Стеклянный город - Карина Разумовская

Краем глаза я увидел, как моя напарница посмотрела вниз на наши ноги.

— Прямо смотри, — как можно быстрее постарался проговорить я.

— Мы не в ногу идём, — забеспокоилась Ариана.

— Неважно. Смотри прямо и улыбайся, — почти не открывая рта, сказал я и сам последовал собственному совету.

— Не слышу тебя…

Чем ближе мы подходили к центру, тем громче становилась музыка.

— Молчи, на камерах будет видно, что мы разговариваем, — повысив тон, сказал я.

В этот момент мы подошли к нашему законному месту и встали в исходную позицию. Ариана едва повела головой в мою сторону и сказала:

— Сам молчи! — после чего резко отвернулась обратно.

Я издал лёгкий смешок и почувствовал, как Ариана предупреждающе сдавила мне пальцы на отведённой в сторону руке. Я совершил обратный манёвр, но, видимо, немного перестарался:

— Ай! — Она слегка дёрнулась, но в этот момент третья пара встала правее нас и все камеры направились на них.

— Прости, — виновато шепнул я.

— Тихо, — вновь быстро повернувшись туда и обратно, сказала Ариана.

Меня снова накрыл тихий смешок, и на этот раз её плечи тоже слегка дёрнулись.

— Возьми себя в руки, — еле сдерживаясь, шепнул я. Меня-то за ней не особо было видно, а вот лицо Арианы открывалось на обозрение всем зрителям.

Она едва качнула головой из стороны в сторону и, перейдя на писк, проговорила:

— Не могу.

Я не видел, сколько пар уже подошло, но по музыке понял, что скоро нужно будет вступать в танец.

— Соберись, скоро начинаем, — сказал я, как можно более серьёзным тоном.

Она ничего не ответила, но, как я понял, всё же подавила смех.

Я услышал вступительные ноты и медленно развернул Ариану к себе. На удивление, у неё было абсолютно серьёзное выражение лица, как будто это вовсе не она только что смеялась.

Я отвёл ногу в сторону, и напарница тут же скользнула следом. Вокруг нас летали камеры, но я старался не обращать на них никакого внимания, ведя Ариану по залу. В нужный момент я отдалил её от себя, два раза покружил и резко притянул обратно, но немного ближе, чем следовало. Она этого не ожидала, из-за чего случайно ступила мне на туфлю.

Ариана виновато посмотрела мне в глаза, не переставая танцевать.

— Прости, — пропищала она.

— Не говори ничего, — быстро шепнул я, отворачиваясь от пролетающей камеры.

— А ты не дёргай так резко! — возмутилась напарница.

— А ты на ноги не наступай!

Ариана притихла, и я понял, что она вновь пытается сдержать смех.

— Не смей, — проговорил я после того, как она все же слегка хихикнула.

Я перевёл руки на её талию и подбросил в воздух, ловко поймав обратно. Она снова посерьёзнела, стараясь не смотреть на меня. Я последовал её примеру и сосредоточился на движениях танца. В груди трепетно колотилось сердце, а в ушах слышалась буря приглушённых оваций, обладатели которых растворились в темноте кругового зрительского зала. Почему-то на репетициях сцена казалась меньше, но, залившись яркой подсветкой, она визуально приобрела огромные размеры, из-за чего немного сменилась ориентация в пространстве.

Я постарался отстраниться от атмосферы вокруг и получать удовольствие от самого́ танца. Нашего последнего танца… От осознания данной мысли на душе появилось неприятное тягостное ощущение.

Я крепче прижал Ариану к себе, и мне показалось, что я даже почувствовал её сердцебиение. Безошибочно ведя свою напарницу по залу, я вдруг уловил трепетный взгляд её сине-голубых глаз — глаз цвета неба, которого она даже никогда не видела. Дав себе слово показать это небо когда-нибудь ей, я со спокойствием и умиротворением на душе отдался последним движениям нашего танца.

[1] Лакрот — материал наподобие кожи с лаковым блеском, используемый для изготовления одежды и обуви.

[2] Фон-Диффер — фамилия матери Мэрэдит. У самой Мэрэдит фамилия отца — Блейз. Дело в том, что при заключении брака фамилии девушек не менялись. Дети до десяти лет носили фамилию отца, а затем сами выбирали, какую они хотят. Как правило, они оставляли привычную себе фамилию отца, но бывали и исключения. Например, Даррен взял фамилию матери — Мак-Уолш.