У Ворона две жизни - Елена Кондрацкая

– Он в Старой Марге остался. А у вас тут кто-то завёлся? Чудище какое? Необычно пусто и…

– Разве что разруха и бедность, – со смехом отмахнулась Рута, весело глядя на Василису раскосыми карими глазами. – У нас же как? От столицы отъехал и утонул в нищете. Тут каждая вторая деревня – Утопкино. Ну да не будем, не будем о грустном. Хочешь, я тебе погадаю?

– Э-э, – протянула Василиса, не ожидавшая такой резкой смены темы.

– Давай-давай. На чайных листьях. Это я умею. Меня бабка научила. Она так хорошо гадала, будто вправду ведьмой была. Допила уже? Давай-давай мне чашку.

Василисе было любопытно – ещё ни разу ей не гадали. Да и Рута напирала с такой детской непосредственностью, что отказывать ей было неловко. Чародейка допила остатки чая и протянула Руте чашку. Та ловко перевернула её на блюдце и похлопала по донышку.

– Сейчас-сейчас узнаем, что тебе судьба приготовила, – подмигнула Рута, подхватила чашку и заглянула внутрь.

Улыбка исчезла, лицо её вытянулось, а чёрные широкие брови сошлись на переносице. Карие глаза колко посмотрели на Василису.

– Обещанное дитя, – прошептала Рута.

– Что?

– Боги меня не простят, – Рута вскочила с места и забегала по комнате, словно в поисках чего-то. – Тебе нужно уходить.

– О чём ты? – Сердце ускорилось, а ладони вспотели. – Что происходит?

– Ты не знаешь? – Рута обернулась к Василисе, в руках у неё была маленькая соломенная кукла. – Тебя пообещали богам. Кто-то из них оказал услугу твоему родителю и попросил тебя взамен. На тебе печать богов. А я не хочу их разозлить. Так что уходи-уходи.

– Что ты несёшь? – Василиса вскочила на ноги. – Объясни по-человечески.

Женщина упала на колени и припала лбом к соломенной кукле.

– О, Чернобог, защити меня и прости меня. Не хотела я прогневать тебя и братьев, и сестёр твоих.

Василиса отступила. Рута поклоняется Чернобогу? Неужели чернокнижница…

– Беги, скорее беги, прошу тебя, – закричала Рута. – Беги и ещё успеешь спастись от них!

– От кого? – Василиса тряхнула Руту за плечо, но та не ответила, только продолжала молиться.

Что делать? Если она чернокнижница, нужно её арестовать… Но – Василиса прикусила губу – она чего-то боится. Чего-то, кроме богов. Чудища, что завелось в деревне. Возможно, лучше и правда бежать. И вернуться сюда завтра уже с Кирши.

Василиса выскочила из избы. Нужно было понять, куда бежать и где прятаться. Хорошо бы ещё знать – от кого. Возвращаться в лес было опасно, а куда вели другие улицы деревни, Василиса не знала. Неуверенным шагом она направилась к выходу со двора, когда почуяла странный сладковатый запах. Он шёл из покосившегося хлева. Предчувствуя недоброе, Василиса решила заглянуть внутрь.

О чем немедленно пожалела.

Запах гниющей плоти врезался в нос с такой силой, что чародейка закашлялась и, зажав нос, принялась вытирать хлынувшие из глаз слёзы. Желудок свело болезненным спазмом, и пришлось срочно бежать на улицу, хватая ртом воздух.

Придя в себя, Василиса закрыла нос рукавом и снова заглянула в небольшое помещение. На полу лежали двое. Обглоданные до костей. Лиц было не различить, но бороды и остатки одежды указывали на то, что это мужчины. На одном из трупов валялась кожаная сумка с рунами. Неужели это о ней говорила Марфа? Василиса аккуратно взяла сумку. Внутри оказалось пусто, а на коже виднелись следы крови и когтей.

– Чубасья мать, – прохрипела чародейка и бросила находку.

В деревне обитало чудище. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. Ни один человек не превратит тела в такое месиво. Василиса выбежала на дорогу – нужно было скорее укрыться в амбаре. Тут её взгляд наткнулся на заросли волчьего аконита у забора.

Волчий аконит, или же попросту оборотничая трава, имел обыкновение расти у места обитания оборотней и волколаков, – вернее, только один вид волчьего аконита с тёмно-фиолетовыми цветами. Волколаки ненавидели это растение, потому что оно выдавало их норы, но избавиться от него не могли – цветы неизменно вырастали вновь.

Несколько секунд чародейка, затаив дыхание, смотрела на тёмные, почти чёрные лепестки растения, осознавая, что видела их абсолютно у каждого дома в этой деревне. Моментально нашлось объяснение отсутствию собак, скота, неухоженным домам, пустым огородам, влажному сену в амбаре.

Василиса вскинула взгляд на горизонт. Румяный солнечный диск уже практически скрылся за пшеничным полем.

– Ох ты ж, чубасья мать! – выругалась чародейка и сломя голову кинулась обратно в избу.

Василиса влетела в дом и дрожащими руками принялась закрывать двери. Скорее. Скорее! Сердце колотилось, по позвоночнику взбиралась паника. Целая деревня волколаков!

Рута продолжала молиться, сжимая в руках куклу.

– Ты знала! – крикнула Василиса. – Бес тебя возьми, ты знала и тянула время, чтобы скормить меня этим тварям?!

– Уходи-уходи, спасайся! О, Чернобог, помоги нам!

– Да некогда уже спасаться! Солнце село! – Василиса попыталась успокоиться и взять себя в руки. А вдруг это не волколаки, а оборотни, – мелькнула в голове надежда. Но тут же рассеялась. Нет, оборотни не запираются в собственных домах и не вырезают людей и скот так, что только кровавые ошмётки по всему двору! Это дело рук волколаков.

– Что делать? Как ты от них защищаешься? – Василиса тряхнула Руту за плечо.

– Меня они не тронут. Но тебя почуют и не пожалеют, – Рута разрыдалась. – Простите-простите меня, владыки мои! Я не знала, что она обещанная, клянусь!

Нужно было бежать отсюда как можно дальше. Последний луч солнца скользнул по стене избы и исчез. Она не успеет.

Выругавшись, Василиса ударила кулаками в дверь. Конечно, дверь её не спасёт, но поможет выиграть время. Возможно, она успеет что-то придумать до того, как в дом ворвутся чудища. Василиса села на пол, стараясь вспомнить всё, что когда-либо читала о волколаках.

Волколаки – полулюди-полуволки, не способные до конца принять звериную ипостась. Они не могли контролировать своё превращение, обращаясь каждый раз, когда их внутреннего зверя начинал одолевать голод. И в звериной форме они походили на огромных двуногих чудищ с лысыми волчьими мордами, длинными когтистыми лапами и полными длинных клыков пастями.

Их собратья – обычные оборотни – превращались в зверя полностью и превосходили волколаков размерами. Перекидывались оборотни по своему желанию и в звериной ипостаси сохраняли ясность человеческого разума, а вот волколаки не отличались умом и становились не умнее дворовых псов.

И если с оборотнями люди мирно жили бок о бок тысячелетиями, то волколаки появились лишь несколько сотен лет назад. Откуда они взялись, никто не знал. В народе поговаривали, что своим появлением волколаки обязаны чернокнижникам, но эта теория пока не находила подтверждения, хотя и звучала вполне разумно.