Левиафан. Черное Солнце - Алексей Фролов

– Они решили, что мы не справимся. И просто ушли, отозвали легионы Ангелов, бросили своих агентов, – Иван опустил голову и прикрыл глаза. Внезапно Карн ненамеренно смог заглянуть под его внешнюю ауру и ужаснулся. Этот человек, возможно – одно из сильнейших смертных существ за всю историю нынешнего витка, был сломлен. Раздавлен и перемолот так, что его покалеченную душу уже ничто не восстановит. Его уничтожило чувство вины, горечь поражения, полное и четкое осознание того, что его раса, его мир – обречены.

– Но ты ведь все равно проведешь ритуал? – Карн внимательно посмотрел на высокого статного человека, разменявшего недавно вторую сотню лет. Парень подумал, что, быть может, стоит рассказать ему об успехе Ордена Ка-Дас? Пусть нескоро, пусть через тысячи лет, но в Арконе они полностью закроют разрыв.

– Я проведу, – Иван резко открыл глаза и в его голосе звякнула сталь. Он говорил тихо, но глубоко, так что даже Мидас на миг оторвался от еды и посмотрел на Брата Вюрда. – Но даже не думай рассказать мне, к чему это приведет! Я не могу прозреть эту часть Поля Событий, а значит – мне не нужно это знать. Однако я знаю другое. Мы сможем. Мы закроем Разрыв, полностью. Вот только все равно проиграем. Сгинем не от когтей химеры, а от вырождения кровных линий.

«И даже я не в силах это остановить. Никто не в силах». Этих слов Иван не произнес, но Карн четко услышал их в своей голове. И было бы лучше, если бы это была просто самоуверенность…

И снова ему захотел открыть магу то, что знал он сам. Рассказать свою историю, историю Левиафана – того, кому по силам выиграть проигранную войну! Хотя и не сейчас. Ведь сейчас… он занят решением собственных проблем, если подумать – сугубо эгоистичных. Ведь вместо того, чтобы искать Сердце Хрунгнира, восстанавливать свою память и свои силы, вместо того, чтобы бросить вызов серым и уничтожить их раз и навсегда… он ищет Ниссу. Спасает свою любовь, жертвуя, по сути, целым миром. Вроде звучит поэтично, но как-то не вселяет уверенности. И что-то вроде чувства вины шевелится где-то под ребрами…

Карн тряхнул головой, ощутив, что Иван вновь манипулирует реальностью. Он посмотрел на чародея, но тот неподвижно стоял у окна, а в его ауре не было заметно никаких изменений. Значит – не он. Тогда парень сфокусировался на показаниях своего ментального радара и увидел, что в пределах башни появился еще один человек, судя по мощной незамутненной энергетике – тоже Брат Вюрда.

В этот момент Мидас обернулся, почувствовал легкий холодок сквозняка, пробежавший вдоль спины. В полу у дальней стены образовался квадратный проем со стороной около двух метров. Прошло несколько мгновений и из проема на каменной платформе поднялся высокий мужчина с коротко остриженными волосами угольно-черного цвета и большими аметистовыми глазами. Он был одет точно, как Иван и тоже весь зататуированный руническими символами.

Мужчина посмотрел на хозяина башни, потом настороженно покосился на Карна с Мидасом. Иван дернул уголком губ и кивнул ему, тот кивнул в ответ и тут же заговорил.

– Беда, брат Иван, – голос у мужчины был низким, что в сочетании со взволнованной интонацией производило забавное впечатление. Мидас невольно ухмыльнулся, но тут же проглотил все свое веселье, когда Карн довольно грубо саданул его по ноге под столом.

– Мы готовили Пирамиду Праны для Ритуала, – продолжил Брат Вюрда. – Собственно, все готово, вот только… – он на мгновение запнулся, собираясь с духом. – Зеркало Теней. Оно исчезло из библиотеки.

Глаза Ивана медленно расширялись, а брови ползли на лоб, в то время как Карн, наблюдая за переменами в его ауре, видел, что маг в считанные мгновения разбрасывает во все стороны целую сеть энергетических щупалец. Некоторые были устремлены к другим Братья Вюрда, но больше половины «присосались» к хрустальным пирамидионам на вершинах городских строений.

– Это невозможно, – прошептал пораженный Иван. Его затуманенный взгляд на миг обрел кристальную осмысленность, сфокусировался на члене своего ордена, а потом вновь погрузился в пучины транса. Аметистовоглазый тут же скользнул вниз на плите-лифте, проводив Карна и Мидаса взглядом, полным тревоги, граничащей с отчаянием. Едва его голова скрылась из виду, пол комнаты тут же вновь обрел целостность.

Воины переглянулись. Было сказано достаточно, чтобы каждый из них сложил у себя в голове мозаику фактов и получил очевидный вывод. И вывод этот был неутешительным, совсем.

– Иван, – тихо, почти робко позвал Карн.

– Да, – Брат Вюрда отозвался с секундной задержкой. Парень видел сумасшедшую пульсацию его ауры, едва успевая фиксировать вспышки ментальных потоков, мыслеобразов и отдельных психонов, каждый из которых, едва формируясь, мгновенно уносился прочь.

– Похоже, мы знаем, кто украл ваш артефакт, – в ответ на его слова взгляд Ивана тут же прояснился. В нем блеснуло отражение зачатков паники, которое маг тут же поспешил скрыть. Было странно видеть, что человек таких возможностей и знаний вообще способен паниковать.

Хотя на самом деле не было здесь ничего удивительного. Орден готовился к Ритуалу Восстановления десятки тысячелетий и, судя по всему, его намеревались провести сегодня. А теперь все могло сорваться, вся колоссальная подготовка, которую даже представить невозможно, могла пойти прахом. Тут и Всеотец, скажем так, заволновался бы!

– Более того, мы, скорее всего, знаем, где он находится сейчас, – Мидас прикинул, что несправедливо отдавать Карна на растерзание буравящему взгляду Ивана и решил разделить с другом эту сомнительную честь.

Брат Вюрда продолжал испытующе смотреть на них неподвижными глазами, которые из серо-желтых стали агрессивно-оранжевыми. Его аура немного успокоилась, но он не спешил сворачивать сеть энергетических щупалец и, как видел Карн, по-прежнему продолжал обмениваться информацией с десятками источников.

Как по схожему поводу сказал персонаж одного забавного сериала – щекотливый ситуасьён. Ведь, по сути, это они привели Зака в библиотеку, откуда он выкрал Зеркало Теней, тем самым – пусть и ненамеренно – подставив под удар успешность Ритуала. Вот, что Карн заметил в нем, но не придал этому значения, не желая копаться в чужой душе! Благими намерениями…

Интересно, когда у хитреца созрел этот коварный план? У брошенной стоянки лесорубов, на могиле Антары, или позже, по