Имперец. Живыми не брать! - Александр Конторович

— Вы под власовское знамя встали!

— Вообще-то — под русское. Задолго до этого, типа, созданное. Вы сюда пешком ходите или на машине приезжаете?

— На машине… а в чем дело?!

— Так на них сейчас всякие мерзавцы ездят… бандиты, насильники…

— Не забывайтесь! Я не бандит! Мало ли, на чем они там ездят…

— Угу. Оттого, что машину бандиты используют, честный человек, севший в нее, сам бандитом не становится. Так и здесь. Если один предатель самовольно знамя российское поднял — оно в святости своей ничуть не пострадает! И символом предательства от этого не станет.

Так, похоже, что я чуток перегнул палку. Мой оппонент понемногу начинает багроветь — довел я его своими вопросами. Глядя на него, начинает заводиться и толпа. Они еще пока не все просекли, но то, что их вождя макают мордой во что-то неприятное, поняли. Еще чуток — и они меня сомнут. Пока есть время, надо уходить. Но как?

— Да и потом… — снова обращаюсь я к Погонину. — Вот вы говорите, власовское знамя, мол… А отчего ж вы это знамя у себя на доме вывесили?

— Где?! — вскидывается он, в буквальном смысле этого слова, на дыбы.

— Да вот же! — протягиваю руку. — Показать?

И, не дожидаясь ответа, иду вперед, к выходу.

Ничего не понимающая толпа, так и не получив пока внятного указания, расступается в сторону, освобождая проход. Не столько мне, сколько своему вождю, который топает следом.

Толкаю тяжелую дверь и выхожу на улицу. Охранник, бдительно караулящий вестибюль, никак мне в этом не препятствует — никаких указаний на этот счет никто ему не отдавал. Решительно поворачиваю направо и машу рукой, приглашая оппонента следовать за собой. Цепочка последователей вытягивается следом.

— Вон там! Наверху!

И все, кто сейчас идет за мной, поднимают головы вверх.

Есть у таких вот образований ряд любопытных особенностей… Структура, привыкшая слепо внимать слову своего вожака, утрачивает многие качества, обычному человеку присущие. В том числе и способность критически оценивать происходящее. Есть указание — следуют ему. А вот если вождь молчит — по сложившейся привычке следуют любому указанию, если оно не слишком выбивается из общей канвы происходящего.

Иными словами, сказали идти — они пошли. Тем более что вождь не возражает и даже сам идет рядом. Сказали глядеть — глядят. И не важно, что эти команды отдает человек, только что с вождем споривший. Есть команда. Затуманенный мозг эту команду воспринимает и выполняет. Нет опровержения — и оттого человек тупо следует полученному приказу.

Вот и смотрят вверх окружающие, пытаясь разглядеть там… не знаю уж чего. Понятное дело, что долго это не продлится. Секунд пять-шесть… Целая вечность для понимающего человека.

Разумеется, на здании нет никакого флага. Его там и не было никогда. Просто мне было нужно выйти из ловушки вестибюля.

Бумм!

Металлический мусорный контейнер — туда только что прилетел болт, который я таскал в заднем кармане, — загудел так, что это услышали все.

И глаза всех присутствующих поворачиваются уже в эту сторону.

А там — никого нет.

Но что-то же только что звенело?

Взгляд по сторонам.

А оппонент пропал… только что рядом ведь был!

— Туда! — визгливо орет «вождь», протягивая руку в сторону контейнера. — Убег! Поймайте этого провокатора!

Логично… а почему бы и нет?

Отвлек внимание, бросился бежать… только вот не рассчитал и нашумел. Толпа срывается с места. Не вся — около Погонина остаются еще двое. Правильно, не оставляют вождя в одиночестве. Потоптавшись пару минут на месте, он пожимает плечами и поворачивается назад.

На мониторах наблюдения все это хорошо видно.

Откуда я это знаю?

Так я за ними и сижу!

С точки зрения охраны, произошло следующее.

Некто о чем-то говорил с главой всего этого гадючника. Охране предмет спора — до фонаря. Они свою работу делают. Скажут — пустят, дадут приказ — задержат. Споры и дебаты их не волнуют.

Потом, после спора, вся толпа вышла на улицу.

Ну, и что?

Вышли и вышли, охране и это до фени — ничего экстраординарного не происходит же. А потом один из них вернулся. Опять же — ничего странного, имеет право.

Вот, правда, дальше в воспоминаниях охранника провал… трудно что-то запомнить, находясь в отключке. Ежели дюймовым болтом в затылок прилетит… оно как-то твердой памяти не способствует. Зато способствует некоторым другим действиям. Отдыху, например, пусть и незапланированному…

На человека в фуражке охранника, сидящего за мониторами, никто внимания не обращает — стереотип человеческого восприятия. Он всегда здесь сидит, деталь пейзажа, так сказать. Обычные члены секты, может, и посмотрели бы, он для них человек относительно близкий, двери им открывает и за порядком смотрит. Но вождь — этот смотреть не станет, охранник для него — существо низшее, внимания не достойное. А глядя на него, не будут смотреть и сопровождающие, они во всем вождю подражают, пусть и бессознательно.

Вот и протопала вся троица мимо, вниманием меня не удостоив. А заглянули бы за стойку — сюрприз! Охранник в бессознательном состоянии. Но — лениво им. Хлопнула дверь кабинета.

Ну, раз нет пока никого, я делом займусь. Каким? Для начала дам компьютеру наблюдения команду на удаление записей. И еще кое-что… но это уже никому не интересно. Наклонившись, связываю охраннику руки (веревочку я с собою захватил…). Теперь команда на дверные замки — заблокировать проход! Сидите, ребятки, у себя в кабинетах — мне неожиданные визитеры не требуются.

Компьютер подмигнул зеленым глазом: «Удаление завершено».

Так, теперь корзинку почистим… и карманы охранника заодно. Ключики? Это от чего же? Ага, ружейный шкафчик — есть тут и такой, оказывается…

Ну… разнообразием арсенал не блистал — ЧОП, как-никак… Но кое-что полезное и здесь нашлось.

Завибрировал в кармане телефон.

— Ты где?! — Мишунов чуть в трубку не проскочил.

— А вы?

— Отъехали в сторонку. Петряев прибыл, его машина рядом стоит.

— Кольку нашли? Как он там?

— Сидит вон у Олега в машине, дуется. Тут вокруг эти сектанты носятся. Тебя ищут?

— Меня.

— И где ты шастаешь?

— Сижу за пультом охранника в вестибюле. Надыбал некоторое количество трофеев. Вот как теперь все это дело утащить?

— Слушай, тут ноги делать надо! Они сейчас опомнятся — и рванут!

— На здоровье — двери заблокированы. Пусть долбятся в них башкой хоть до посинения. Машину подгоняйте прямо к входу — я все камеры отключил и записи потер.