Маньяки на учебе - Ева Финова

– Э… Да, похоже, – неуверенно согласилась. А пацан взял и поверил. И растянул довольную улыбку во все лицо, предлагая:

– А хочешь, провожу?

– Платно небось, – решила заранее проверить степень наглости в этом метре человека даже без кепки. Ведь совесть в нем отсутствовала напрочь.

– Ну да, цена та же, – ухмыльнулся мелкий, краснея ушами.

А я не выдержала и влепила-таки ему затрещину. Вдруг мозги на место поставлю? Не получилось. Хоть и еле коснулась, будто погладила, но этот взял и обиделся, не поняв причины. Потому предприняла попытку договориться:

– Давай лучше так, я забуду про твое предложение и больше рукоприкладствовать не стану. А ты меня проводишь к самому жадному ростовщику, предпочитающему золото всяким магическим побрякушкам.

– А говорила, что денег нет! – воскликнул тот, надувая губы сильнее прежнего.

– Ну так к ростовщикам за ними и ходят. А это идея! Удачно продам сферу, и с тобой поделюсь, так что все по-чесноку. Обманешь – ничего не получишь, усек?

– Усек, потому по-дружески предлагаю: половина, – пробурчал этот хитрец. И на всякий случай отошел подальше, чтобы я его еще раз не треснула. В этот раз рука чесалась даже больше, чем просто очень.

– Десятая часть. Что, согласен? Да? Молодец, хвалю. Топай давай, – произнесла скороговоркой, не дав и слова вставить.

– Злая ты, – пробурчал он и после шумного вздоха полез в люк. Молодец, понятливый попался. Правда, не с первого раза. Ну ничего, дело поправимое. Главное, чтобы в западню не завел.

Я поспешила его припугнуть, пока еще могла говорить, потом же наверняка придется только молча обмениваться знаками:

– А кто говорил другое? Покажи, убью повторно, – спросила у мальца, успевшего к тому моменту спуститься по плечи. Одна макушка и торчала из отверстия, но недовольное ворчание я всё же услышала:

– Посмотрим.

Многозначительное слово, сказанное со злобой, заставило напрячься. Неужто решил все же обмануть? М-да. А я помочь ему хотела, наивная.

Стоило только спуститься вниз, как из темноты на меня дыхнуло перегаром, смешанным с удушливой затхлостью. Встречающие сторожевые были наготове, ничего не скажешь. Бухие в стельку верзилы заухмылялись ртами, украшенными редкими частоколами гнилых зубов, и это единственное, что выхватывал свет, льющийся из приоткрытого люка.

– Стой, де стоишь! – промычал первый.

– Чья будешь? – вторил ему другой.

– Да Нейфена она, Ни Архена! – вмешался малец, говоря с гордостью о чужом достижении. До сего момента он молча висел, приподнятый за шкирку рукой второго. И ведь даже не предупредил, что тут охрана.

– А-а.... А это кто? – первый охранник даже во лбу почесал, видимо, надеясь расшевелить тем самым извилины.

– Да вомперы, – скривился другой и отпустил мальчугана, словно чумного. Даже поморщился, вытирая руку о мешковатые штаны.

– О-о, – многосложные высказывания одного из охранников откровенно радовали, и не только меня. Парнишка, похоже, понадеялся на окончание встречи, уточняя:

– Ну что, пускайте уже нас?

– Погодь, а чем докажешь? На вид так обычная людь, – вставил тот самый, который сообразительный.

– Дык метка же, вон гляди, – и малец ткнул пальцем в сторону моей слегка расстёгнутой одежды.

Взглядами оба принялись шарить по женским округлостям.

Вот гады! Причем все трое. А мелкий явно забавлялся… Да еще и скрылся в темноте, пользуясь отвлечением.

– Чет не видать, ну-ка, раздевайся, – скомандовал опять тот же, самый разговорчивый.

Вот тут я и не выдержала, повернула голову, чтобы показать метку на шее. Однако тугодумы не вняли и начали повышать голос.

– Сюды смотри, когда с тобой разговаривают! – проревел первый, поднимая с пола дубину – для убедительности, видимо.

И это было последнее, что он успел сделать. Кто-то вложил мне в руки что-то металлическое. Чем я и полоснула атакующего. Глаза его остекленели, затем он рухнул на пол.

Второй на мгновение отвлекся, услышав шорохи за спиной, попятился, ослабил хватку, а я мигом расцепила руки, развернулась и ударила его в горло, смещая кадык к сонной артерии.

Дородный детина согнулся в три погибели и, упав на пол, продолжил еще какое-то время задыхаться. А я насторожилась. Кого там такого сочувствующего нелегкая принесла? Но уже через несколько мгновений расслабилась, так как услышала знакомый голос мелкого:

– Что встала? Пошли толкать твою дребедень, – пробурчал он с неудовольствием: – Меня там батя ждет не дождется.

Да уж. Вот так сюрприз.

После недолгой внутренней борьбы, лишь посетовала мысленно: «Такой молодой, а уже хитрит не хуже взрослых».

– Ага-ага, как же, – не удержалась от ехидства и все-таки сделала пару шагов по направлению к нему, ныряя в кромешную тьму.

Глаза к мраку привыкали постепенно, и теперь я наконец смогла увидеть окружающие меня стены коридора, выложенные из кусков плит, и замурованные проемы. Пойдя следом за мальчишкой, правда, опомнилась, уточняя с досадой:

– А люк кто закрывать будет?

– Обратно пойду, закрою, – махнул рукой мелкий, устремляясь вперед по коридору.

Одно меня волновало даже больше, чем просто очень:

– Слушай, а что это?

Я подняла к глазам какую-то металлическую полукруглую расческу. Только бы не магия! Только бы не она! Малой же пошарил в карманах, видимо, что-то искал, а потом взял и испугался. Но спустя мгновение стукнул себя по лбу, развернулся и устремился ко мне. Я же напряглась, встала в стойку, выхватив танто из потайного кармана, того, что на внутренней части бедра.

– Мамин гребень, – ответил тот, отскакивая от меня и произнося со страхом: – Отдай. Он ядовитый.

Вопрос отпал сам собой. Но мы же в руки его брали вместе?

– Стой! – крикнула я. А парень уже сноровисто забрал вещицу, на что-то нажал и тут же сунул её в кожаный чехол, вытащенный из кармана.

– Да чего ты, я ж не маленький, тут на стекляшку надавишь и только тогда яд из иголок-то… – начал он сбивчивый рассказ, а я вспомнила про цель похода и решила его поторопить.

– Пошли уже, пока нас не обнаружили возле трупов.

– Хе-хе, – усмехнулся этот ушлый малой, продолжая бахвалиться: – Ты прям как стражник какой-то. Победил любой ценой, молодец, значит, достоин жить. Меня так отец всегда учил.

На что я чудом сдержалась и не ответила, подавив в себе жгучее желание отшлепать мальца, да так, чтобы неделю сидеть больно было, а отца его так и вовсе отправила бы в застенки. Это ж надо, учить такому ребенка!

Развернулась и потопала вперед по узкому коридору, выстроенному явно из ворованного материала. Кривые, разнообразной формы камни и куски бетонных плит свидетельствовали о бесцеремонном заимствовании и отнюдь не добавляли красоты. Одним словом, ворюги.