Лиарха - Марина Эльденберт

К тому моменту, как Вартас приезжает на обед, я уже проснулась, оделась и сижу на матах — в комнате, где мы обычно занимались вар-до.

— Как дела? — Он сбрасывает сумку на пол и присоединяется ко мне.

— Выяснила, что я могу лечить ожоги въерхов с помощью океана или моря. Точнее, я проверяла только море, но с помощью океана, наверное, тоже могу.

— Ух ты, — говорит он.

— Ух ты. Да.

— И только поэтому ты прибежала ко мне?

— Вообще-то нет.

Просто Лайтнер так часто называл тебя моим парнем, что я сама в это поверила. Может быть, и не зря. Может быть, пришло время оставить прошлое в прошлом и двигаться дальше.

Нам всем.

— Расскажи мне про Лэйс, — говорю я. — Не как обычно. Расскажи, какие вас связывали отношения.

— Ты уверена, что хочешь поговорить именно об этом?

— Ты же хочешь знать, почему я пришла?

— Хм, — Вартас вздыхает и скрещивает ноги. — Отношениями, как ты уже поняла, это было сложно назвать. Она приходила и уходила. Ничего о себе не рассказывала. Никого не напоминает?

— Сейчас мы не обо мне, — напоминаю я.

— Я… наверное, в какой-то момент я понял, что у нас ничего не получится.

— И в какой же момент ты это понял?

— Когда почувствовал, что она не до конца со мной откровенна. Те крупицы информации, которые на меня высыпались… это было не про отношения. Когда есть отношения, есть доверие.

— Она рассказала тебе о ныряльщиках.

— Но не рассказала, что собирается исчезнуть и бросить меня и вас.

— Вообще-то, рассказала, Тас.

— Как ты меня назвала?

— Я посмотрела, как можно сократить твое имя.

— Ты интересовалась моим именем? — он приподнимает брови и кивает. — Круто.

— Так вот, про Лэйс. Она просила о нас позаботиться. Рассказала о том, что связана с ныряльщиками.

— Это по-твоему звучит как «Я завтра исчезну, но не переживай, со мной все будет в порядке, и когда-нибудь я вернусь»?

Я вытягиваюсь на матах, подпираю ладонями подбородок.

— Возможно, это то, что она могла сказать.

— И снова нет, Вирна. Когда я доверяю, я говорю прямо. Я не скрываю ничего ни от кого, прикрываясь намерениями о всеобщем благе или безопасности.

— Возможно, ты и прав.

— Ты знаешь, что я прав. Твоя очередь.

Он ложится рядом со мной, правда, ногами в другую сторону, и на спину. Теперь я смотрю на него сверху и очень, очень близко.

— Ты же мне доверилась. Хотя знала меня гораздо меньше, чем Лэйс.

А Лайтнеру нет.

Я начинаю думать, что он действительно прав. Что все эти бабочки в животе, жар и холод — это химия и гормоны. Настоящие чувства появляются там, где ты раскрываешься рядом с другим, где ты не боишься сказать правду, где есть спокойствие и уверенность. С Лайтнером все было как на вулкане — что, в общем-то, неудивительно, он же въерх. С Вартасом ровно, и пусть даже отчасти неправильно — из-за Лэйс, она сама от него отказалась. От него и от их отношений.

— Я пришла к тебе, потому что не хотела ехать домой.

— Почему?

— Не знаю, — я пожимаю плечами.

— Или знаешь? — Он подается ко мне и целует меня в губы.

Это не так резко, как было «для конспирации», напротив, это совсем не резко. Я могу его целовать, и не чувствовать, как плавлюсь, как от каждого прикосновения на моем теле вспыхивают костры ожогов и темнеет перед глазами. То, что я при этом чувствую — или чего не чувствую, это же не главное, правда? Это просто поцелуй. С парнем, которому я рассказала больше, чем кому бы то ни было.

Я отрываюсь от его губ, но не отстраняюсь. И спрашиваю:

— Хочешь пойти со мной к Кьяне и Хару?