Гнев Льва - Кертис Джоблинг

– А в чем проблема? У костра и погреться можно.

– Огонь будет привлекать внимание. Лукас разводит костер днем, а по ночам это становится небезопасно. Могут налететь разбойники, их здесь полно, они только и знают, что искать по обочинам Тальстафф Роуд стоянки, на которых можно поживиться.

– Об этом я как-то не подумал.

– Для этого у тебя есть я, – улыбнулась в ответ Уитли и озорно подмигнула.

День выдался долгим, они проголодались, поэтому и солонина пошла хорошо. Сидевшая на спальном мешке напротив Дрю Уитли проглотила последний кусок, облизала кончики пальцев и заметила, что Дрю наблюдает за ней.

– Прости, – покраснела она. – Я знаю, что леди не должна облизывать пальцы после еды.

– Герцог Берган был бы шокирован до полусмерти, – откликнулся Дрю, и они оба рассмеялись.

– Я тебе так скажу, – продолжил Дрю. – Раз уж мы оказались в таких условиях, давай будем просто солдатом и следопытом. А что до этикета, то я накушался им досыта за последний месяц в Хайклиффе.

Они вновь рассмеялись, им было легко и хорошо вместе.

– Смотри! – внезапно ахнула Уитли, указывая пальцем.

Клинок Вольфсхеда вылетел из ножен и мгновенно повернулся в том направлении, куда она указывала.

– Можешь спрятать его обратно, – проворчала Уитли, вскакивая на ноги и направляясь к кустам. Чувствуя себя болваном, Дрю тоже поднялся на ноги и двинулся следом.

– Что это?

– Черные сердечки!

Когда Дрю подошел, Уитли уже возилась среди кустов, обрывая темно-синие ягоды.

– А, ты хотела сказать «черника», – усмехнулся он. Уитли оглянулась – ее рот уже был набит маленькими сладкими ягодами.

– Нет, я сказала то, что хотела сказать: «Черные сердечки». Не знаю, как вы их называете там, у себя, на Холодном побережье, но в Дайрвуде эти ягоды называют только так. А поскольку Дайрвуд считается родиной всех деревьев и кустов и всех прочих растений, то эти ягоды следует называть черными сердечками.

Дрю хихикнул и присоединился к Уитли. Ягоды, как бы там их ни называли, оказались великолепными. Наевшись досыта, Дрю и Уитли набрали ягод впрок, на завтра.

– Вот это жизнь, – вздохнула Уитли. Она с наслаждением потянулась, и Дрю вновь подумал о том, что, когда он впервые встретил ее, Уитли была совершенно иной. Она перехватила его взгляд.

– Что? – спросила она, улыбаясь.

– Ничего, – ответил он и смущенно отвернулся в сторону.

– И все-таки?

– Ты выглядишь такой… довольной, – сказал Дрю и склонил голову набок, словно оценивая девушку. – Ты помнишь нашу первую встречу? Тогда ты была такой испуганной, робкой, совсем не похожей на следопыта, а посмотри на себя сейчас!

– Просто скажем, что та наша встреча была судьбоносной, Дрю, – произнесла она, складывая с ладони последние ягоды в мешочек и затягивая его завязки.

– Как это?

– Она стала для меня откровением, – ответила Уитли. – Когда мы встретились, я была еще ребенком, которого слишком долго нянчили. Мы с тобой почти сверстники, но ты к тому времени уже научился выживать в Дайрвуде, в одиночку. А я тогда впервые выехала из Брекенхольма с мастером Хоганом. Когда мы возвратились домой, я почувствовала себя так, словно с моих глаз сняли шоры. Только тогда я по-настоящему поняла, к чему хочу стремиться.

– И к чему же? – спросил Дрю, когда они уже направились назад, к стоянке, поеживаясь от свежего ветерка. Дни стояли теплые, но ночи были еще холодными. Уитли плотнее закуталась в свой плащ.

– К свободе, – просто ответила она.

Дрю невесело хохотнул.

– Что смешного? – спросила Уитли, беря Дрю за руку.

– Как по-разному складывается у нас с тобой жизнь, хотя мы и стремимся к одному и тому же. Ты – девушка из знатной семьи, которая стремится к вольной жизни. Я, напротив, вначале был совершенно свободен, а теперь выясняется, что судьбой мне предназначено носить корону.

Уитли нерешительно положила руку на его плечо:

– Ты добьешься того, чего хочешь, Дрю, я уверена.

– Ты останешься следопытом?

Уитли рассмеялась.

– Мои отец и мать считают это блажью. Отец будет вне себя, когда узнает, что я отправилась вместе с тобой. Он и так очень сердился, что я так надолго уезжала с капитаном Харкером. Нет, это ему не понравится. Конечно, на первом месте у него Броган, а не я. Броган должен унаследовать от отца трон, а что я? Меня просто выдадут замуж, когда придет время. Отец так беспокоится о моей безопасности не только потому, что я его дочь, он еще думает и о будущем Брекенхольма.

– Брак по расчету? Скверная штука.

Уитли посмотрела на сидящего возле кострища Дрю и тихо сказала:

– Мы не всегда получаем то, к чему стремимся.

Они какое-то время молчали, погрузившись каждый в свои мысли. Дрю думал о своем будущем. На ком захотят женить его самого? Берган, надо думать, уже прокручивает в голове варианты, ищет тот, что будет оптимальным для блага Лиссии. Гретхен была обручена с Лукасом. Быть может, Совет Волка подумывает о том, чтобы теперь, после падения Льва, она стала невестой Дрю? Мысль о возможном браке с Гретхен заставила его сердце забиться чаще, и отнюдь не от радости. Дрю до сих пор не мог определить своего отношения к Гретхен, было непонятно и то, как на самом деле она сама относится к нему. Лисица приводила его в трепет и одновременно страшила его. Она была вспыльчивой, непредсказуемой, и все же он скучал по ней.

– Надеюсь, с Гектором все в порядке, – прошептала Уитли.

– Должно быть. В Хайклиффе ему ничего не угрожает, тем более что Лукас и Ванкаскан бежали из города. Гретхен, вот кто беспокоит меня сильнее всего.

– Ты часто думаешь о Лисице, признайся?

– Часто, – признался Дрю. – Знаешь, поначалу я терпеть ее не мог. Потом было то путешествие из Редмайра, суматошное, мягко говоря. Все это время мы с Гретхен были на ножах, а Гектор служил буфером между нами.

– Бедный Гектор, – улыбнулась Уитли.

– Да, много ему пришлось пережить, благослови его Бренн. Бедный парень потерял своего отца, а потом ему пришлось то и дело разнимать нас с Гретхен – мы все время ссорились с ней, как дети.

Дрю говорил, тщательно подбирая слова, неотрывно глядя на темную яму кострища.

– Ты знаешь, что Гретхен чувствует к тебе?

– Прости?

– Она говорила мне, – сказала Уитли, шевеля носком сапога остывшие угли. Затем подняла голову, взглянула прямо в глаза Дрю.

– Говорила? Что именно? – спросил тот и неожиданно для себя занервничал. Что могла Гретхен сказать Уитли? И нужно ли ему об этом знать?

– Прости, я обещала молчать об этом.