Фейбл - Эдриенн Янг

Утро началось с резкого стука в дверь, и я вскочила на ноги, чтобы поспешить распахнуть ее, моргая единственным проснувшимся глазом.

На пороге стояла Уилла. Она откинула с лица свои скрученные локоны, на ее полных губах играла веселая ухмылка.

– И как это тебе удалось? – она оглядела комнату.

Я плеснула водой из таза себе в лицо, прижимая ладони к разгоряченной коже. Началась лихорадка, от которой у меня кружилась голова.

Уилла наблюдала, как я натягиваю ботинки один за другим.

– Думаю, Уэст просто передумал.

– Ну-ну.

Она бросила взгляд на куртку, висящую на спинке стула.

Я последовала за Уиллой вниз по ступенькам в таверну, где все, кроме Хэмиша, уже заканчивали завтракать. Посреди стола стояли два чайника с чаем и щербатые глиняные тарелки, наполненные ломтями сыра и маленькими буханками свежего хлеба. Уэст не смотрел на меня, его глаза были прикованы к бухгалтерским книгам Хэмиша, которые лежали раскрытыми между ними.

Уэст не просил меня молчать о событиях прошлой ночи, но я не думала, что он рассказал об этом Уилле. Я понимала, что она не обрадовалась бы, узнав обо всем, что мы сделали, и мне не нужно было выглядеть врагом в ее глазах.

Я заняла свободное место рядом с Паджем и наполнила пустую чашку чаем, краем глаза изучая страницы бухгалтерской книги.

Но мне не удалось провести Паджа. Он закрыл книгу, облокотился на стол и пристально посмотрел на меня.

– Я думал, мы решили, что ныряльщица останется на корабле.

– Так и было, – сказал Уэст, поднимая свою чашку. Его лицо было осунувшимся и усталым, волнистые волосы заправлены за уши. Он поставил локти на стол и отпил чая, встретившись со мной взглядом. – Мы также договорились, что она пересечет Узкий пролив целой и невредимой.

Я проглотила горячий чай, и он обжег мне горло.

За столом воцарилась тишина, и члены команды переглянулись между собой, прежде чем посмотреть на меня. Мои щеки вспыхнули под тяжестью пристального взгляда Уэста.

Итак, он был в курсе того, что произошло на коралловых островах. Или, по крайней мере, у него были какие-то догадки. И он хотел, чтобы другие члены команды это поняли.

Это не было редкостью, когда торговцы самовольничали, оставшись без присмотра своего шкипера, но команда «Мэриголд» была другой. Каждый их них знал свое место, и соперничество, которое я видела на других судах, казалось, отсутствовало среди членов команды Уэста.

Уэст посмотрел на каждого, когда сделал еще один глоток, и по тому, как они опустили глаза, я поняла, что скрытый смысл последних его слов дошел до них.

Падж пробормотал что-то себе под нос, чего я не расслышала, и Остер положил два пальца на его руку, чтобы заставить его замолчать, прежде чем убрать их. Мои губы замерли на краю чашки, наблюдая за тем, как Остер положил ладонь себе на колени. Это не было просто дружеским предупреждением, чтобы тот держал язык за зубами. Остер прикоснулся к Паджу… с нежностью.

Я сделала вид, что ничего не заметила, и, намазав толстый слой масла на кусок хлеба, откусила. Возможно, Уэст и Уилла были не единственными на «Мэриголд», кто был чем-то бо́льшим, чем просто товарищами.

Мы ели в тишине, пока вдалеке не прозвенел утренний колокол на пристани, возвещая об открытии торгового дома. Команда встала, в унисон скрипнув стульями, когда они накинули и застегнули свои кители. Я осушила свою чашку чая, после чего последовала за ними к тяжелым деревянным дверям.