Айн, цвай, драй, полицай! - Ульяна Тюмень

— И зачем мне новенькая? Еще одна кривулька горбатенькая? Обо мне никто не подумал! С этими пеньками страдаю, и еще один подкинули. Сядьте в угол, и смотрите. Не знаю даже…

Ни одного доброго слова никому не нашел, вот ведь какой!

— Девушки, реверанс!

Сам виноват, что спину никто не держит. И локти у всех торчат, и вообще…

— Показываю последний раз, кто не повторит, выгоню! Новенькая, встаньте со всеми.

Он пластичный, и даже ничего, если бы умел учить. Поэтому и нервный.

— Следующий!

Я опустилась глубоко, и вспомнила лордика. И сразу — Рега, магистра Региса.

— Ну, терпимо. Можете встать. Занимайтесь сами, не шуметь, вернусь к концу занятий, проверю. Ясно? Вы, новенькая, присмотрите. Нечего прохлаждаться!

Преподаватель шустро ускакал. Я вышла в центр и всем улыбнулась:

— Парни, покажите поклон? Понятно, Тармос, отводи их в тот угол, и добейся без ругани, чтобы все делали, как ты. Девушки, подходим ко мне поближе. Смотрите, в чем ваши ошибки, я показываю, что делаете вы. Кто заметил неверные движения?

Девочки всплеснули ручками, и заговорили, перебивая друг друга. К концу занятий худо-бедно подучились, но приличный реверанс требует развития всего тела, а это не так просто, как кажется. Разбила всех на пары, и девочки подсказывали сами, что не так.

Преподаватель пришел, смотреть не стал, поругал еще раз, и всех отпустил.

А на боевке я ахнула! Спросила у двух девушек, кто у нас ведет занятия.

Магистр Регис собственной предательской персоной вел этот факультатив, куда мне теперь ходить обязательно! И не сбежать.

Ну, мироздание! Сволочь ты и все, нечего больше добавить!

Двадцать людей и нелюдей сидело на скамеечке, и я в том числе, когда дверь распахнулась, и на пороге возникли наш декан и Регис. И оба обратили внимание именно на меня.

Магистр Дамий ехидно улыбнулся, а магистр Регис не ожидал, что я нарисуюсь, и застыл столбом. Пришел в себя первым он, бытовик еще скалился, у меня сердце бухало, а Регис уже дал команду построиться.

Декан просто счастлив, и я вдруг догадалась — таким образом мне еще раз аукнулись бои без правил, все-таки наступила им на мозоль.

После занятий Регис громко объявил:

— Новенькая, курсантка Ладания, задержитесь.

Переоделась и вышла в зал. Декан ушел, меня ожидал Регис.

— Слушаю вас, магистр.

— Лада, как вернуть наши отношения… дружеские, я надеюсь.

— А что вас смущает, магистр? Зачем?

— Мы же друзья!

— Друзья? Вы работаете в закрытой структуре, по своим правилам и законам, им подчиняетесь в первую очередь, какие могут быть отношения, тем более — дружеские? До определенной поры?

Мы говорили негромко, Рег смотрел на меня, а я на стену, по которой ползла, подрагивая, защита от прослушки. Красивая магия у него, у меня гораздо проще, и цвета не такие яркие.

— Велик признался… я из него выдавил, не верю в совпадения… новый ректор вредный немного, но он тоже аристократ, у них благожелательное отношение только к ровне…

— У нас новый ректор?

— Да, ты с ним знакома.

Я встала.

— Магистр, мне пора.

— И даже не спросишь, кто это?

— Вы искренне думаете, что я, не получив ответа ни на один свой вопрос, стану у вас или у его светлости что-то выяснять, даже такую мелочь?

Уже у выхода услышала:

— Не мелочь, Лада, совсем не мелочь…

В библиотеке ожидали одногруппники, молодцы, пришли пораньше. Желающим быстро выдали учебники и подбирали свои.

— Ребята, у нас новый ректор?

— Лада, уже несколько дней, только не ясно, куда старый делся. Никто не знает.

— А новый кто?

— Какой-то целитель, говорят, крутой маг, — Тармос прищурился и надул щеки, — кругленький такой, как булочка.

Я похолодела.

Наверное, как пончик. И не мелочь, да.

А довольно крупная гадость.

Мысленно вычеркнула Велика из списка друзей, а ректора записала врагом. Крупным.

Глава 12

Приглашение явиться к ректору передал мне декан, как раз закрывала библиотеку и надеялась успеть на завтрак.

— Нет, — отрезала я, — мне надо успеть перехватить хотя бы булочку, и сразу занятия, у вас, кстати.

— Нас вместе пригласили, так что идем вдвоем.

И этот наставничек и декан, немало не сомневаясь, шустро поскакал впереди меня.

Только и успела пощупать свой впалый животик. «Держись, — сказала ему, — щаз все выясним, если что — напишем заявление об уходе.» Пока шли, поняла, что фиг вам, а не заявление. Ну уж нет, невыданные серьги до сих карман пор оттягивают.

Пончик светился от счастья, украшая собственной персоной огромный и мрачный кабинет ректора АМСО. Углы так и затянуты ночью, но внутренняя лампочка самодовольства главы академии разгоралась все ярче прямо на глазах, даже можно разглядеть какие-то награды с гербами на стенах. Так и было, пока я не показалась из-за спины декана.

— А, вот и она, самая скандальная курсантка, — медленно протянул новоиспечённый ректор, и так же медленно стал гаснуть его настрой, — почему плохо работает библиотека? Должен быть доступ весь день, а не когда вам заблагорассудится.

— У меня никто не спрашивал согласия, поставили в известность, что надо помочь академии, выдавать учебники и необходимые материалы, пока не подберут специалиста. Кроме того, мне не сказали, сколько я буду получать за эту работу.

— Курсантка, вероятно, ваши травмы неизлечимы, — сложил ручки на животе ректор, — во-первых, это наказание, о какой оплате идет речь? Во-вторых, вы и так не являетесь образцом поведения, и мы рассматриваем необходимость вашего присутствия в стенах столичной академии.

Я даже глаза прикрыла, чтобы не убить тут никого, и попыталась успокоиться.

Они же меня специально доводят!

Специально!

Им нужно хоть какое-то оправдание!

— Спрашивать, какие ко мне претензии, нет смысла?

— Разумеется!

— В таком случае, с какой я целью к вам приглашена?

— Должен же я знать, что за особа шляется по вверенному мне заведению, нарушая все правила?!

Не знаю, как сдержалась, просто не знаю. «Айн, цвай, драй, полицай», — уговаривала я себя.

Помощник ректора вкатил столик с тарелками, супницей и прикрытой белой салфеткой выпечкой, источавшей умопомрачительные запахи.

Мгновенно пончик потерял ко мне интерес и указал на дверь:

— Идите и подумайте о своем поведении, следующий вызов к самому ректору будет для вас последним!

Молча повернулась и вышла, помощник в приемной вытащил было тетрадь с ручкой, но я сдержалась, пока за мной не закрылась дверь.

В темном коридоре я остановилась и оглянулась, никого нет?

— Чтоб ты жрал и жрал все, что видишь, и о чем подумаешь!

И ушла с глубоким чувством выполненного долга.

В