? — спросила она у мелькнувшей рядом домоправительницы.

— Так это, скоро Марк приезжает, вот они и готовятся. — Женщина подлила Софии кофе в чашку. — Он по приезду постоянно что-то там проверяет и, насколько я понимаю, после этих проверок охрана получает разнос.

— Вот оно как… Даша, давай на сегодня закончим, я себя плохо чувствую.

И покинула веранду.

София не находила этому логического объяснения, но она почему-то очень боялась появления в доме брата Эриха. Даже мысль об этом вгоняла женщину в стрессовое состояние.

Вернувшись в комнату, она легла на кровать, и попыталась успокоится. На секунду прикрыла глаза, выровняла дыхание. Вдох-выдох.

И тут она ощутила нечто странное. Чужое присутствие агрессивно липло к коже.

Женщина открыла глаза — у входа стояла длинноволосая женщина с острыми чертами лица. Эту женщину София видела в зеркале в сне про Дашу. Именно эта женщина надела на Дашу Софиин кулон, который до сих пор красовался на шее девушки.