Боярская честь - Юрий Корчевский

— Сколько просите?

— За рубль отдам, считай — себе в убыток. Больно уж дикий, чуть не по нему — кулачищами машет.

Я отдал рубль. Продавец вопросительно посмотрел на меня:

— Расковать или так поведёшь?

— Расковывай — не зверь же он в самом деле.

Я вывел людей за торг.

— Стоять всем здесь.

Вернулся на торг, нашёл двух возчиков с подводами и нанял их для перевозки людей в моё имение Смоляниново. Когда телеги подъехали, и люди уселись, я спросил:

— Вас кормили сегодня? Ответом было угрюмое молчание.

— Трогай!

Подводы поехали, я пошёл сбоку. Когда телеги поравнялись с трактиром, я приказал остановиться, зашёл в трапезную и попросил хозяина вынести на улицу целый таз пирогов и четыре кувшина кваса. Не дело морить людей голодом — причём уже моих людей, мою собственность.

Бывшие пленники с жадностью накинулись на еду.

— Так, слушать меня всем! Вас отвезут в мою деревню, называется Смоляниново. Отныне это будет ваш дом. Завтра с утра я подъеду и займусь вашим обустройством. Удачно доехать! Кто решит сбежать — поймаю и отдам палачу.

Я повернулся и отправился назад, на торг. Телеги с людьми двинулись по улице к городским воротам. Я же нашёл в работном углу ватажку плотников и подрядился с ними о работе. Разговаривал сразу со всей ватагой.

— Надо поднять четыре дома, не пятистенку — обычных. Лес есть, но на корню — надо рубить, возить. Потому, если есть подвода — плачу отдельно. Нет — ищите сами. После окончания работ расплачиваюсь, и продолжим дальше. Надо сделать быстро, чтобы успеть до холодов. Сможете?

— Это как платить будешь, барин.

— Не барин я — боярин родовитый.

Тут я загнул — подпустил «родовитого» для важности.

— Будете работать быстро и хорошо, не обижу. Еду покупайте здесь — деревня хилая, на месте ничего не купите. Если денег на еду нет, вот вам аванс.

Я отдал их старшему два рубля медью. На неделю на всю ватажку на пропитание хватит.

Довольные плотники засобирались. Я же отправился домой.

— Лен, я завтра с утра раненько уезжаю. Несколько дней меня не будет — надо деревню обустраивать.

— Нужное дело — ты же теперь боярин. Не гоже боярину задрипанную землю иметь.

Почти всю ночь не спал — думки разные в голову лезли. Планов — громадьё, только где людей взять? Деньги пока были — но люди?!

Чтобы деревня давала доход, я решил поставить мельницу, открыть пару мастерских. Пока будет зима, и в поле крестьянину делать нечего, пусть сидит в тепле, зарабатывает себе на сытую жизнь. Я уже понял, что в ближайший год деревня и земля будут только забирать деньги, и дохода скоро не дождёшься, — так и землю с деревней я покупал не для дохода, а престижа ради. А поскольку привык относиться к каждому делу ответственно, заодно решил попробовать себя в роли землевладельца рачительного. Получается же у других — правда, земли и людей у них побольше, — и живут неплохо.

Я выехал рано утром — лишь только вторые петухи пропели. С собой взял полный кошель денег. После двухчасовой скачки я прибыл в свою деревню. Здесь уже были купленные мною люди — так же как и нанятые плотники.

Поздоровавшись, я сразу определил плотникам работу — дома ставить здесь, здесь и там. Чтобы стояли ровно — пусть будет улица, хоть и короткая, но прямая. Лес — во-о-н он. Людей в помощь — дам.

После подошёл к вновь приобретённым холопам.

— Сейчас для вас плотники будут строить дома. Скоро осень, пойдут дожди. Будете помогать валить лес, обрубать сучья. Поскольку вам в них жить, работайте на совесть.

Я указал на гончара-литвина.

— Иди сюда.

Он подошёл.

— Здесь будет твой дом и мастерская. Как скажешь — так плотники и выстроят. Что-то будет не так — пеняй потом на себя. Есть семья?

— Жена осталась на родине.

— Здесь теперь твоя родина. Передай ей весточку — пусть к осени сюда перебирается, детишек заведёте.

— Разве можно так?

— Делай, что сказано. Будешь горшки, миски делать, или что там ещё. Половину дохода можешь оставлять себе на жизнь, половину — мне.

— Глина для работы нужна, печь.

— Ищи камни, клади печь. Если материал нужен будет — скажи, в городе куплю. Всё остальное — сам. Иди, с этого момента ты работаешь для себя. Стой! Звать тебя как?

— Ян.

— Ты что, поляк?

— Да нет вроде.

— Ну, иди.

Затем я определил сестру с братом, указав им, где будет их дом. Обоих отправил на помощь плотникам. Брат — Никон — поможет валить деревья, Ольга, сестрица его — ошкуривать хлысты.

Дошла очередь до крестьянина.

— Звать-то как?

— Арефий.

— Тут будет твой дом. Можешь послать весточку семье, пусть к осени приезжают. Коли денег на переезд не будет, дам в долг — отработаешь. Сейчас иди рубить лес. Будешь хорошо помогать — вскоре под своей крышей заживёшь, быстрее семью увидишь.

Вот и звероподобный мужик.

— Звать-то тебя как?

— Тимоней батя назвал.

Я улыбнулся — настолько имечко не вязалось с этим звероватого вида мужиком.

— Делать что умеешь?

— А что и все. Что скажешь, то и буду.

— Сердце-то к чему лежит?

Мужик обвёл глазами скромную деревушку, вздохнул.

— Мельник я, только мельницы здесь нету.

— Будет!

Тимоня обвёл глазами поле, лес за ним.

— Для мельницы река нужна, коли она водяная, али местность с пригорком, чтобы ветер был, коли ветряная будет.

— Тогда сделаем так. Вон там река — иди, смотри подходящее место. Найдёшь — покажешь плотникам, они будут ставить мельницу. Как делать — ты лучше меня знаешь.

Тимоня не уходил, топтался.

— Чего ещё?

— Камни надобны — жернова, значит. Как без них начинать?

Тьфу-ты, не учёл.

— Где их взять-то?

— Известно где — у каменотёсов. А что молоть-то буду? Пашеничку али рожь?

— А какая разница?

— Для ржи камень потвёрже нужен, нежели для пашенички, да чтоб мука мелкого помола — помягче.

Вот это озадачил. Ну не специалист я по мельницам, о жерновах как-то не подумал.

— Тимоня, я не знаю, где взять жернова и какие они бывают. Вот тебе две полушки на питание, на несколько дней хватит. Поспрашивай по соседним деревням, в которых мельницы стоят — где они брали жернова. Найдёшь — договаривайся, чтобы сюда везли. Я заплачу. Работать тебе — выбирай сам.